Эффект Марко - Юсси Адлер-Ольсен

– О чем идет речь?

– Торговля акциями. У него лежит куча акций в «Банке Карребэк», это банк Тайса Снапа. Ну вот скажите на милость, что вы за полицейские, если еще не потрясли как следует этого человека?

Карл посмотрел на Ассада. Тот лишь пожал плечами и спросил:

– О какой сумме идет речь?

– Понятия не имею. Таким уж скрытным всегда был Рене. Он ведь являлся и членом совета директоров банка.

– А он, случайно, не мог отправиться к своему дружку, этому… как там его? – Ассад зашуршал блокнотиком. – Этому Снапсу.

– Снап. Тайс Снап. Не знаю. Скорее уж он отправился в отель, клоп несчастный. Что до меня, так пусть этот хлюпик лучше посидит там.

Хлюпик? В этом слове выразилось ее истинное отношение к партнеру по священному браку, как и к обещанию провести с ним всю жизнь до самой смерти в «любви и почтении, не покидая ни в радости, ни в горе».

В кармане у Карла завибрировал телефон. Если это Мона, пусть все остальное немного подождет.

Взглянув на дисплей, он увидел незнакомый номер. Может, она звонит с рабочего телефона?

– Алло, монсеньор, – обратился к нему голос из трубки.

Что за черт?

– Говорит Гордон Тейлор. Я проверил положение Рене Эриксена. Много всего выяснил об образовании и карьере, но особое внимание обратил на то, что совсем недавно он продал акции «Банка Карребэк» на десять миллионов крон и к тому же входит в состав совета директоров банка. Странно как-то, да?

Проклятье. Десять миллионов.

– Гордон, расскажи мне лучше что-нибудь, чего я еще не знаю, – огрызнулся Карл и положил трубку. Сейчас он постарается обдумать полученные сведения.

Мёрк повернулся к жене Эриксена, как вдруг телефон снова зазвонил.

– Черт подери, Гордон, – зарычал он в трубку. – Неужели ты не понимаешь, что если я разрываю соединение, значит, разговор окончен?

– Карл? – раздался из телефона женский голос. – Это ты? Это Лисбет.

В мгновение ока гармошка складок на лбу Карла подскочила к самым волосам. Лисбет? О ней он совсем не подумал…

– Ах, Лисбет, извини, я думал, это кое-кто другой. Знаешь, я сейчас на допросе, давай лучше поговорим попозже?

– Да, конечно, мне очень жаль, что я тебя отвлекла. – Ее голос звучал разочарованно. Да и было, видимо, от чего.

Затем Мёрк попрощался и заверил ее, что обязательно перезвонит в более удобный момент. Как-то странно, но эти слова не являлись ни правдой, ни ложью. Непонятное ощущение.

– Да, простите, мы все внимание, – извинился он, вновь поворачиваясь к супруге Рене Эриксена. – Я как раз собирался рассказать вам о том, что ваш муж только что продал на десять миллионов акций банка, членом совета директоров которого является. Вы знали об этом?

Она попросила повторить сумму. После чего застыла с выпученными глазами, переосмысляя всю свою жизнь.

* * *

– Бенте Монстед, «Банк Карребэк». Чем могу быть полезен?

Карл кивнул Ассаду, который сидел рядом и слушал. Вообще-то удобно ездить на служебном автомобиле с недавно встроенным навигатором, беспроводным телефоном и еще кучей всякой электроники. Можно было почувствовать себя настоящим миллионером.

– Я бы хотел поговорить с вашим начальником, директором банка господином Снапом. Переключите меня, пожалуйста.

– Простите, а с кем я говорю?

– Вице-комиссар полиции Карл Мёрк, отдел «Q», полиция Копенгагена.

– Ага. – Он сделал небольшую паузу. – Должен вам сообщить, что Тайс Снап не появлялся сегодня в офисе.

– Он болен?

– Ну, я даже не знаю… Он недавно вернулся домой из отпуска с Карибского моря, но мы еще не видели его на работе. Я знаю, что вчера он ездил в Копенгаген в нашу брокерскую контору, однако не предоставил нам никакой информации о планах на сегодня, а также не отвечает на телефонные звонки. Следует, вероятно, предположить, что он еще не вполне привык к разнице во времени.

– Вот как… Возможно, мой звонок поможет ускорить адаптацию к часовому поясу. Я обладаю магической способностью воздействовать на людей посредством телефонной связи. Могу я попросить вас дать мне его домашний номер?

– Нет, я думаю, что не могу предоставить вам такую информацию.

– Не проблема. Тогда я позвоню в полицию Нэстведа и попрошу их заглянуть к вам в течение пяти минут. Ах, как шикарно будет выглядеть, когда парочка парней прошагают в полной амуниции к офису секретаря директора, не правда ли? Они мигом раздобудут нужный мне номер, раз вы не хотите его дать. Но все равно спасибо за помощь.

– Если это действительно настолько необходимо… а по-видимому, именно так… то я согласен.

Ассад поднял вверх большой палец. Это работало почти всегда.

Спустя двадцать секунд настала его очередь звонить, однако на этот раз так называемые магические способности Карла не подействовали, поскольку никто не взял трубку.

– Проверь-ка его адрес, Ассад, – попросил Мёрк. – И отправимся туда. Думается мне, тут дело темное.

– Темное?

– Ну да, что-то тут не так. Итак, вот что мы можем констатировать. Эриксен смылся. Они вместе со Снапом заседают в совете директоров. Эриксен только что продал офигенное количество их акций. И, наконец, Снап, возможно, болен. Очень странное совпадение… Готов поспорить, они сегодня где-то пересеклись.

– Карребэксмине расположен далеко на юге, рядом с Нэстведом, Карл.

– Ну и фиг с ним. День только начался.

* * *

– Это только половина владений шейха, – прокомментировал Ассад, обозревая поля, простирающиеся за аллеей, которая тянулась вдоль завершающего участка гравийной дороги, ведущей к дому Снапа. – Все-таки надо было становиться директором банка, – продолжил он минуту спустя, нажимая на кнопку звонка.

Постояв у массивной входной двери в течение минуты или двух и ничего не дождавшись, Ассад потянулся к дверной ручке. Естественно, дверь оказалась заперта.

– Ассад, проверь хозяйственные постройки и гаражи, а я обойду дом кругом.

Карл записал номерные знаки трех автомобилей, стоявших во дворе, после чего вернулся к служебной машине и справился в Центральном регистре, кто являлся собственником. Все машины принадлежали «Банку Карребэк». Кто говорит о дополнительных льготах?

Затем Мёрк прошел сквозь безумно красивый яблоневый сад и очутился у задней части дома с аккуратными многоуровневыми террасами и распахнутыми окнами второго этажа. Он оглядел ухоженный сад и поразился огромному количеству документов, разбросанных повсюду. Судя по всему, раньше они лежали на подоконниках, но оконные створки были распахнуты настежь, и бумаги разлетелись по саду и застряли в ветках многочисленных фруктовых деревьев, а также на тополях, стоявших у межи северо-западнее дома.