Подснежник - Джейк Арнотт

Гарри подошел к входной двери и постучал. Потом запрокинул голову и посмотрел на окна. Никто не ответил, ни в одном окне не вспыхнул свет.

Гарри снова вернулся к машине.

– Похоже, никого нет дома, – сказал он. – Посмотрим с другой стороны.

Он велел шоферу подождать, и мы вместе двинулись в обход дома. В ночном небе полыхнула очередная россыпь зеленых огней, а с пляжа донесся резкий треск взрывающихся петард.

На задней стене виллы мы обнаружили невысокий балкон, опирающийся на несколько колонн.

– Так, понятно, – пробормотал Гарри. – Ну что, заглянем?

– Ты собираешься вломиться в чужой дом?

– Не я, а мы.

– Послушай, Гарри, я не…

– Заткнись. Можешь рассматривать это как практический эксперимент. А теперь сосредоточься – я объясню, как действовать. Нас трое – классический modus operandi.^[64] – Гарри для наглядности поднял вверх три пальца. – Водитель, атасник, ходок, – перечислил он. – Водителем у нас будет Пепе, который сидит в машине. Я иду внутрь, следовательно, тебе придется наблюдать. Гляди в оба и не теряй головы, что бы ни случилось. Если заметишь что-нибудь подозрительное – крикни мне, а сам беги к машине, чтобы Пепе был готов трогать, как только я появлюсь, ясно? И запомни правило номер один: никого не бросать.

– Я даже не знаю, Гарри…

– Не беспокойся. Ты нервничаешь, и это естественно. Постарайся не расслабляться и все время быть начеку. Да, вот еще… – добавил он. – Держи.

И он сунул мне в руку что-то тяжелое и холодное. Металлическое. Это был пистолет.

– О Господи! – простонал я.

– Не бойся, я поставил его на предохранитель.

С этими словами Гарри подошел к балкону и начал на него взбираться. В небо взмыла очередная ракета. Яркая оранжевая звездочка медленно опустилась за высаженные в ряд пальмы. Потом я услышал, как Гарри трясет жалюзи, пытаясь пробраться в дом.

Мимо проносились машины. Группа отдыхающих на берегу затянула песню под трескучие синкопы взрывающейся пиротехники. Перед фасадом дома затормозила какая-то машина, и я услышал стук захлопнувшейся дверцы.

Сжимая в кармане пистолет, я быстро двинулся в обход виллы. Кто-то шел к входной двери. До меня донеслось звяканье ключей, потом – щелчок отпираемого замка.

Я бросился назад к балкону.

– Гарри! – позвал я хриплым шепотом.

Никакого ответа. Только вспыхнул свет в угловом окне.

– Гарри!! – повторил я громче.

И снова никакого результата. В отчаянии я стал карабкаться на балкон. В комнате за ним тоже зажегся свет, и я, тяжело перевалившись через ограждение, подполз к балконной двери и присел за выломанной Гарри створкой жалюзи.

Гарри склонился над кроватью, на которой лежал раскрытый чемодан. Чемодан был битком набит деньгами. У двери стоял коренастый, плотный мужчина с коротким седым ежиком на голове и крошечными злыми глазами. В руке у него был пистолет.

– Привет, Гарри, – проговорил мужчина скрипучим голосом. – Сколько лет, сколько зим…

Гарри слегка вздрогнул и поднял голову.

– Муни! – простонал он. – Черт…

– Я вижу, ты сумел отыскать свой капитал.

Гарри вынул из чемодана пригоршню банкнот и снова уронил их обратно.

– Это ты подстроил убийство Джока? – спросил он.

Муни вздохнул.

– Джок… – проговорил он, качая головой. – Да, это была моя ошибка. Я пытался работать с ним, но он очень легко мог все перепутать, подвести меня. И это после всего, что я для него сделал! Когда Джок только приехал сюда, он был заметнее белой вороны. Во всяком случае, вычислить его было довольно просто. А я, как ты знаешь, уже прожил здесь много времени и успел обзавестись очень полезными друзьями в местной жандармерии. Мне было раз плюнуть сделать так, чтобы его вышвырнули из страны, но я предпочел более конструктивный подход. Я помог Джоку устроиться. Из Сохо шли сюда большие, очень большие деньги, часть которых, если разобраться, должна принадлежать мне. В общем, было на что развернуться. Но тут ты удрал из Брикстона, и Джок сразу засуетился, словно старуха, у которой украли кошелек. Я предложил ему простой выход: он сообщает мне, где ты прячешься, а я звоню своим старым друзьям в Центральном участке Уэст-Энда. Но он все хныкал и причитал, что не хочет сдавать старого кореша и все такое… Ох уж мне этот мелкоуголовный кодекс чести!.. В конце концов он все же заговорил, но было поздно – ты успел перебраться на другое место. Тут уж Джок и вовсе впал в истерику: мол, ты едешь сюда, что нам теперь делать? Можно подумать – я нанялся разгребать за него всякое дерьмо! Разумеется, я мог сделать так, чтобы тебя задержали еще в Малаге, но я подумал, почему бы мне не избавиться от вас обоих? Джок был слишком ненадежен, доверять ему становилось опасно. Вот я и предложил ему передать деньги мне для пущей сохранности, а самому не волноваться – дескать, я с тобой разберусь.

– И потом ты его убрал?

– Да. – Муни улыбнулся. – Мой план казался мне практически безупречным. Если застрелить Джока именно в тот момент, когда ты будешь в доме, подозрение автоматически падет на тебя. И это убийство уже повесили на тебя, Гарри. На бокале, который ты оставил на вилле, сохранились очень четкие «пальчики», и Скотленд-Ярд уже подтвердил, что они принадлежат тебе.

Увы, случилось невероятное – тебе снова удалось ускользнуть. Ты, Гарри, стал настоящим международным преступником-рецидивистом, так что я, пожалуй, сам сдам тебя властям. Немного известности мне не повредит. Отставной полицейский задерживает «главаря банды садистов»! Подобные заголовки могут существенно укрепить мою репутацию. Ты ведь знаешь, что о моем прошлом, о моей службе в полиции до сих пор ходят всякие мерзкие слухи, но после того, как я тебя поймаю, это прекратится раз и навсегда. И произведет хорошее впечатление на моих друзей в policia. Еще бы – ведь предотвращена небольшая гангстерская война, а я должен сказать откровенно, что после того, как перестал действовать договор об экстрадиции, именно этого они боятся больше всего. Думаю, я смогу уговорить их предоставить мне полную свободу действий. Кто, как не я, сумеет держать в узде наших старых бандюг, которые толпами приезжают сюда, чтобы погреться на солнышке? Все будет как в доброе старое время: те же люди, те же лица – разве что более загорелые. Ну и разумеется, те же дела и договоры, только более крупные… В конце концов, разве не мой долг следить за криминальным сообществом, сплошь состоящим из моих бывших соотечественников? Я стану по-настоящему богатым, Гарри… А теперь подними руки и держи так, чтобы я их видел.

– А мы можем как-нибудь договориться? – спросил Гарри.

– Ах! Знакомая фраза! Она буквально возвращает меня назад, в прошлое. Ты – человек старого закала, Гарри, этого у тебя не отнимешь. Скажу честно: мне бы очень хотелось сказать «да» хотя бы ради нашей старинной дружбы. Но боюсь, тут уж ничего не поделаешь: мне придется тебя сдать. Небольшое жертвоприношение, так сказать. Главное – не дергайся, Гарри. У меня есть лицензия на ношение оружия, поэтому, если я застрелю опасного преступника, пробравшегося ко мне в дом, я ничего не потеряю, а только выиграю.