Дьявол знает, что ты мертв - Лоуренс Блок

Дождя не было, но снаружи дул пронизывающий холодный ветер. Чувствовалось, что ливень все же собирается. Я дошел до станции Ай-эн-ди[11], располагавшейся между Каналом и Шестой авеню. Должно быть, поезд только что ушел, потому что следующего пришлось дожидаться пятнадцать минут. Платформа пустовала, когда я поднялся на нее, и оставалась такой же, когда наконец появился поезд.

Я вышел на Коламбус-серкл и, оказавшись под открытым небом, угодил под сильнейший дождь. Несколько несчастных, которым тоже не повезло, нашли себе укрытие в проемах подъездов или сражались с зонтами, которые ветер норовил вырвать из рук или вывернуть наизнанку. По противоположной стороне Пятьдесят седьмой улицы шел мужчина, накрывший голову газетой; другой торопливо семенил, сдвинув плечи, словно стараясь превратиться для дождя в цель минимальных размеров. Сам я не стал прибегать ни к каким уловкам или стратегиям. И зная, что промокну до нитки, просто пошел сквозь ливень.

Когда я добрался до вестибюля, Джейкоб посмотрел на меня из-за стойки и тихо присвистнул.

– Э, парень! Тебе лучше сразу подняться к себе и принять горячую ванну, – сказал он. – От такой холодины и концы отдать недолго.

– Никто не живет вечно, – отозвался я.

Он бросил на меня непонимающий взгляд, а потом вернулся к кроссворду в «Таймс». Я поднялся в свой номер, сбросил мокрую одежду и встал под душ. И стоял так очень долго, испытывая лишь одно желание: чтобы горячие струи били мне в шею и плечи. К тому времени, когда я закрыл краны и выбрался из ванны, маленькая комнатушка напоминала турецкую баню.

Зеркало над раковиной запотело. Но я не стал протирать его. Мне и без того было прекрасно известно, каким утомленным и постаревшим выгляжу, чтобы лишний раз видеть свое отражение.

Я переоделся и попытался найти хотя бы что-то интересное среди программ телевидения. В итоге остановил свой выбор на новостях Си-эн-эн, но, собственно, разницы не было никакой, потому что я все равно почти не обращал внимания на экран.

Через какое-то время я выключил «ящик», погасил верхний свет в номере и сел у окна, глядя на непрестанный дождь.

Я встретился с Джимом Фейбером в «Хунаньском льве» на Девятой авеню. Туда я добрался в половине седьмого, для чего пришлось пройти несколько кварталов, прикрываясь зонтом. Слава богу, его не выворачивало наизнанку. Дождь лил по-прежнему, зато ветер заметно утратил силу. Джим уже сидел внутри, и как только появился я, к нам мгновенно подлетел официант с меню. Чайник и две чашки поставили на стол заранее.

Я открыл меню, но ничто не казалось особенно привлекательным.

– Тебе, возможно, придется поесть за двоих сегодня, – сказал я. – У меня что-то напрочь отшибло аппетит.

– Что-то стряслось?

– Нет, ничего особенного, – но он посмотрел на меня с подозрением.

Джим – мой куратор в АА и старый друг. У нас установилась многолетняя традиция ужинать вместе по воскресеньям, а потому неудивительно, что он сразу чувствует мою неискренность.

– Мне вчера позвонила Джен, – сказал я.

– И что же?

– Она попросила приехать к ней домой.

– А вот это уже интересно.

– Не так, как ты предполагаешь. Ей нужно было кое-чем со мной поделиться. Я поехал к ней сегодня днем и выслушал.

– Какие у нее проблемы?

Я скороговоркой выпалил слова, чтобы не дать им шанса застрять у меня в глотке.

– Она умирает. Ей поставили диагноз рак поджелудочной железы, и жить ей осталось меньше года.

– Боже милосердный!

– И кажется, для меня это стало жестоким ударом.

– Кто бы сомневался, – сказал он, но в этот момент к нам снова подошел официант с блокнотиком и карандашом наготове. – Послушай, – продолжал Джим, – давай я сам сделаю заказ, идет? Принесите нам порцию холодной лапши, порцию острых креветок с брокколи и знаменитого «цыпленка генерал Цо». – Он покосился в меню. – Только здесь его именуют почему-то «Цыпленок генерала Цуна». В каждом меню у китайцев все называется по-разному. Но думаю, что речь идет о том же генерале. По крайней мере цыпленка готовят одинаково повсюду.

– Эта хороший еда, – сказал официант.

– Уверен, что превосходная. И подайте на гарнир коричневый рис, если он у вас есть.

– Рис только белий.