Поворот судьбы - Жаклин Митчард

— Я и не смеялась. У меня ведь трехлетняя девочка. Все вокруг крутили пальцем у виска.

— Хочешь чаю? Я кивнула.

Мы выпили чаю, и свет за окном начал медленно таять, а потом повсюду во дворе, на ветках деревьев, зажглись лампочки, которые Мэтт, должно быть, запрограммировал на таймер.

— А когда приедут гости? Я хотела, если ты не возражаешь, принять душ и немного прилечь. Ты мог бы показать мне, где я буду спать?

Мэтт провел меня по короткому коридору. В комнате, которую он отвел для меня, стояла высоченная кровать. Я решила, что прилягу лишь на минутку, но когда проснулась, было темно. Неожиданно для себя я вдруг закричала: «Помогите!» Уже через мгновение рядом со мной возник Мэтт. Я ощутила его присутствие, уловив запах одеколона.

— Прости меня. Все вокруг погрузилось в какую-то черноту. Я думала, что у меня пропало зрение.

— Такое часто происходит?

— Раньше случалось часто.

— Но не сейчас?

— Нет.

— Ты ясно видишь?

Я заметила огонь свечей, скатерть на столе, а потом предметы начали проясняться один за другим. Я вдруг почувствовала запах жареного чеснока.

— Гости уже пришли? — прошептала я. — Мне надо одеться…

— Не торопись, — ответил он.

Мэтт, включил свет в ванной. Чтобы зайти в ванную, нужно было подняться по ступенькам! Я тщательно соблюдала весь ритуал, а потом пригладила свои короткие волосы (я уже полюбила свою новую прическу) и надела черное платье. Я нанесла тональный крем только на область носа и накрасила губы едва заметным блеском (как выразилась девушка в аптеке, «идеально для зрелых женщин»). Я выглядела отлично. А теперь туфли. Я открыла сумку. Кроссовки, сапоги… Я села на кровать, готовая разрыдаться. Я видела свои туфли именно там, где оставила их, — на письменном столе в пакете.

— Мэтт! — позвала я.

Я услышала, что играет музыка, — что-то старое, лирическое. До меня не донеслось ни звука извинений за прерванный разговор, однако Мэтт явился ко мне с бутылкой вина в руках.

— Я забыла туфли.

— Ты такая красивая, хрупкая, нежная.

— Прошу тебя, помолчи! Я не хочу, чтобы нас кто-нибудь услышал. Я ведь не могу выйти к гостям в чулках.

— Почему нет, если, конечно, ты не замерзнешь.

— А что скажут гости?

— Разве не все гости уже здесь?

— Бог ты мой, но ты же прислал мне такое церемонное приглашение!

— Ты и есть главная гостья.

Стол был накрыт на двоих. Макароны с перечным соусом. Он наполнил мой бокал. Ровно наполовину. Я стояла на плитке. Мне не хватало слов.

— Не сердись на меня, — сказал Мэтт.

— Я не сержусь и не напугана. Пойми меня правильно — я просто не знаю, что сказать.

— Шокирована?

— Нет.

— Считаешь меня тупицей?

— Нет, — засмеялась я. — Нет, конечно. Как я могу, после того что ты сделал? Ты супер, Мэтт.

— Я тридцать лет ждал, чтобы мне подвернулась возможность пригласить Джулиану Джиллис на ужин. У меня было время подготовиться.

— Не оправдывайся.

— У меня в мыслях не было.

— Все готово?

— Понимаешь, это единственное блюдо, которое я умею готовить. Мы можем сидеть и болтать хоть всю ночь, а оно будет все таким же вкусным. Хочешь, я подам сыру?

— Мне хотелось, чтобы ты показал свой дом.

— Хорошо! — добродушно ответил он, ставя свой бокал. Лестница наверх насчитывала семнадцать ступенек. Я посмотрела в сторону Мэтью.

— Джулиана, позволь мне помочь тебе.

— Я не какая-нибудь неженка.

— Любимая моя девочка, не надо так.

Его обращение добило меня. Я начала плакать.

— Что я сделал?

— Ты назвал меня «любимой».

— Я не хотел тебя обидеть…

— Понимаешь, я уже давно не чувствовала себя такой защищенной, такой обласканной.

Когда я произнесла это, то поняла, что, говоря «давно», имела в виду последние годы. Он пронес меня, семнадцать ступенек, не останавливаясь. Он нес меня бережно и мягко опустил на кровать.

— Я должна тебе сказать, Мэтт, что эта болезнь приносит такие разочарования… Мне требуется столько сил…

— Позволь мне разделить с тобой этот груз, — сказал он.