Год Людоеда. Игры олигархов - Петр Кожевников

— Что это было? — Самонравов тревожно ощупывал лицо лежащего товарища. — Лосяра, ты в порядке?

— Еще не знаю. — Игорь настороженно посмотрел вверх на ступени: не спускается ли сумасшедший стрелок? — Ты чего, не знал, как здесь гостей встречают?

— У тебя волына есть? — Голос Самонравова звучал необычно робко. — Придется отстреливаться.

— Нет, конечно. На кой она мне? — Кумиров подумал, насколько бездарной станет его гибель на заброшенном кладбище перед трактиром для мокрушников. — Ты меня не предупредил, что мы на войну отправляемся!

— Даже газовика не захватил? — В голосе Мстислава появилось привычное раздражение. — Вспомни, пошарь по карманам! Может быть, куда-то сунул машинально?

— Да нет у меня никакого газовика! — Игорь не мог скрыть своего отчаяния. — Давай, если выживем, в следующий раз с охраной в такие места наведываться.

— Тогда поднимаемся, но только потихоньку, — предложил Мстислав и, опершись на лежащего, начал распрямляться. — Дверь закрыта, все спокойно. Ладно, не бзди, это местный прикол!

Игорь встал. Они вновь шагнули к вагону, дверь распахнулась, но дальнейшее уже не испугало Кумирова.

До того времени как Самонравов стал разворачивать коммерцию, Игорь находился достаточно далеко от представителей уголовного мира, особенно от тех, кто способен шантажировать и пытать, похищать и убивать. Мстислав иногда и раньше хвастался своими связями с авторитетами, но он, конечно, мог и беспросветно трепаться, что было частью его сложного характера. Основатель ЗАО «САМ» говорил, что способен с помощью своих знакомцев востребовать долги с довольно крутых людей. Кумиров особо не задумывался над словами друга, поскольку не представлял себе ситуации, когда кто-то сможет задолжать Самонравову: казалось, что Мстислав настолько точно рассчитывает все возможные нюансы в отношениях с людьми, что не способен оказаться в роли кредитора.

— В бизнесе друзей нет! — не уставал поучать Игоря его энергичный друг. — Вот дам я тебе, положим, тонну баксов, ты мне их вернешь?

— Конечно, Славка, верну! — Кумиров преданно посмотрел на Самонравова, поскольку знал, что властный владелец ЗАО «САМ» любит именно такой взгляд. — Какой смысл мне тебя парить?

— Охотно верю! — причмокнул Мстислав. — Надо будет при случае проверить. А вот если я тебе дам десять тысяч зеленых, ты уже подумаешь, а не дешевле ли выйдет меня за тонну-другую, а то и за всю пятеру устранить, — ты-то в результате такой композиции всяко половину унаследуешь. Так, дружище?

— Да что ты выдумываешь! Ты для меня столько сделал, да я тебе по гроб жизни обязан! — Игорь по-детски смотрел в озорные глаза своего покровителя и думал, насколько он убедительно играет свою затянувшуюся роль. Впрочем, Самонравов прекрасно понимал, что ему дешево льстят, но он давно считал это нормой отношений между собой и другими, между Мстиславом и всем миром! — Не было бы в моей жизни тебя, я бы, наверное, вообще ничего не добился! Максимум — это колупался бы на сраном заводишке, как мой покойный батяня!

Когда Кумиров впервые встретился с «опричниками», как называл Самонравов тех, кто по мановению его руки «решал вопросы», ему стало не по себе: при первом же взгляде на эти не по возрасту моложавые, иссеченные шрамами лица становилось очевидно, что эти люди действительно способны истязать и убивать. В тот же день Игорь поделился своим волнением с другом и предложил заняться каким-нибудь иным делом, которое, по крайней мере, избавит их от общения с подобными экземплярами.

— Это, дорогой мой, первые впечатления. — Мстислав барственно водрузил руку ему на плечо. — Знаешь, как эта братва забавляется? У них есть специальный фургон, нашпигованный всяческой «шпионской» аппаратурой. Летом они выезжают за город, находят оживленный пляж, настраивают видеокамеры, ночью усеивают мелководье битыми бутылками и устраиваются в своем убежище. Утром на пляж приходит народ, лезет в воду и — нате вам! Первая кровь! А эти отморозки балдеют в своем броневике от людских страданий. А там же в основном кто — ребятишки! Другой прикол. Натягивают над лесной тропой леску. Это для велосипедистов. Ничего, родимый, не отчаивайся! Через пару годочков у тебя самого зачешутся руки от желания кого-нибудь помучить: если бы ты знал, какой восторг и трепет охватывают человека, в руках которого оказывается жизнь другого!

— А ты знаешь? — Неловкая фраза, словно непрошеная икота, озвучилась сама собой. Кумиров тотчас замолчал, не зная, стоит ли ему ожидать ответа. — Я, наверное, не то сказал, да?

— Твой вопрос некорректен. — Самонравов причмокнул, выражая, наверное, определенное разочарование своим другом. — Я-то, конечно, не обижусь. Да и виду не подам, а иной человек может тебя неправильно понять, ну и сам, пожалуй, в ответку сделать неправильные выводы. Ты понимаешь, что я имею в виду?

— Надеюсь, что да. — Игорь виновато шмыгнул большим угреватым носом. — Я просто не подумал.

— Надейся, мой друг. — Мстислав моргнул. — И старайся думать, перед тем как задавать вопросы, особенно на такую тему.

Первыми, на кого Кумиров обратил внимание в заведении под названием «Сто первый», стали официанты, — они были наряжены в костюмы палачей, а их лица оказались скрыты под масками.

— А вот и наш Никандрушка! — ласково произнес Самонравов, будто перед ним предстал любимый ребенок. — Здравствуй, брат!

— Давненько ты к нам не захаживал! — Сидящий за столиком темноволосый мужчина бодро поднялся и протянул Мстиславу руку. Они обнялись и поцеловались. — Здравствуй, Мстислав!

— Ну как работается? — Самонравов присел за столик Никандра и указал Игорю на свободный стул со странными приспособлениями, которые Кумиров не удосужился сразу рассмотреть. — Садись, Игореня, чувствуй себя как дома!

Да работы, если честно сказать, хоть отбавляй. — Никандр оценивающе посмотрел на Кумирова. — Только вот все норовят или цену ополовинить, или вовсе продинамить.

Никандр был невысокого роста, плотный, если даже не рыхлый. У него была крупная голова, но маленькие, круглые, словно сушки, уши и выдающаяся вперед нижняя челюсть. Из-за этого в его речи ощущалось постоянное участие слюны, а шипящие буквы расплывались во рту, увеличивая количество звуков. На вид ему было лет тридцать, хотя, по всей вероятности, он выглядел моложе своего возраста.

— А это мой друг, росли в одном доме. — Мстислав обхватил Кумирова за шею и слегка пригнул его крупную конусообразную голову. — Я думаю, если Игорене что-нибудь потребуется, ты ему не откажешь? Так ведь, Никандрушка?

— Да мы для друзей таких делов наворотим, что весь Интерпол подаст в отставку! — Никандр засмеялся, показав заполненное слюной пространство между нижними зубами и крупной, несколько вывороченной губой. — Есть проблемы?

Игорь для приличия улыбался и изучал свой стул. Оказалось, что подлокотники оснащены специальными креплениями и ремнями для рук.

— Нет, пока все у нас нормалец! Да ты продолжай, брат! — Самонравов провел рукой над незамысловатой трапезой наемника, состоящей из раков и датского пива. — А на нас особо не отвлекайся. Давай-ка мы тут себе чего-нибудь закажем. Ты, Никандрушка, какие напитки уважаешь?