Взгляд в темноте - Мэри Хиггинс Кларк

— Ваши слова звучат так разумно! — выкрикнула Шэрон, подаваясь вперед. — Неужели вы не понимаете, что сорок пять процентов убийств совершаются людьми младше двадцати пяти лет, у многих из них трагические семейные обстоятельства и они эмоционально неуравновешенны?

Одинокий зритель в номере 932 гостиницы «Билтмор» перевел взгляд со Стива Петерсона на женщину. Это и есть журналистка, которой Стив всерьез увлекся. Совсем не похожа на его жену. Явно выше ростом, и тело стройное, как у спортсменки. Его жена была. миниатюрной куколкой с округлыми грудками и иссиня-черными волосами, вьющимися на лбу и висках.

Глаза Шэрон Мартин напомнили ему цвет океана в тот день, когда прошлым летом он спускался к пляжу. Говорят, на Джоунз-Бич хорошо знакомиться с девушками, но у него не вышло. Только начал заигрывать с одной, как она закричала: «Боб!», и через минуту подрулил этот парень и поинтересовался, чего ему надо. Так что он передвинул свой коврик и просто уставился на океан, наблюдая за сменой цветов. Зеленый. Точно. Зеленый, смешанный с голубым. Ему нравились глаза такого цвета.

Что там Стив говорит? Ах да, что-то о жалости к жертвам, а не к их убийцам, к «людям, неспособным защитить себя».

— Я тоже им сочувствую, — возбужденно говорила Шэрон. — Но или — или здесь не работает. Неужели вы не понимаете, что пожизненное заключение будет достаточным наказанием для всех Рональдов Томпсонов? — Она забыла о Томе Брокау, забыла о телекамерах и в очередной раз пыталась убедить Стива. — Как вы можете — вы, способный так сострадать, так ценящий жизнь, — изображать бога? Как кто-либо осмеливается изображать бога?

Этот спор начался и закончился так же, как и шесть месяцев назад, когда они впервые встретились на программе Тома Брокау. Наконец ведущий произнес:

— Наше время подходит к концу. Итак, мистер Петерсон, несмотря на демонстрации общественности, бунты в тюрьмах и митинги студентов, которые прошли по всей стране, вы по-прежнему полагаете, что заметное сокращение количества случайных убийств оправдывает смертную казнь?

— Я верю в моральное право, долг общества защищать себя и в долг правительства защищать священную свободу своих граждан, — ответил Стив.

— Мисс Мартин? — Брокау повернулся к журналистке.

— Я верю, что смертный приговор бессмыслен и жесток. Я верю, что мы можем обезопасить дома и улицы, устраняя опасных преступников и карая их быстрыми и верными приговорами, голосуя за выпуск облигаций, на которые можно построить исправительные учреждения и платить их персоналу. Я верю, что в этом проявится наше уважение к жизни, любой жизни, и это последнее испытание для каждого из нас и всего общества.

— Мисс Мартин, мистер Петерсон, спасибо, что пришли к нам, — торопливо подытожил Том Брокау. — Я вернусь после следующего сообщения…

Телевизор в номере 932 гостиницы «Билтмор» погас. Довольно долго мускулистый, широкогрудый мужчина в зеленом клетчатом костюме сидел, неподвижно уставившись в потемневший экран. Он снова обдумал свой план: от переправки фотографий и чемодана в потайную комнату на Центральном вокзале до доставки туда сегодня вечером сына Стива Петерсона, Нила. А сейчас нужно принять решение. Вечером Шэрон Мартин приедет к Стиву. Будет присматривать за Нилом, пока Стив не вернется домой.

Он собирался ликвидировать ее там.

Но надо ли? Она такая красивая.

Он подумал о ее глазах цвета океана, глубоких, ласковых.

Ему казалось, что когда она смотрела прямо в камеру, то на самом деле смотрела на него.

Словно хотела, чтобы он пришел за ней.

Может, она любила его.

Если нет, от нее легко будет избавиться.

В среду утром он просто оставит ее вместе с ребенком в комнате на Центральном вокзале.

И когда в половине двенадцатого взорвется бомба, ее тоже разнесет в клочья.