Невинная жена - Эми Ллойд

Дорога была покрыта грязью, и машину водило из стороны в сторону. Наконец они остановились в каком-то глухом месте рядом с белым фургоном, который Сэм узнала по интервью с полицейским Харрисом, и другим автомобилем, выглядевшим покинутым. Они были вынуждены продолжить путь пешком, ступая по опавшим веткам и земле, раскисшей от вчерашнего дождя. Балетки Сэм всасывались в мягкую почву и спадали с ног, лодыжки покрылись грязью.

— Черт, надо было тебя предупредить. Моя вина, — сказала Кэрри. — Джексон хотел, чтобы был материал, который показывает настоящий Ред-Ривер. Характер места, так сказать.

Из-за деревьев они услышали голоса съемочной группы и увидели трейлер, увитый вьющимися растениями и с такими грязными окнами, что заглянуть внутрь было невозможно.

За трейлером в земле был провал, настолько глубокий, что Сэм видела лишь черноту, которая, казалось, притягивала к себе. На его краю балансировали остатки дома с торчащими во все стороны расколотыми досками и свисающими проводами, напоминающими вывернутые кишки. Хозяин, Эд, выглядел напряженным, он ждал, пока кто-то из группы прикреплял к его рубашке микрофон, и чувствовал себя неловко. Сэм была вынуждена отойти от провала на несколько шагов. Он и правда притягивал — Сэм показалось, что она может сделать шаг вперед и броситься в него. От этого у нее заломило кости.

— Ну, это было примерно так, — начал Эд по команде. — Однажды вечером жена сказала, что она хочет лечь в постель пораньше. Я поцеловал ее, пожелал спокойной ночи, и она отправилась в спальню, которая была примерно здесь.

Он показал на край бездонного провала, над которым все еще свисали балки.

— Тем вечером я выпил пива и, когда почувствовал, что дом слегка качается, подумал, что это пиво виновато. Все происходило плавно, не так, как при землетрясении, а так, как бывает при засыпании, как будто весь мир под тобой слегка колышется. А потом этот звук, какой-то неземной, похожий на урчание. Ну, как старые трубы, что-то в этом роде. А потом все случилось сразу. Вся левая сторона дома просто исчезла, ее всосало за секунду. Я даже не слышал, чтобы жена вскрикнула, ничего такого не было. Я вышел и обнаружил развалины. Пытался ее найти, но земля еще всасывала в себя все, как будто была голодна. Вокруг меня пузырилась вода и булькали маленькие лужицы грязи. Я не знал, что делать. Телефон не работал, мы здесь на отшибе.

Хозяин помолчал и продолжил:

— Тогда я поехал за помощью. Но мы так ее и не нашли, жена просто исчезла, ее всосала земля, когда она спала. Я все думал: «Она утонула? Это было как утопление? Или ее нос и рот забила грязь?» Можете себе такое представить? Похоронена живьем в жидкой вонючей грязи… Я даже не мог ее похоронить. У нее есть мемориальная доска около церкви, но в могиле ее нет, она осталась здесь.

— Я не мог так ее оставить. Меня пробовали переселить, округ назвал это место непригодным для жилья, ну а я взял трейлер и поставил его здесь. Этот провал растет — у меня есть снимки.

Эд показал фотографии, на которых было видно, как со временем яма становится все больше и больше, а дом по сравнению с ней — все меньше и меньше.

— Всякий раз, когда у нас пройдет хорошая буря, провал увеличивается. И вся эта вода — когда она высыхает, давление меняется и… — Он издал всасывающий звук. — Я слышу, как по ночам дом трещит и скрипит. Худшее, что может случиться, — меня тоже засосет, но это не так уж плохо. Говорят, опасно, — невесело хмыкнул он, — но здесь не опаснее, чем в любом другом месте. Весь штат стоит на плохой земле!

Сэм старалась заставить себя твердо стоять на ногах. По телу побежали мурашки, когда Эд повел нервничавшего оператора к краю провала и бесстрашно склонился над ним, подбадривая:

— Давай, давай, яма не кусается.

— Это место помогает вам горевать? — спросил у него Патрик, партнер Кэрри.

— Наверное, помогает. Я скучаю по своей жене. Каждый день с нею разговариваю.

— А она когда-нибудь отвечает?

— Конечно, отвечает, вот прямо сейчас и говорит: «Зачем ты позволил этой банде засранцев приехать сюда — чтобы они хамили тебе в твоем собственном доме?» Что за дурацкий вопрос? А? Я знаю, вы ищете всяких чудаков, чтобы изобразить наш город, как парад уродов.

— Простите, — вмешалась Кэрри. — Думаю, Патрик выразился метафорически. Правда ваша, мы хотим показать, какие колоритные и разные люди живут в Ред-Ривере, но мотивы у нас самые чистые. Мы вовсе не стараемся для того, чтобы все это выглядело как парад уродов.

— Хм. — Эд поднял бровь. — Я не идиот. Я видел этот фильм. Вообще-то, Деннис, бывало, приходил сюда и выполнял для нас кое-какую работу.

— Правда? Можете рассказать нам об этом? — Кэрри была удивлена.

— Он приходил сюда, делал кое-какую работу во дворе, мы ему, конечно, платили. Однажды вечером я принес ему стакан воды и собирался сказать, что на сегодня работа закончена, а он был чем-то полностью поглощен. Я дважды окликнул его, пока он поднял глаза. Когда я к нему подошел, он склонялся над металлическим ведром, а лицо было освещено пламенем. В ведре была змея, она горела, корчилась и извивалась. Изредка он тыкал в нее палкой. Я налил в ведро воды и спросил его, что, черт побери, он делает.

— Он выглядел так, как будто его только что разбудили. Сказал, что избавлялся от змеи ради меня. А теперь она только будет умирать медленнее. Я дал ему двадцатку, он ушел и больше не приходил. По правде говоря, я чувствовал себя рядом с ним не слишком уютно, особенно после этого. Не знаю, действительно ли он убил ту девочку, не знаю об этом, но что-то с ним было не в порядке.

Сэм сидела в машине и думала, как было бы хорошо, если бы она осталась в гостинице. Москиты кусали за ноги и за руки, некоторые застревали в катящемся с Сэм поту. Все это место вызывало у нее дискомфорт. Она продолжала думать о змее и о том, что это могло значить.

— Это всего лишь змея, — пыталась успокоить Кэрри, когда Сэм спросила ее. — Другое дело, если бы он засовывал котят в чертову микроволновку. Мальчишки противные. Мой брат бросил свою золотую рыбку в морозильник, а теперь он истый веган. Скорее всего, все было не так плохо, как рассказал Эд.

После интервью с Эдом она и Патрик тихо поспорили. Сэм слушала, сидя на пассажирском сиденье и свесив ноги наружу.

— Ничего из этого мы не сможем использовать, — говорил Патрик. — Жечь змей? Как это будет звучать?

— Да все же замечательно, — возражала Кэрри. — У нас есть превосходный материал о провале. Это именно то, что хотел Джексон. Хотя ясно, что этот мужик — выдумщик, кто знает, сколько правды в его словах…

Закончив спор с Патриком, Кэрри снова села за руль, напряженная и, казалось, даже расстроенная.

Они поехали в центр Ред-Ривера, на этот раз в молчании; мысли Кэрри явно блуждали где-то далеко. А Сэм не знала, что сказать, поэтому не говорила ничего. Дома вдоль дороги выглядели все более убого, пока они не добрались до улицы, на которой стояли дома с решетчатыми окнами, повсюду во дворах было больше мебели, чем могло поместиться в тех домах, что они уже проехали ранее, — во дворах с переполненными мусорными баками и какофонией собачьего лая.