Забытая девушка - Карин Слотер

Андреа застыла при виде девятимиллиметрового «глока» унего на поясе. Рядом с ним сияла «серебряная звезда». Она догадалась, что смотрит на своего нового напарника. Затем поняла, что он, скорее всего, работает в спецотряде по розыску и поимке, потому что у тех, кому поручалось ловить худших из худших, почти не было дресс-кода и правил.

Она протянула руку.

–Я…

–Андреа Оливер, прямиком из Глинко,– он продемонстрировал впечатляющий южный акцент, пожимая ей руку.– Я уполномоченный Байбл. Рад, что ты наконец добралась. Сумка есть?

Она не знала, что еще делать, кроме как показать ему свою дорожную сумку, в которой лежала одежда ровно на неделю. Скоро ей придется объяснять матери, почему ее вещи надо посылать в Балтимор, а не в Портленд.

–Отлично.– Байбл показал два больших пальца водителю.– Мне нравится, что ты сообщаешь всем своей музыкой, сынок. Солидарность так и прет.

Если у водителя и был ответ, Байбл не стал дожидаться. Он кивнул Андреа, чтобы та шла за ним дальше по тротуару.

–Давай-ка прогуляемся, разведаем немного, познакомимся и составим план. Я здесь всего на два часа, так что большой форы у меня нет. Кстати, я Леонард, но все зовут меня Кэтфиш.

–Кэтфиш Байбл?– Впервые за два года Андреа пожалела, что рядом нет ее матери. Он будто сошел со страниц романа Фланнери О’Коннор^[15].

–Прозвище есть?– он посмотрел на нее, но Андреа только покачала головой.– У всех есть прозвища. Ты наверняка просто скрываешь его. Осторожно.

Мальчик на велосипеде чуть не врезался в Андреа.

–Взгляни-ка,– Байбл несколько раз повернул голову, чтобы тонкие шрамы по обеим сторонам его щек попали на свет,– подрался с сомом^[16].

Андреа задалась вопросом, был ли у этой рыбки выкидной ножик.

–В общем,– Байбл шел так же быстро, как и говорил,– слышал, твоей рейс задержали. Наверное, просто ад – прыгать в самолет сразу после рвотного забега.

Он имел в виду Маршальскую милю – последнее испытание перед выпуском. А еще он имел в виду, что знает о весьма необычных условиях срочного назначения Андреа.

–Я в порядке,– сказала она ему.– Готова к бою.

–Это отлично. Я тоже в порядке. В полном порядке. Всегда готов. Мы станем великолепной командой, Оливер. Нутром это чую.

Андреа крепче вцепилась в свою сумку и перекинула рюкзак на другое плечо, пытаясь поспеть за широким шагом Байбла. Чем ближе они подходили к главной улице, тем сложнее было идти. Обе стороны Бич-драйв были забиты туристами разных размеров и возрастов, которые смотрели в карты, останавливались, чтобы написать сообщение, и глазели на солнце.

Она чувствовала себя ужасно приметной в своей одежде. На ней было черное поло с огромными желтыми буквами СМ США на спине и еще одной нашивкой на нагрудном кармане. Для нее на складе был только мужской размер S, но рукава все равно свисали ниже локтей, а воротник был такой жесткий, что царапал ей подбородок. Она распорола швы внизу брюк, но они все равно были ей примерно на полдюйма коротки, а в талии – на полтора дюйма велики. У женских брюк всегда крошечные карманы и нет петель для ремня, так что ей пришлось купить брюки для мальчиков в детском отделе и плотный тканый ремень, чтобы пристегнуть к нему пистолет, наручники, жезл и «серебряную звезду». Впервые в жизни у нее появились бедра. Но не в хорошем смысле.

Байбл, кажется, заметил ее дискомфорт.

–У тебя есть с собой джинсы?

–Да.– У нее была ровно одна пара.

–Мне нравится носить джинсы.– Он нажал кнопку светофора. Голова Байбла торчала над толпой, как у суриката.– Комфортно, стильно и не стесняет движений.

Андреа разглядывала уличные знаки, пока Байбл рассуждал, что лучше – джинсы свободного кроя или обтягивающие. Она узнала перекресток из показаний одного свидетеля…

Примерно в 18:00 17 апреля 1982 года я, Мелоди Луиз Брикел, была свидетельницей того, как Эмили Вон переходит улицу на перекрестке Бич-драйв и Роял Коув Уэй. Похоже, она шла от школьного спортзала. На ней было бирюзовое атласное платье без бретелек с фатином и клатч такого же цвета, но она была без колготок и без обуви. Она выглядела встревоженной. Я не стала подходить к ней, потому что мама сказала мне держаться подальше от Эмили и всей ее компании. Больше я ее не видела. Я не знаю, кто отец ее ребенка. Перед лицом закона клянусь, что мои показания содержат только правду.

Байбл спросил:

–Кого ты встретила в штабе?

Андреа пришлось разогнать туман в голове.

–Все были на конференции. Там была женщина, которая занимается конфискацией имущества, и она…

–Лита Фрейзер,– подтвердил он.– Хорошая девчонка. Работает примерно столько же, сколько и я. Но, слушай, одна важная вещь – Майк сказал мне присматривать за тобой.

Ее сердце упало.

–Майк не…

–Так-так-так, стой,– сказал он.– Касси, моя жена, говорит, что рыцарство молодежи уже ни к чему, но я прямо тебе скажу, что никогда не верил слухам. И я говорю это не только потому, что вы обручены.

Андреа почувствовала, что у нее сейчас отвиснет челюсть.

–Рад, что мы сразу во всем разобрались.– Загорелся зеленый свет. Байбл начал переходить дорогу, прибившись к загорелым тинейджерам. Он оглянулся через плечо и спросил Андреа:– Уже нашла себе место в Би-море?^[17]

–Нет… Я…– Она перешла на бег, чтобы нагнать его.– Мы не… Майк и я…

–Не мое дело. Мы больше не будем об этом говорить,– он «застегнул» себе рот пальцем.– Слушай, а вообще что ты знаешь про судью?

–Я…– Андреа казалось, что она падает в черную дыру.

–Не боись, я понимаю, что значит быть новеньким, свеженьким маршем, с пылу с жару – тебе только что сунули в руки удостоверение, и ты даже не знаешь, что к чему, но я здесь, чтобы натаскать тебя. Мой бывший напарник сейчас сидит на пляже, попивает «Май-Тай» исчитает ламантинов. Ты и я, мы теперь команда, как семья, но только семья по работе, потому что у тебя есть собственная семья, я это понимаю.

Андреа шагнула на тротуар. Сделала глубокий вдох. Когда она впервые встретила Майка, он выпустил в нее похожую автоматную очередь банальностей. Он пытался сбить ее с толку, заставить ее сказать что-то, чего ей не стоило говорить, и это срабатывало столько раз, что она чувствовала себя идиоткой.