Найти в Нью-Йорке - Колин Харрисон

Ей грозила еще большая опасность, чем он себе представлял. Рэй положил трубку. Один из старых друзей и коллег отца, детектив Пит Блейк, который сам теперь собирался на пенсию, посвятил Рэя в подробности убийства двух девушек-мексиканок. Блейк был закоренелым холостяком и частенько приходил к ним на ужин в День благодарения, перебрасывался с Рэем футбольным мячом в аллее, пока отец сгребал опавшие листья, а потом все вместе шли в дом наслаждаться едой, которую приготовила мать.

— Да, мы их нашли, они валялись на парковке, — рассказал Блейк. — Пару дней назад. Рядом на асфальте — баллончик со слезоточивым газом. Кто-то накачал легковушку нечистотами. Видно, у этих ребят была машина с насосом, вроде тех, в каких перевозят ядовитые отходы. Штука в том, что в базе данных Министерства охраны окружающей среды значатся девятьсот восемнадцать таких машин, которые имеют лицензию на работу в Бруклине, Квинсе и на западе графства Саффолк. Понадобится порядочно времени, чтобы проверить их все. Так что, пожалуй, разумнее распутывать дело через этих девиц. Их утопили в дерьме, а уж потом вытащили из автомобиля. В каком-то смысле — неглупый способ убийства. Никаких следов ДНК. То есть ДНК-то как раз слишком много, и все загрязненные. К тому же мы толком не знаем, кто эти мексиканки. У них были при себе документы, но все фальшивые — поддельные грин-карты и тому подобное. Естественно, никаких водительских прав. Счетов в банке на их имя тоже нет: видно, они пользовались услугами одной из контор по обналичке. Мобильный зарегистрирован на имя человека, который больше здесь не живет, а коммунальные платежи перечислялись по безналу. С этими людьми всегда так. Может, что-то связанное с наркотиками: девчонки покуривали, а их парни торговали травкой. Сейчас в Бруклине масса мексиканцев продают травку. О некоторых мы знаем. Штука в том, что разные группировки вечно грызутся за место под солнцем, всё норовят показать друг другу, какие они крутые и свирепые. К примеру, албанцы очень суровые ребята. И сальвадорцы тоже. Месяц назад мы нашли одного покойника: его разрезали ленточной пилой и насадили верхнюю часть туловища на кол, точно какое-то мексиканское пугало. Так что прикончить парочку нелегальных иммигранток, чьих-то подружек, — неплохая реклама. Мол, твои девчонки — дерьмо, и сам ты никто, вот как мыслят эти люди. В машине, в багажнике и бардачке, мы нашли следы травки. Автомобиль до сих пор на просушке, потом посмотрим, есть ли там еще что-нибудь интересное. Нам надо кое с кем потолковать — с нашими осведомителями: «кротами», «крысами» и прочими приятными ребятами.

— Не видел этот сюжет в новостях.

— А тебе никто не говорил, Рэй?

— Про что?

— В Бруклине не бывает новостей. Хочешь попасть в новости? Тогда совершай свои преступления на Манхэттене, лучше всего южнее, скажем, Девяносто шестой улицы. Хотя мы сами замяли дело, чтобы к нам потянулось больше информаторов. В одной из желтых газетенок что-то разнюхали, но большого шума не вышло. Ну так вот, кто-то разбил куском асфальта боковые окна в машине, спереди, чтобы открыть дверцы, но этому человеку не удалось спасти девушек, и он исчез. Получается, что машина была заперта изнутри, а значит — либо девушки сидели в машине, как в ловушке, либо кто-то запер двери, когда они уже не могли ему помешать. В салоне нашли бутылку вина: может быть, они вырубились, мы пока получили не все результаты токсикологических анализов, вскрытия и взвешивания тел, а это, по-моему, позор. — Блейк сделал всасывающий звук: видимо, он пил кофе. — Пока еще слишком горячо. В общем, тот, кто пытался их спасти, похоже, перепугался и не хотел ввязываться, и кто его упрекнет? Примерно час на трупы лился дождь, заодно отмывал машину. — Блейк помолчал, а когда заговорил снова, его голос стал профессионально-негромким, чуть более медленным; он плавно перешел к вопросу: — А кстати, почему ты интересуешься?