Кровная месть - Питер Джеймс

В дверь настойчиво звонили.

Томас услышал звонок, выходя из сауны. Потом, когда он поднимался по кирпичным ступенькам из спортзала в кухню, раздался еще один.

«Да пошли вы все к черту».

Пиджак висел на стуле в кухне. Он быстро сунул руку в карман, нащупал ампулу с адреналином.

«Черт бы подрал мою память – это надо же было забыть адреналин!»

Снова звонят. Кто там такой нетерпеливый? Мало того, теперь в дверь еще и начали стучать колотушкой – громко, настойчиво.

Его мать ненавидела людей, которые вот так звонили и стучали одновременно.

Томас посмотрел на дверь, тихо сказал:

– Вы думаете, тут глухие, что ли, живут?

И на цыпочках быстро прошел по коридору, выложенному плиткой, к дверному глазку. Посмотрел.

Никого.

Ушли.

Он вздохнул с облегчением.

Томас бесшумно пошел назад, но, войдя в кухню, остановился как вкопанный.

Снаружи в окно заглядывал какой-то человек. Высокий лысый чернокожий мужик в костюме.

Томас нырнул обратно в коридор, лихорадочно соображая, видел ли его этот тип.

Теперь стучали в дверь, выходящую во двор. Костяшками пальцев по стеклу. Томас остановился в тени коридора, затаил дыхание, не решаясь двигаться.

«Кто этот человек? Как он посмел зайти во двор? Может, из полиции? – Ламарк попытался спокойно проанализировать ситуацию. – Допустим, это полицейский, допустим, полицейский видел меня. Ну и что он подумает, если ему не откроют?

Уж не продолжение ли это истории с детективом, который приходил нынче утром? Не возникли ли у них подозрения?

Впустить его или нет?

Что полицейский станет делать, если хозяин дома его проигнорирует? Есть ли у него ордер на обыск? Взломает ли он дверь?»

Томас понял, что эти мысли не дадут ему покоя во время операции. А ему нужна твердая рука. Холодный разум.

«Лучше уж открыть дверь, выяснить, кто это, что ему надо, разобраться во всем. В самом крайнем случае я сумею выиграть время, чтобы спуститься в убежище и заблокировать вход. Никто меня не найдет.

Хотя вот нашел же меня доктор Майкл Теннент. Интересно, каким образом?»

Стук прекратился.

«Может быть, тот человек понял, что стучать бесполезно, и ушел? Или ходит вокруг, пытается найти окно, через которое можно заглянуть внутрь?»

Со стороны парадной двери снова послышался трезвон, а несколько секунд спустя раздался грохот колотушки: тук-тук-тук.

– Иду! – крикнул Томас не слишком громко.

И тут он вспомнил про свое облачение. Быстро стащил с шеи ремни очков ночного видения, стянул операционный халат, завернул в него очки, бросил все в чулан со швабрами под лестницей, потом поспешил на кухню, схватил пиджак, висевший на спинке стула, надел его.

«Нужно иметь респектабельный вид. Успокойся!»

Гленн Брэнсон, стоявший с Ником Гудвином перед парадной дверью, был уверен, что видел в доме какую-то фигуру, когда заглядывал через окно в кухне. Лондонский констебль, который засек и вел «форд-мондео» доктора Гоуэла, вызвал подкрепление, и за домом в течение тех полутора часов, пока Гленн и Гудвин сюда добирались, велось всестороннее наблюдение. Уйти Гоуэл мог, только перемахнув через стену в саду, что маловероятно. Значит, он должен находиться в доме. А если этот тип в доме, то пусть не рассчитывает, что полицейские позвонят-позвонят в дверь и, не дождавшись ответа, спокойно уйдут.

«По твоей милости, доктор Гоуэл, я теряю один из лучших вечеров в году. Я упустил сегодня возможность поиграть с сыном. Посидеть в саду с женой, поужинать в кругу семьи. Я пожертвовал всем этим ради того, чтобы поболтать с тобой. Так что ты откроешь мне дверь, доктор Гоуэл, можешь даже не сомневаться. Я наизнанку вывернусь, но попаду к тебе в дом».

Он снова нажал кнопку звонка. Принялся стучать колотушкой. Опять нажал кнопку.

И тут дверь неожиданно распахнулась. На них смотрел высокий человек в льняном костюме, он улыбался во весь рот, так и излучая обаяние.

– Извините, что заставил вас ждать, – сказал он. Манера говорить выдавала в нем образованного человека, явно англичанина. – Я как раз был в туалете. Приспичило, как говорится.

Мужчина выглядел вполне нормально, он казался добродушным и ничуть не взволнованным. Гленн вспомнил описание, которое дал ему констебль Тим Уиллис, задержавший доктора Теренса Гоуэла на Тоттенхам-Корт-роуд в прошлую субботу вечером.

«Он высокий – футов шесть, не меньше. Обычного телосложения, не худой и не толстый. Зачесанные назад темные волосы; привлекательный – очень интересный мужчина: ну прямо кинозвезда, любимец женщин; говорил с американским акцентом».

Росту в этом человеке было около шести футов, даже больше. Телосложение среднее. Темные волосы аккуратно зачесаны назад. И вдобавок он, вне всяких сомнений, был очень хорош собой. Однако говорил без всякого американского акцента: типичный англичанин, окончивший привилегированную частную школу. Не был ли его акцент таким же фальшивым, как и адрес в Челтнеме?

Внимательно глядя на мужчину, Гленн спросил:

– Доктор Теренс Гоуэл?

В глазах его собеседника засветилось искреннее недоумение.

– Как вы сказали? Гоуэл?!

– Доктор Теренс Гоуэл.

Мужчина держался абсолютно спокойно – так не выглядят люди, которым есть что скрывать, но описание его точно соответствовало тому, что дал Уиллис. За исключением акцента.

– Извините, но я впервые слышу про Теренса Гоуэла. Боюсь, здесь какая-то ошибка, так что, к сожалению, ничем не могу быть вам полезен. – И мужчина сделал шаг назад.

Гленн остановил его, вытащив удостоверение.