Невиновен - Харлан Кобен

– Тысячу раз тебе говорила: не кури здесь, – с упреком заметила Лорен.

– Сама куришь!

– Нет, мам. Бросила.

Кармен изогнула тонкие подкрашенные брови и кокетливо – неистребимая привычка – заморгала.

– Бросила?

– Да.

– Перестань! Сколько не куришь? Два месяца? Это не серьезно.

– Пять месяцев.

– Все равно. И ведь здесь ты тоже курила.

– И что?

– Так в чем дело? До сих пор еще запах не выветрился. Здесь тебе не поганый номер отеля для некурящих. Правильно?

Мать окинула ее испытующим взглядом, словно смерила с головы до пят. Так она делала всегда, прежде чем завести до боли знакомую пластинку. И Лорен ждала неизбежного «пора бы заняться собой, я помогу». Прическа никуда не годится, абсолютно ей не идет. «Ты должна носить что-то облегающее. Почему ты выглядишь как какой-то мальчишка? Видела, какие в „Секрете Виктории“ продаются бюстгальтеры? Последний писк моды, поднимают грудь чуть ли не до небес. И немного макияжа тебя тоже не убьет, малорослым девушкам следует носить туфли на высоких каблуках», – ну и так далее и тому подобное.

Кармен уже открыла рот, но зазвонил телефон.

– Помолчи секунду, – попросила Лорен и сняла трубку.

– Привет, Шприц, это Мо.

Элдон Тик, он же Мо, был шестидесятидвухлетним дедушкой, с утра и до ночи слушающим рэп. К тому же он являлся судебным патологоанатомом округа Эссекс.

– Что случилось, Элдон?

– Ты вроде получила дело монахини с резиновыми сиськами?

– Значит, так вы его назвали?

– Называли, пока не придумали посмешнее. Лично мне понравились два: Святые Горы Близнецы и Грудью На Защиту Веры. А другим почему-то нет.

Лорен устало потерла глаза.

– Для меня что-нибудь есть?

– Имеется.

– Что?

– Да то, что смерть не была естественной.

– Ее убили?

– Ага. Задушили. Подушку на лицо, и все дела.

– Господи! Как же могли такое пропустить?

– Что значит пропустить?

– Почему в официальном отчете она числится умершей по естественным причинам?

– Ну да.

– Послушай, Элдон, не притворяйся, что не понимаешь. Какого черта они это пропустили, я тебя спрашиваю?

– Тогда я тоже спрошу. Кого ты имеешь в виду?

– Того, кто первым осматривал тело.

– Да никто не осматривал. В том-то и прикол.

– Почему нет?

– Ты никак шутишь?

– Ничего я не шучу. Я хочу знать, как могло получиться, что это не всплыло сразу.

– Фильмов по ящику насмотрелась, вот что я скажу. Каждый день помирают миллионы людей, верно? Жены находят мужей мертвыми, на полу. Думаешь, мы сразу бежим делать вскрытие? Всегда проверяем, убийство это или нет? Да по большей части копы тут вообще не вмешиваются. К примеру, мой старик дал дуба… лет эдак десять назад, да, точно. Мама позвонила в погребальную контору, врач выписал свидетельство о смерти, ну и его увезли. Так это обычно происходит, сама прекрасно знаешь. А тут помирает пожилая монахиня. И на взгляд любого, кто не в курсе, что именно надо искать, это выглядит естественной смертью. Да я бы и сам ни за что не положил бы ее на стол, если бы мать-настоятельница промолчала.

– Ты уверен, что именно подушкой?

– Да. Кстати, подушка находилась в ее комнате. В горле обнаружена куча волокон.

– А под ногтями?

– Чисто.

– Тебе не кажется это странным? – Лорен покачала головой, постаралась сосредоточиться. – Личность установил?

– Кого?

– Жертвы.

– К чему? Я был уверен, что это Сестра Силикон.

Лорен взглянула на часы.

– Ты еще долго у себя будешь?

– Часа два.

– Еду.