Биржевой дьявол - Майкл Ридпат

Я кивнул. Он поморщился.

— Ужасно. Просто ужасно. Если получишь какие-нибудь еще сообщения для Мартина, передавай их прямо мне, хорошо? И пожалуйста, не рассказывай о них никому. Мартин выполнял мое достаточно деликатное поручение. Договорились?

Вежливая просьба была проникнута угрозой. Смутной, но от этого не менее пугающей.

— Конечно, — сказал я и вышел.

Джейми ждал меня за своим столом.

— О чем была речь?

Я рассказал ему о предложении выкупить мою ипотеку и о моем отказе. Он вскинул брови.

— Почему ты отказался?

— Не знаю. Что-то мне не понравилось. Трудно сказать. А когда уже произнес «нет», то не мог позволить себе дать обратный ход. Ты считаешь, что я идиот?

Джейми замялся.

— Может, и нет. Эдуарду не врет, здесь никаких подводных камней. Но если ты будешь работать здесь, то рано или поздно окажешься в зависимости от них. Так или иначе.

— О чем ты?

— Скажем, премиальные и фонды для сотрудников, куда уж нагляднее. Если нужно, Рикарду всегда поможет: деньгами, контактами, чем угодно. Ты ведь задолжал ему пять тысяч фунтов, даже не приступив к работе, разве не так?

— Так. С ним как-то комфортней, чем с Эдуарду.

— Возможно. Они и в самом деле очень разные. Но они братья. Если ты должен одному, ты должен и другому.

— Они настолько близки?

— Латиносы преданы своим семьям. Но в их случае это не просто дань традиции. — Джейми снова понизил голос. Мне показалось, что вся эта игра в конспирацию доставляет ему удовольствие. — Про Эдуарду рассказывали довольно мрачные истории.

Я подался вперед.

— Серьезно?

— Поговаривают, что он убил человека. Столкнул с балкона. Тогда он еще был студентом в Каракасе. Вроде бы, поскандалили из-за какой-то девицы. Рикарду задействовал нужные рычаги, и все обошлось.

Меня передернуло.

— Я вполне могу представить его в роли убийцы.

— Это несложно. У него вся жизнь проходит на грани. Девочки, наркота. Такие дела. Ходили слухи, что у них с Изабель что-то было.

— Что?! — Я невольно бросил взгляд в сторону Изабель. Мне была видна только ее макушка. Склонившись к столу, она говорила по телефону. — С ее-то вкусом?

Джейми пожал плечами.

— Видимо, Эдуарду способен увлечь женщин. Я тебя предупреждал.

— Предупреждал. — Я почувствовал разочарование. Может, я и не поверил бы слухам про Изабель, но, так как, по сути, я ее не знал — подумаешь, перебросились парой слов и все, — оснований для удивления у меня не было. Едва родившиеся фантазии рассеялись, как дым. Ну и черт с ними.

— Но Эдуарду полезен. Умен. Хитер. И умеет делать дела.

— Какие дела?

— Разные. Умеет заставить важных шишек изменить мнение по тому или другому вопросу. Умеет влиять на людей.

— Взятки?

— Не думаю, что так это просто и в лоб. Рикарду очень щепетилен по этой части. В нашем бизнесе ты либо чист, как слеза, либо раздаешь взятки налево и направо. В нынешние времена куда лучше иметь незапятнанную репутацию. Меньше риска. Но у Эдуарду свои методы, а его брат предпочитает не знать о них.

Я просидел в офисе до позднего вечера. Чтение документации увлекло меня: аналитические отчеты и выпуски IFR, коллекции всевозможных рыночных слухов. Рядом высилась внушительная стопка материалов, которые предстояло изучить для сдачи брокерского минимума, чтобы получить право самостоятельно участвовать в торгах.

Операционный зал опустел. Джейми еще в полдевятого отправился домой. Изабель ушла в девять, оставив за собой терпкий аромат духов. К половине одиннадцатого в зале уже не было никого, кроме Рикарду. Он положил трубку на рычажки и подошел к моему столу. Я оторвался от бумаг и с нервной улыбкой воззрился на босса.

Он выглядел свежим и полным сил, словно рабочий день только начался, хотя за время, прошедшее с утреннего совещания, в его облике произошли кое-какие перемены: верхняя пуговица рубашки была расстегнута, рукава закатаны. Он закурил сигарету.

— Кофе?

Одному Богу известно, сколько порций я уже проглотил за день. Но кофе здесь был замечательным. Я кивнул.

— С удовольствием.

Он отправился к автомату, а мне стало не по себе. Босс пошел мне за кофе! Наверное, стоило все-таки сделать это самому. Но он уже подходил к столу с двумя пластиковыми стаканчиками.

— Ну, что скажешь? Увлекательная штука, а?

— Никогда не думал, что это может оказаться настолько интересным.

Рикарду хохотнул.

— Ты, наверное, полагал, что вся наша работа — это беспрерывный ор по телефону?

— Пожалуй.

Он взглянул на страницу, лежавшую передо мной: обзор ситуации в Мексике.

— Что думаешь об этом?

— Написано очень хорошо. Со знанием дела. Меня, во всяком случае, убеждает.

— Конечно. У Шарлотты редкий талант сводить факты и догадки воедино и выдать ответ «где денежка». И ей-богу, я отношусь к этому очень серьезно.

Он глубоко затянулся.

— Та же Мексика. Шарлотта всерьез обеспокоена тамошней ситуацией. Она считает, что через месяц-другой грянет девальвация, которая отпугнет инвесторов не хуже той, последней. Я с ней согласен.

— Значит, продавать Мексику и покупать Аргентину?

Рикарду улыбнулся.

— А ты быстро соображаешь. Да, это был бы верный шаг. И Аргентина — хороший выбор. Сейчас аргентинские облигации можно купить очень дешево. Но все не так просто.

— А в чем сложность?

— Сложность в том, что Мексика хочет получить заем на миллиард долларов. И этот контракт, хочешь не хочешь, должен быть нашим.

— Понятно. Вам не улыбается навязывать мексиканские облигации на миллиард долларов запуганным инвесторам.

— В десятку.

Я с минуту подумал.

— А что если передать этот контракт другой фирме?

— При обычных обстоятельствах я бы так и сделал. Конечно, в любом случае мы не были бы вне игры. Это наш рынок, и мы вовлечены в каждую сделку. Таковы правила. Но так или иначе, мы могли бы пригласить к соучастию пару других компаний и тем самым сократить степень риска. Штука, однако, в том, что Bloomfield Weiss хочет заполучить весь контракт. Целиком. А я не могу этого допустить.

— Это фирма, укравшая вашу восточноевропейскую команду, так?

— Именно. И теперь они целят на наше место. Хотят стать первыми. Раньше они плевать хотели на развивающиеся рынки, но в последние месяцы, похоже, задумались о них всерьез.