Гость - Ли Чайлд

Ричер снова покачал головой.

— Нет, меня это не интересует.

— Ну а что-нибудь совсем уж пассивное? — не унимался Блейк. — Просто «мозговая атака»? Нам кажется, вы очень похожи на убийцу. По крайней мере, вы люди одного типа.

— Нет, я пас, — сказал Ричер.

Снова наступила тишина.

— Вы дадите согласие на то, чтобы вас загипнотизировали? — спросил Блейк.

— Загипнотизировали? Зачем?

— Быть может, вы вспомните что-то такое, что похоронено в глубинах подсознания. Ну, например, кто-то делал какие-то угрозы, какие-то злобные высказывания. А вы в то время не обратили на это внимание. Возможно, сейчас вы это вспомните. Что-нибудь полезное.

— Вы все еще прибегаете к гипнозу?

— Иногда, — сказал Блейк. — Бывает, он помогает. Джулия большой специалист по этой части. Она может этим заняться.

— В таком случае, благодарю, я мимо. Она заставит меня пройтись по Пятой авеню голышом.

Снова наступило молчание. Блейк отвел взгляд, затем снова повернулся к Ричеру.

— Ричер, обращаюсь к вам в последний раз. Бюро просит вас о помощи. Мы постоянно прибегаем к помощи советников. Вам хорошо заплатят. Да или нет?

— Именно с этой целью вы меня заграбастали?

Блейк кивнул.

— Иногда это дает результат.

— Каким образом?

Подумав, Блейк решил ответить правду. Ричер понял, что этот человек ради того, чтобы добиться своей цели, готов пойти на откровенность.

— Это встряхивает человека, — сказал Блейк. — Понимаете, если убедить человека в том, что он главный подозреваемый, а затем сказать, что это не так, получится своеобразный эмоциональный переключатель, и этот человек проникнется к нам чем-то вроде благодарности. Захочет нам помочь.

— Вам уже приходилось делать подобное?

Блейк снова кивнул.

— Да, и результат чаще бывает положительный, чем отрицательный.

Ричер пожал плечами.

— Я психологией никогда не увлекался.

— Образно говоря, психология — это наше ремесло, — заметил Блейк.

— Вам не кажется, что это довольно жестоко?

— Бюро выполняет свой долг.

— Несомненно.

— Итак, да или нет?

— Нет.

В комнате наступила тишина.

— Почему?

— Наверное, потому, что в моем случае ваш эмоциональный переключатель не сработал.

— А мы можем получить какую-нибудь официальную причину, для отчетности?

— Официальной причиной является мисс Ламарр. Она постоянно мне хамит.

Блейк беспомощно развел руками.

— Но она хамила вам только для того, чтобы переключатель сработал. Это просто тактический прием.

Ричер скорчил гримасу.

— Ну, у нее получилось чересчур убедительно. Отстраните ее от дела, и я, возможно, подумаю.

Ламарр сверкнула глазами, а Блейк покачал головой.

— Я на это не пойду. Здесь решаю я, и я не потерплю никакого диктата.

— В таком случае, мой ответ — нет.

Молчание. Уголки губ Блейка опустились вниз.

— Перед тем, как приехать сюда, мы переговорили с Дирфильдом. Надеюсь, это вы понимаете, да? Так вот, Дирфильд уполномочил нас заверить вас, что Козо снимет все обвинения в рэкете, если вы окажетесь сговорчивым.

— Мне наплевать на обвинения в рэкете.

— А напрасно. От рэкета всегда дурно пахнет, вы не находите? Рэкет вредит бизнесу, калечит жизни. Если Козо умело представит дело, здешние присяжные из мелких торговцев проникнутся к вам лютой ненавистью.

— Мне на это наплевать, — повторил Ричер. — Я развалю все обвинения против себя за одну секунду. Вы забыли, я, наоборот, остановил рэкет. Я его не начинал. Для присяжных из здешних мелких торговцев я буду Робином Гудом.

Кивнув, Блейк опустил голову и вытер губы пальцем.

— Вся беда в том, дело не ограничивается одним обвинением в рэкете. Один из тех громил в критическом состоянии. Нам только что позвонили из больницы. У него проломлен череп. Если он умрет, вам предъявят обвинение в умышленном убийстве.

Ричер презрительно рассмеялся.

— Неплохо придумано, Блейк. Но сегодня никто никому черепа не проламывал. Поверьте, если я захочу проломить кому-нибудь череп, я знаю, как это делать. Но случайно это произойти не может. Так что давайте послушаем остальное.

— Что остальное?

— Ну, ваши страшные угрозы. Бюро ведь выполняет свой долг, так? Вы хотите любой ценой добиться моего согласия сотрудничать. Так что давайте вываливайте остальные страшные угрозы, которые вы приготовили, чтобы меня запугать.

— Нам просто очень нужна ваша помощь.

— Понимаю. И я хочу услышать, как далеко вы готовы ради этого зайти.

— Так далеко, как это потребуется. Это ведь ФБР, Ричер. На нас давят обстоятельства. Мы не можем терять время. Его у нас нет.

Ричер отпил кофе. Теперь вкус у него был определенно лучше, чем в первый раз. Возможно, Ламарр насыпала больше зерен. Или меньше.

— Так что вываливайте мне плохие новости.

— Проверка налоговой инспекции.

— Вы полагаете, меня испугает проверка налоговой инспекции? Мне нечего скрывать. Если удастся найти какой-нибудь доход, о котором я забыл, я буду крайне признателен, только и всего. Лишние деньги мне не помешают.

— Проверят не только вас, но и вашу знакомую.

Ричер снова расхохотался.

— Ради бога, Джоди — юрист с Уолл-стрит. Работает в крупной фирме, почти партнер. Она одной левой завяжет налоговую инспекцию в узел.

— Ричер, мы настроены серьезно.

— Пока что я этого не заметил.

Блейк уставился в пол.

— У Козо есть внедренные люди. Петросян станет спрашивать, кто расправился с его ребятами вчера вечером. Люди Козо смогут как бы случайно упомянуть ваше имя.

— Ну и?

— Сказать Петросяну, где вы живете.

— И это известие должно меня запугать? Блейк, посмотрите на меня хорошенько. Вернитесь в реальность. На всем земном шаре найдется максимум человек десять тех, кого я испугаюсь. Крайне маловероятно, что Петросян окажется одним из них. Так что если он захочет пожаловать ко мне в гости, я спущу его обратно в город по реке в гробу.

— Насколько я слышал, Петросян человек крутой.

— Не сомневаюсь в этом. Но достаточно ли крутой?

— Козо утверждает, он половой извращенец. В его расправах над виновными обязательно присутствует что-то сексуальное. Он оставляет трупы обнаженными, изуродованными, со следами насилия. Причем неважно, идет речь о мужчинах или женщинах. Нам об этом рассказал Дирфильд. Мы говорили с ним.