Высшая Справедливость - Алекс Оуэлл

Следуя назиданиям О’Брайана, Литгоу, как верный его ученик, к любому новому делу старался подойти максимально объективно, категорически отрицая бытующую в профессиональном кругу американских юристов поговорку: «Сначала ты должен преуспеть, а потом уже стать честным».

Кристофер Литгоу трудился, что называется, не за страх, а за совесть, делу своему был предан фанатично. Только честность и беспристрастность являлись для него главными в работе, что требовало немало мужества и затрат чисто физической энергии.

Вероятно, именно поэтому Кристофер — мужчина весьма привлекательный — к тридцати пяти годам все еще не был женат. Его нельзя было назвать монахом — женщины эпизодически появлялись в его жизни. Но, положа руку на сердце, нужно сказать, что с ними Кристоферу стойко не везло.

Ему и повстречать-то их было негде и некогда. С утра до позднего вечера — работа, в выходные, как правило, тоже работа, или — если повезет — выспаться. А те женщины, с которыми он ежедневно общался, являлись в основном его коллегами. Это были волевые, амбициозные особы, уверенно шествовавшие по карьерной лестнице, — на амурные дела они могли выделить лишь крохи своего драгоценного времени.

Сам же Кристофер был твердо убежден, что настоящий мужчина, выбирая между любовью и делом, которым занимается, всегда предпочтет последнее. Но вот женщина, отказавшаяся от любви ради карьеры… Правильно ли она поступает?

Оставались только клиентки…

* * *

Лиззи Кларк, не слишком часто навещавшая мать в последнее время, приехала к ней в этот уик-энд. С дороги она немного отдохнула, понежившись в ванне. Потом, как обычно, часа два прихорашивалась, намереваясь провести вечер в местном молодежном клубе.

Войдя в гостиную, Лиззи обнаружила там матушку, сидящую в кресле, в компании не совсем обычного гостя — она застала конец их разговора.

— Я постараюсь…

— Да, я знаю, Брендон мне говорил: вы все можете, абсолютно все!

Лиззи чуть удивленно глянула на Кристофера Литгоу, потом приветственно кивнула. Тот, привстав, ответил ей тем же.

До этого Литгоу был лишь мельком знаком как с Лиз Кларк, так и с ее дочерью — по сути дела, их как-то друг другу только представили. Переведя взгляд с Лиз-младшей снова на Лиз-старшую, он про себя откровенно подивился их внешней схожести — казалось, это вариант одного и того же человека, только в разном возрасте.

С появлением Лиззи беседа сама собой прервалась. Впрочем, все необходимое они с миссис Кларк уже обсудили, и Литгоу поторопился откланяться. Чем Лиз осталась чуточку раздосадована — как-то некстати вошедшая дочь помешала перевести разговор в более неформальное русло.

У миссис Кларк не было сегодня в планах обаять адвоката Литгоу, но она теперь жила почти затворнически и временами ей и вправду становилось нестерпимо одиноко…

Лиззи, выйдя из дома следом за Литгоу, нагнала того, когда он уже открывал дверцу своей машины.

— А вы правда все можете? — склонив голову набок, спросила она.

— Ну… к примеру? — чуть стушевался он.

— Да так… мне бы надо проследить за одним человеком…

— О, это не ко мне, — поспешно отговорился Литгоу. — Насколько мне известно, один из сыновей мистера О’Брайана — специалист в этом деле.

— Да? — вздохнула Лиззи. — Тогда спрошу у него.

Она улыбнулась Литгоу своей дежурной улыбкой, потом поправила волосы рукой и, не прощаясь, застучала каблучками в противоположную сторону.

Кристофер сел за руль и проводил ее взглядом в зеркальце заднего вида. Ему вдруг подумалось, что чего-то в его жизни явно не хватает. Может быть, даже простого, непринужденного общения… не говоря уже о большем…

Литгоу вышел из своей серебристой «мазды» и направился к небольшому двухэтажному дому без ограды и палисадника.

Кристофер Литгоу всю жизнь ездил только на «мазде». Почему — он и сам не знал. Возможно, в память о своем первом, еще родителями подаренном авто, которое «трагически погибло» — пало жертвой его усердных поисков истины.

Брендон О’Брайан также был верен одной-единственной марке автомашин — «мерседесу», — поменяв их на своем веку уже бессчетное множество. Эту за океаном сделанную машину с экзотическим женским именем — может быть, подсознательно тяготея к заложенному в нем смыслу^[37] — он с юности предпочитал давно подобающим ему отечественным «линкольну» или «кадиллаку».

Что ж, у каждого из нас свои слабости…

Отправляясь к Джеку Хаггерсу, Литгоу имел лишь самые общие представления о нем: что тот не был женат, жил последнее время анахоретом, а все деньги просаживал в казино. Кристофер успел только за ночь пролистать его книжку, отметив в ней нужные места.

Домик Хаггерса, расположенный в ближайшем пригороде, со стороны выглядел весьма симпатично. Стены песочного цвета увивали лианы девичьего винограда. Литгоу взбежал по ступенькам и позвонил.

Дверь — через солидный промежуток времени — отворил унылого вида седоватый мужчина — в прошлом, видимо, яркий брюнет, — небритый и небрежно одетый. Черты лица его еще хранили следы былой привлекательности, впрочем, давно утраченной.

Хозяин молча уставился на незваного гостя.

— Добрый день! — поспешил начать Литгоу. — Мистер Хаггерс, если не ошибаюсь?

— Чё надо? — услышал он в ответ.

Столь нелюбезного приема Литгоу не ожидал. Он откашлялся и отрапортовал:

— Адвокат Кристофер Литгоу, адвокатская контора «C&L». Я представляю интересы моей клиентки Лиз Кларк.

Хаггерс сделал кислую мину и сплюнул в сторону. Приглашать гостя пройти в дом он, похоже, не собирался.

Пока Литгоу обдумывал, как дальше повести разговор, хозяин снова его огорошил:

— Можешь одолжить немного — хоть пару сотен?

— Н-нет… — замотал головой Литгоу. — Я не ношу с собой наличные.

— Как обычно! Ну тогда чек, или на карту мне сбросишь?

— Боюсь, что… — только открыл рот Литгоу.

— Пшёл вон! — И дверь перед его носом с треском захлопнулась.

Литгоу покачал головой и побрел обратно несолоно хлебавши. Время было потрачено впустую. Но зато теперь понятно, что денег с Хаггерса стрясти вряд ли удастся. В какой-то момент адвокату даже стало жаль этого опустившегося типа. Честно говоря, его книга не очень-то удивила Литгоу. На своем веку он и не такое видывал. А еще учитывая то, что отношения писаки и миссис Кларк — тоже темная история… Короче, Литгоу про себя решил, что рыть землю здесь не станет.