Ложь во спасение - Нора Робертс

* * *

На вечер Шелби все устроила. Поменялась с Гриффом машинами, забрала у него детей и отвезла к Сюзанне. На прощание крепче обычного обняла Кэлли, ведь та впервые оставалась в гостях с ночевкой, одна, без мамы или бабушки.

Потом бегом вернулась в салон, чтобы сделать прическу и – по настоянию Кристал – макияж. Она предпочла бы накраситься самостоятельно, но попробуй откажи Кристал – ведь обидится! Но та заметила, что Шелби на взводе, и поклялась соблюдать меру.

В конечном итоге она сэкономила массу времени. Сидела как барыня и переписывалась по телефону то с выездным рестораном, то с флористом, то с Эммой-Кейт, а вокруг нее хлопотали мастера.

А уж сколько пришло сообщений от мисс Битси – и не счесть.

Работая в тандеме, Виола и Кристал держали Шелби спиной к зеркалу и только потом торжественно развернули ее кресло, чтобы она оценила результат.

И все сомнения разом отпали.

– Ух ты! Красота!

– Глаза подвела чуть сильней, чем ты обычно делаешь, – принялась объяснять Кристал, – но тоненько. Получилось очень элегантно – как и прическа.

– Да, действительно элегантно. И я – это я, только чуточку индивидуальность подчеркнули. Не скажешь, что вы вдвоем тут почти час возились. Кристал, все замечательно! Теперь всегда буду тебя слушать. Бабуля, а прическа вообще бесподобная! И эта блестящая ленточка! Как она красиво оттеняет локоны, которые свободно лежат.

– И несколько легких завитков вокруг лица, заметила? – добавила Виола, чуть подправляя прядку. – Смотрится так, будто ты потратила на прическу всего несколько минут.

– Уж не знаю, получится ли у меня соответствовать этакой красоте, но буду стараться изо всех сил. Спасибо, спасибо вам огромное! – Шелби обняла обеих. – Побегу. Надо быть в отеле раньше мисс Битси. Увидимся вечером!

Она прикинула, что до возвращения мамы у нее будет час времени, а если Ада-Мей тоже надумает причесаться, то и все два.

Но два ей и не понадобятся.

Шелби схватила себе банку колы, перевела дух. Она собиралась идти в простом черном платье, но поскольку бабушка сделала ей прическу в греческом стиле, пришлось подбирать другой наряд. С этой целью Шелби поднялась на второй этаж.

Черное платье годится для всего, это бесспорно, и уже сослужило свою службу на трех музыкальных пятницах. А вот привезенное из Филадельфии серебристо-серое она еще ни разу не надевала. Как-то не очень оно подходит для сцены. Но для сегодняшнего мероприятия в самый раз.

Шелби достала платье, приложила к себе, повернулась к зеркалу. Это платье, по сравнению с черным, было чуть более свободного покроя, более летящее. Такое будет лучше гармонировать с прической. Тогда и туфли надо другие, решила она, не черные. Черные будут слишком строгими. Но у нее есть голубые босоножки на невысоком каблуке, а невысокий каблук как раз очень кстати, ведь ей предстоит полвечера провести на ногах.

А еще у платья были прорезные карманы, куда можно сунуть телефон – дополнительное удобство.

Приняв решение, Шелби оделась, вдела в уши серьги-слезки, а руки украсила тремя тонкими, переливчатыми браслетами.

Потом собрала в сумку туалетные принадлежности и смену одежды, поскольку после торжества собиралась заночевать у Гриффа.

Ровно через час, более чем удовлетворенная своим видом, она снова села в машину и отправилась в отель.

За последние три недели она провела в этом отеле больше времени, чем за всю предшествующую жизнь, но всякий раз, подъезжая к этому повороту на идущей в гору дороге, она невольно улыбалась при виде массивного каменного здания, выступающего из-за деревьев.

Она припарковалась и по вымощенной сланцевыми плитами дорожке направилась к широкой передней веранде, где стояли два больших белых вазона с красными и белыми бегониями и стелющимися побегами синей лобелии.

Если Эмма-Кейт с Мэттом решат и свадьбу здесь проводить, то в эти вазоны надо будет посадить что-то желтое и лавандовое, машинально подумала она.

Под приветствия персонала Шелби простучала каблучками по широким деревянным половицам вестибюля, направляясь в зал торжеств.

Декораторы уже трудились в поте лица, и она с радостью отметила, что все выбрала правильно. Столы были накрыты темно-фиолетовыми скатертями поверх белых, придававшими залу особую элегантность и служившими превосходным фоном для композиций с белыми гортензиями и прозрачных квадратных подсвечников с белыми греющими свечами.

Посадочные места были разной высоты: они предусмотрели и стулья, и табуреты – кому что нравится.

Она придумала и террасу декорировать так, чтобы она гармонировала с залом, добавить туда несколько высоких вазонов с каллами и розами, немного пионов и воздушную стелющуюся травку.

Все во вкусе Эммы-Кейт, подумала Шелби.

К тому времени как прибыли жених и невеста, все было готово – и по выражению лица подруги Шелби поняла, что каждый час ее кропотливых усилий, каждая поездка туда и обратно, каждое сражение с Битси были не напрасны.

– Ой, Шелби!

– Только без слез! А то я тоже разревусь, и весь макияж насмарку. Мы с тобой сегодня красавицы!

– Как красиво! Именно то, что я хотела. А до некоторых вещей я бы сама не додумалась. Как в сказке!

– Об этом мы и мечтали, да? – Она взяла за руки Эмму-Кейт и Мэтта и соединила их руки. – А теперь это ваша общая мечта. Объявляю вас официально помолвленными.

– У нас еще одно пожелание есть.

Шелби сунула руку в карман и вынула ее сжатой в кулак.

– Как раз одно желание осталось неизрасходованным. Что надо сделать?

– Мы с Мэттом выбрали свою песню, во всяком случае, на сегодняшний день. «Будь со мной» – ты же ее знаешь, да?

– Ну конечно, знаю.

– Мы хотим, чтобы сегодня ты ее спела для нас.

– Но у вас же тут группа играть будет!

– Шелби, мы очень хотим, чтобы ты для нас спела. – Эмма-Кейт взяла ее руки в свои. – Ну пожалуйста, Шелби! Всего одну песню! Для нас.

– Да я с радостью. Договорюсь с музыкантами, не проблема. А сейчас мы нальем вам выпить, и я вам тут все покажу, пока народ собираться не начал. Потом у вас времени уже не будет.

– Грифф следом за нами ехал, – вставил Мэтт. – Да вот и он!

– Ой, вы на него только посмотрите! – Шелби провела рукой по лацкану его темно-серого костюма и подумала, как удачно получилось, что она надела светло-серое платье. – Ты ослепителен!

– Богиня гор! – прошептал он. – Аж дыхание перехватывает.

Он поднес ее руку к губам и поцеловал. Она зарделась, хотя еще в отрочестве отучила себя от этой привычки, свойственной всем рыжеволосым.

– Благодарю, сэр. Мы вчетвером смотримся не хуже этого зала. По-моему, надо выпить шампанского. И еще, Эмма-Кейт, я хочу тебе показать открытую террасу. Деревца в кадках мы украсили гирляндами. Это просто сказка!