Колыбельная для жертвы - Стюарт Макбрайд

Я сел на край кровати, уставившись на платяной шкаф. Из кучи обуви торчала бледная детская рука.

– Мы могли его спасти…

Она прошлась рядом с кроватью, вернулась обратно:

– Нужно, чтобы наши показания совпадали, ты согласен? Мы ведь не могли знать. Дом мы не обыскивали – у нас не было времени.

Я должен был приказать Бабз остаться с ней. Сделать так, чтобы она не осталась без надзора. Ведь это я за все отвечал.

Что Каннингем сказала в тот раз, когда сидела на диване в платье для беременных, сжимая и разжимая кулаки и извергая из себя ненависть и пренебрежение?

«Это ты во всем виноват. Вот что я им скажу. Ты. Во всем. Виноват».

Я натянул пару перчаток из комплекта, встал на колени перед платяным шкафом. Брал туфли и ботинки, один за другим, и аккуратно ставил на ковер, пока не увидел детское лицо.

Волосы светлые. Большие уши лопухами. Веснушки ярко выделялись на лице, словно капли чернил на молочно-белой коже. Лицо вроде бы знакомое, но не мог понять откуда… Закрыл глаза. На кого же он похож?

– О, черт…

Ненова подошла ближе:

– Мы в полном дерьме.

Меня ввели в заблуждение светлые волосы. В тот раз, когда мы были здесь, в ванной комнате воняло аммиаком, а рядом с ванной стояла пустая коробка от краски для волос. Она покрасила ему волосы.

Со второго раза смог выдавить слова изо рта:

– Звони дежурному. Скажи, что мы нашли Чарли Пирса.

* * *

– …с глубочайшим прискорбием я вынужден сообщить, что сегодня офицерами полиции в доме на Блэквол Хилл было обнаружено тело Чарли Пирса. Мы информировали об этом его родителей и просим всех в это ужасное время соблюдать их право на неприкосновенность частной жизни.

Дождь хлестал по ветровому стеклу, стучал по крыше «сузуки» подобно тысяче молотков.

– Это была детектив-суперинтендант Несс, с пресс-конференции несколько минут тому назад. А сейчас о спорте. Для Патрика Тистла наступили непростые времена…

Я выключил радио.

Ветер бил в машину, раскачивая ее на рессорах.

По другую сторону цепного ограждения бурлила Кингз Ривер, темная и глубокая, сопротивлялась наступавшим из бухты волнам. Мимо пронеслась одинокая чайка, крылья изогнуты в попытке удержаться на лету.

Элис сидела, обняв Боба-Строителя и положив голову на руль.

Зазвонил мой мобильник, мы оба вздрогнули.

Достал его. На экране высветилось – «БОСС».

Черт с ним, пусть на голосовую почту запишет.

Может быть, часа через два, Джейкобсон поймет намек.

Молчание.

Потом Элис пошевелилась на кресле:

– Он был там все время.

Да. Да, был.

Я потянулся, шейные позвонки хрустнули.

– Нам нужно найти Джессику Макфи.

– Эш, ему было всего пять лет.

– Мы не знали. Откуда мы могли знать?

Она несколько раз моргнула. Шмыгнула носом.

– Он был прав, правда? Детектив-суперинтендант Найт? Я позор для…

– Ты не…

– …и дилетантка. Непрофессиональная. Она держала у себя в доме запуганного мальчишку, и мы в это время были там. Я должна была догадаться. – Элис вытерла рукой глаза. – Я не имею права называться психологом.

– Элис, не надо, о’кей?

– Ничего не могу сделать так, как положено. Надо идти в частную практику. Консультации по семейным вопросам или еще что-нибудь в этом роде, где люди не погибают из-за твоих ошибок…

Вздохнул:

– Ты закончила?

Ответа не последовало.

– Ты не убивала Чарли Пирса, это Вирджиния Каннингем сделала. Ты не прокололась. Ты не экстрасенс.

Тут зазвонил мой другой мобильник, сигнал противный, но я так и не удосужился его изменить.

О господи. Как будто без этого проблем не было.

Достал, нажал на кнопку:

– Да знаю, знаю – тик-так.

– Алло? – Пауза. – Это Эш Хендерсон?

Кажется, не Раскольник.

– Привет, Молоток. Что-то есть для меня?

– Я же тебе сказал – Алистер. Да, есть. У тебя есть адрес электронной почты, куда я могу послать отчеты из социальной службы?

И что тогда? Джейкобсон и его команда узнают, что мы… Да и черт бы с ними. Поздно об этом беспокоиться. Дал ему адрес электронной почты команды Джейкобсона.

– Еще я поговорил с адвокатом, который занимался его разводом. Официально они развелись из-за непреодолимых разногласий, вызванных переутомлением на работе. Она получила половину имущества и алименты.

– А неофициально?

– Миссис Дочерти не вытерпела ролевых игр и порнографии. И это совсем не те ролевые игры, где притворяются эльфами, ему хотелось, чтобы она изображала мертвых женщин с фотографий места преступления, перед тем как любовью заняться. Он даже мазал ее бутафорской кровью.

– Да, ее можно понять.

Элис подняла голову с рулевого колеса, все еще прижимая Боба к груди:

– Что?

– Доктор Фредерик Дочерти питает слабость к мертвым женщинам. – Снова в телефон: – Еще что-нибудь?

– Сейчас он в штаб-квартире управления. Патрульная машина забрала его из гостиницы в шесть сорок пять. Оттуда он не выходил.

Чайка снова вернулась, бледная полоска на фоне черного неба.

– У него есть машина или он пользуется электричкой?

– Получил регистрационные номера на машину. Подожди секунду… – Шуршание.

Пискнул мой рабочий мобильник. Скорее всего, отчеты социальной службы. Вытащил, вызвал электронную почту, протянул мобильник Элис:

– Почитай.

– Извини, что-то Лицензионное агентство сегодня утром зависает… Ага, вот – темно-синий «вольво V-70». Номер сказать?

Я записал номер в блокноте.

– Спасибо, Алистер. Дай знать, если Дочерти куда-нибудь пойдет, хорошо?

– Сделаю. – Закончил разговор.

Я постучал телефоном по подбородку. Так, питает слабость к мертвым женщинам…

Самое время напомнить о себе Ноэлу Максвеллу, посмотрим, что он узнал у своих приятелей – больничных барыг.

Его телефон ответил с десятого гудка.

– Да?

– Ноэл? Это я.

Пауза.

– Ах да, мистер Хендерсон, здравствуйте. Кхм… какое совпадение, я как раз собирался вам звонить.