Чертовка - Джим Томпсон

Я пожал плечами. Это показалось любопытным ему!

— Ладно, будем говорить начистоту, — сказал я. — Я не звонил жене. Я обзвонил всех этих поденщиц и судомоек, которые числятся среди моих клиенток, и сказал им: деньги на бочку — или между нами все кончено.

— Фрэнк, я серьезно! — Стейплз хлопнул меня по плечу. — В сущности, та женщина — девушка, — что принесла деньги, была вполне привлекательна. Довольно неряшлива и потрепанна, но совсем не дурна.

— Должно быть, это Франсес Смит, — предположил я. — Соседская девчонка. Похоже, Джойс нашла работу и прислала Франсес, чтобы передать деньги.

Я закурил с небрежным видом и уронил спичку на пол. Огонек в глазах Стейплза, нетерпеливый и хитрый, постепенно угас.

— Что ж, Фрэнк. Раз уж ты теперь здесь…

— Раз уж я теперь здесь, — перебил я его, — то заберу деньги, которые мне причитаются.

— Ну же, Фрэнк, — надул губы Стейплз. — Неужели ты на меня сердишься? Неужели хочешь уволиться?

— Вообще-то, — начал было я, — я просто подумал, что…

— Отнюдь нет. Я уверен, что начиная с сегодняшнего дня ты будешь особенно щепетилен. Уж придется, сам понимаешь. А приступить к работе можешь хоть сейчас, если хочешь.

Я сказал, что порядком измотан и лучше бы подождать с работой до понедельника. Стейплз разрешил мне взять двадцать долларов в счет моего заработка, и я поехал домой.

В квартире воняло, как в сточной канаве. Смердело плесенью и гниющей едой. Я выгреб все из холодильника и свалил на стол, к остальной дряни. Потом просто завернул все в скатерть вместе с тарелками, кастрюлями и прочим и выбросил эту мерзость в мусорный бак.

Я распахнул все окна и развесил постельное белье на веревках. Предстояло еще много чего сделать — в этом жилище всегда было так. Но пока что я решил остановиться. Навалилась какая-то слабость после всех пережитых волнений и нервного напряга. Я очень устал, и меня уже мало интересовало, что за незнакомка меня вызволила и зачем она это сделала.

Может, выяснится, что это все-таки была ошибка.

Стемнело. Я закрыл окна и задернул шторы. В тюрьме я почти ничего не ел: не мог хлебать это пойло. Теперь я, само собой, порядком проголодался. Но в буфете не было ни черта — только кофе и полпинты виски. Я отнес виски в гостиную и хорошенько отхлебнул.

Я откинулся на спинку дивана и задрал ноги. Я прихлебывал и курил, думая о том, каково мне было прошлой ночью и насколько лучше стало сейчас; человек же, думал я, может и не догадываться, что на самом деле у него все прекрасно, так что, может, в моей жизни все не так уж плохо.

Я немного расслабился. Меня снова стали одолевать вопросы.

Итак, кто же, черт подери, из моих знакомых…

Кто, во имя господа, решил мне помочь…

Кто-то шел по тропинке. Почти бежал. По тропинке, потом вверх по ступеням и по крыльцу. Я вскочил и распахнул дверь.

— Мона! — воскликнул я. — Мона, детка! Что случилось?..

Она почти упала ко мне в объятия, всхлипывая и задыхаясь. Я ногой захлопнул дверь и отнес Мону в гостиную.

— Детка, — сказал я. — Все хорошо, детка. Старина Долли с тобой и…

— О Долли, Долли! — Она стала раскачиваться, обнимая меня. — Я т-так боялась, так боялась, что тебя здесь не будет и… Спаси меня от нее, Долли! Забери меня отсюда! Помоги уехать. У меня есть деньги, Долли, хватит нам обоим! П-пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Подожди! Подожди минуту! — крикнул я и потряс ее за плечи. — Ну-ка, успокойся. Я сделаю все, что в моих силах, милая, но я должен знать…

— Возьми их, Долли! Можешь все забрать, только возьми меня с собой.

Мона сунула руки в карманы старого, потертого пальто. Когда она вынула их оттуда, деньги так и посыпались мне на колени — комки мятых пятерок, десяток и двадцаток.

— П-пожалуйста, Долли! Ты сделаешь это? Забери деньги и возьми меня с собой…

— Конечно, — сказал я. — Еще бы я тебя не взял! Но сначала нам нужно кое в чем разобраться. Ты взяла эти деньги у своей тети?

— Д-да. Эти и другие… те, что я отдала м-мистеру в магазине. Я н-не знала, что и думать, когда ты не вернулся за мной. Т-только поняла — с тобой случилось что-то ужасное. Ты обещал вернуться за мной, и я знала — ты бы ни за что не нарушил обещания, если бы только мог. Такой д-добрый и милый парень, как ты, н-не стал бы…

Она замялась. Я неуклюже похлопал ее по руке:

— Да, конечно. Просто я никак не мог, понимаешь, о чем я?

— Т-тогда я разыскала твой номер в телефонной книге и позвонила. Я звонила еще и еще. И н-наконец сегодня позвонила в магазин, и мне сказали…

Остальное Мона выпалила одним духом.

Стейплз выложил ей всю мою подноготную. Мона знала, где старуха держит деньги. Она вытащила оттуда сумму, нужную, чтобы вызволить меня из тюрьмы, и те деньги, которые были у нее с собой сейчас. Теперь с пятью или шестью сотнями долларов, притом что с меня только-только сняли обвинения в мошенничестве, мы должны были уехать отсюда вместе. Жить счастливо и все такое.

И я хотел… хотел ее и был чертовски ей благодарен. Но черт возьми, как я мог?

Она смотрела на меня умоляющим взором:

— Р-разве ты не хочешь, Долли? Ты потому и сказал, что женат, — п-потому что на самом деле я тебе не нравлюсь? Я звонила и звонила сюда, но никто…

— Нет, я не врал тебе, — сказал я. — Просто жена тем временем ушла. Она тут больше ни при чем, так что с этим, считай, все тип-топ. Но…

— Она убьет меня, когда все узнает, Долли! Она поймет, что я взяла деньги, и… — Мона снова расплакалась, и ее тихие беспомощные всхлипы как ножом резали мое сердце. — Н-ничего, Долли. Я н-не хотела, чтобы ты чувствовал себя плохо. Н-наверное, я просто должна была п-понимать, что н-не могла тебе п-понравиться…

— Детка, — перебил я. — Послушай меня, милая. «Нравиться» тут неправильное слово. Я люблю тебя, понимаешь? Ты должна мне верить. Поэтому действовать надо осторожно, ведь один неверный шаг, как ты предлагаешь, — и мы никогда не будем вместе. Нас обоих посадят в тюрьму.

— Но…

— Послушай меня. Давай-ка я буду задавать вопросы, а ты отвечать… Сегодня вечером ты должна была сходить за покупками, да? Допустим, магазин оказался закрыт, и тебе пришлось поехать в другой. С этим мы, считай, разобрались. Теперь — о деньгах, которые твоя тетка припрятала. Она ведь не знает, что ты о них проведала, да?

— Нет-нет. Но…

— Просто отвечай на вопросы. Где она их держит? Как ты о них узнала?

— Держит внизу, в подвале. За какими-то старыми досками и коробками. Как-то раз я спустилась вниз, чтобы вычистить печку, а она не знала, что я там. Она спустилась, отодвинула доски и коробки, и за ними было отверстие, а в нем — деньги. В таком, ну, портфельчике. Она достала деньги и пересчитывала их, бормоча и бранясь… она вела себя как безумная… и… напугала меня до смерти, Долли! Я боялась, что она м-меня увидит и…