Ева - Уильям Пол Янг

Он окунулся в свою боль и почувствовал, как Летти участливо коснулась его плеча, желая успокоить.

– Джон, мы не можем позволить, чтобы болезнь темноты поразила наши сердца. Мы совершенно справедливо чувствуем негодование. Мы знаем, что в мире бывает горе. Но мы никогда не должны покидать объятий радости, пусть это и выше нашего понимания. Чувствовать то, что ты чувствуешь сейчас, – это значит жить.

Он мрачно кивнул:

– Ты сказала, что все жертвы были женщинами, за исключением одной.

– Да, среди них был один мужчина средних лет. У нас всех возникло ощущение, что он, возможно, пытался защитить девушек. Однако, чтобы понять эту историю до конца, потребуется время.

– Я не хочу видеть…

– И не увидишь. Тела перевезли в Храм Скорби для того, чтобы подготовить к преданию огню. Это произойдет завтра. А сейчас нужно сделать то, что умеешь делать только ты. Потом Мусорщики разберут контейнер, а Художники найдут способы, чтобы почтить память этих бесценных детей.

Джон закрыл глаза и поднял голову к небу. В душе он уже сожалел о том, что разговор с Евой так неожиданно прервался.

– Не медли, иди, – сказала Летти. – Тебя уже ждут.

Размеры контейнера поражали. Это была железная коробка, по крайней мере, десять метров в длину. Джон подумал о том, что потребовалось наверняка не меньше десятка Тяжеловозов, чтобы выкатить ее по бревнам на берег. От кромки воды по песку тянулась глубокая борозда, показывавшая путь, по которому тащили груз. Рядом с контейнером были расставлены столы, на которых лежали вынутые из него вещи: одеяла, одежда и детские игрушки. Казалось, температура около него на несколько градусов ниже, несмотря на яркое, припекающее солнце.

Джон достал из кармана небольшую коробочку, открыл и надел на палец лежавшее в ней кольцо. Все, до чего он дотронется этой рукой, будет магически маркировано сегодняшним числом, что поможет разбирать, каталогизировать и архивировать все эти вещи после того, как их доставят в Прибежище для последующего анализа. После этого Джон вынул из кармана и натянул на руки тонкие перчатки.

Рядом с Джоном стоял небольшой черный комод с тремя выдвижными ящиками, и он дотронулся до него рукой. Поверхность комода была холодной. Он попробовал открыть ящик, но тот не поддавался. Джон подозвал стоящую в стороне Мастерицу, умеющую открывать любые замки, и та сделала свою работу за пару секунд. Джон открыл один из ящиков и увидел, что в нем хранились документы: счета, записи, отчеты.

В нижнем ящике комода лежали папки с личными делами погибших девушек. Информации по каждой из них было немного: рост, вес и возраст. В папках находились и фотографии каждой из жертв. Имена этих девушек, без всякого сомнения, были вымышленными и представляли собой названия стран Земли в порядке английского алфавита: Алжир, Боливия и так далее до буквы Л – Ливана. Джон внимательно рассмотрел фотографии и подумал о том, что у каждого изображенного на фотографии человека своя история, которую он, рано или поздно, узнает.

Он уже хотел закрыть ящик, чтобы продолжить осмотр других вещей, как вдруг ему в голову пришла неожиданная мысль. Он посчитал количество папок. Двенадцать штук, все правильно, именно такое количество людей упоминала Летти. Однако он не мог избавиться от чувства, что что-то было не так. Летти говорила, что среди жертв был один мужчина. Джон снова пересчитал папки. Их было двенадцать, и на каждой приложенной к делу фотографии было изображено лицо молодой девушки. Получается, что девушек должно быть двенадцать, хотя на самом деле было найдено одиннадцать женских трупов и один мужской. Где же еще одна? Может быть, кому-то удалось сбежать или возникла какая-то путаница с документами, допустим, личное дело положили в комод, а самой девушки в контейнере не оказалось? В любом случае была какая-то неувязка, небольшое досадное несовпадение, которое он не мог объяснить, загадка, которую пока он был не в силах разгадать.

Может быть, Ева имела в виду одну из этих девушек?

Словно по наитию он направился к контейнеру, перед входом в который выстроились в ряд резиновые сапоги. Их надевали, чтобы защититься от возможного заражения, а также чтобы не привнести в контейнер никаких микробов, что могло бы повлиять на результаты дальнейших тестов и исследований его содержимого. Джон выбрал сапоги, подходящие ему по размеру.

– Это ужасная трагедия, просто ужасная, – заметил Джону Инженер.

Надевая сапоги, Джон кивнул ему в ответ.

– Мне надо ненадолго зайти внутрь, чтобы кое-что проверить, – сказал он. – Вы нашли что-нибудь еще, о чем мне стоит знать?

– Нет, пока разбираемся. Все самое важное из контейнера мы уже вынули.

Джон снова кивнул в ответ.

– Да, мы только что выключили кондиционер, поэтому внутри мороз, словно зимой. Не знаю, как так получилось, что кондиционер работал в режиме охлаждения, но с другой стороны, может, это и к лучшему: так тела хорошо сохранились. Да, и еще, поаккуратнее там – пол очень скользкий.

Дверь контейнера со скрипом открылась, и внутреннее освещение автоматически включилось. Судя по всему, оно работало от отдельных батарей, не связанных с системой кондиционирования. Перед тем как войти в контейнер, Джон сделал глубокий вдох, и, когда, уже стоя внутри, выпустил из легких воздух, изо рта поднялось облачко пара.

Приблизительно треть площади контейнера была занята самыми разными крупными предметами: коробками, ящиками и коврами. На полу лежал мусор, и Джон подумал, что рано или поздно надо будет его перебрать. Тут и там на полу и стенах контейнера виднелись кровавые пятна. Джон аккуратно обходил лужи замерзшей крови.

В дальнюю стену был вделан огромный вентилятор, лопасти которого не двигались и уже успели покрыться инеем. Джон быстро осмотрел помещение, чтобы удостовериться, нет ли в нем тайника, где могла быть спрятана двенадцатая девушка, которой он недосчитался.

Его внимание привлек выступ на стене с вентилятором. Это была чуть выдающаяся вперед металлическая пластина длиной приблизительно около полуметра. Джон подошел и внимательно рассмотрел ее. В нижней части были видны уходящие в стену металлические петли. Он провел рукой по верхнему краю и обнаружил углубления с зажимами, державшими крышку выступа, который вполне мог оказаться тайником. Джон понял, что если откроет зажимы, то вся конструкция выдвинется из стены и он увидит, что находится внутри. Что же это такое? Может быть, выдвижной столик или кровать? А может быть, и место, в котором прячется охранник?

Он задумался. Потом подул на руки и надавил на зажимы, которые с резким металлическим звуком открылись. Он начал вытягивать и опускать четырехугольный люк, сквозь перчатки ощущая ладонями леденящий холод металла. Люк оказался тяжелым, и Джону пришлось подналечь плечом для того, чтобы отделить его от стены, в которую он был вмонтирован. И вот там-то, внутри образовавшегося пустого пространства, он и нашел ее.

Внутри узкой щели оказалась практически раздавленная девочка-подросток. Кто-то с силой закрыл люк, и она не успела правильно улечься внутри, поэтому невооруженным глазом было видно, что ее кости во многих местах сломаны. Можно было подумать, что девочка тихо спит в странной изогнутой позе, положив голову на плечо и неестественно вытянув и согнув руки и ноги, если бы не раны на ее теле и не обильно сочащаяся из них кровь. Одна нога у нее была практически оторвана от тела и держалась на лоскуте кожи. Джон с ужасом смотрел на лежащую перед ним девочку, которая словно вмерзла в окружавшее пространство и время.