Ласточки - Лия Флеминг

Судя по адресу, новое место работы было ближе к Харрогиту, чем к Лидсу. Плам написала Глории прекрасную рекомендацию, и теперь получилось так, что вся молодежь вылетела из гнезда. Скоро Бруклин по будним дням снова станет пустым и молчаливым. Плам пыталась не чувствовать себя брошенной, когда Глория бессовестно нарушила свое обещание и покинула ее в разгар сезона. Ее место заняла одна из дочерей Грей Баттерсби, хотя она и в подметки не годилась Глории.

Да и чего ожидать? Молодежь не задерживалась в Сауэртуайте надолго, особенно умные, способные и амбициозные.

Плам вздохнула и взялась за работу сама.

Как-то в разгар лета к дому подкатила большая машина, и пухлый моложавый человек в полосатом демобилизационном костюме спрыгнул с сиденья и попросил разрешения поговорить с Глорией. Похоже, он не знал о ее отъезде и попытался вытянуть ее адрес у Плам. Он сказал, что хочет показать Глории несколько каталогов, но при этом не смотрел Плам в глаза, когда она спросила его имя.

Значит, это и есть знаменитый Кен Силверстоун!

Плам сразу распознала в нем нечто скользкое. И кажется, уже видела его где-то. У нее прекрасная зрительная память. Неудивительно, что Глория не приглашала его сюда.

И тут она вспомнила первых гостей. Да-да, Кен был среди них.

Но когда она улыбнулась и сказала, что узнала его, Кен ничуть этому не обрадовался. Особенно когда Плам отказалась дать новый адрес Глории, солгав, что куда-то его задевала.

Он оказался совсем не похож на того поклонника Глории, которого представляла себе Плам: краснощекий коротышка, смахивавший на частного детектива из гангстерского фильма: сплошные зубы и усики.

Она рада, что Глория дала ему пинка. Его самодовольный вид и манеры напоминали о Джеральде, чем ужасно ее раздражали.

Нужно что-то делать с разводом и закончить эти странные отношения раз и навсегда. Кого смутит появление имени Белфилдов в колонке объявлений о разводах? Если судить по колонкам имен в «Йоркшир пост», тысячи пар по всей стране расторгают поспешные военные браки.

Возможно, Мадди права, прекратив отношения с Грегом до того, как начались сложности, но они, казалось, так друг другу подходят. Что между ними стряслось?

Оставалось надеяться, что Мадди не превращается в сноба. Не считает Грегори ниже себя.

Она совершенно не понимает современную молодежь! Гораздо безопаснее придерживаться общества лошадей и собак. Они никогда тебя не предадут! Но все это так огорчает!

Может, следует покончить с бизнесом и сдать дом приличной семье? Такая ненужная роскошь – жить одной в этом сарае! Но он не принадлежит Плам. Когда-нибудь, после ее смерти, дом перейдет к Мадди.

Возможно, стоит сдавать комнаты жильцам, которые помогут платить за отопление и составят ей компанию. И она по-прежнему может принимать платных гостей по уик-эндам, если захочет.

Мистер Хилл изо всех сил старался, чтобы огород не походил на джунгли.

Но если она будет разрываться между местной женской организацией, церковью и гостями, плюс еще сад и огород, то слишком устанет, чтобы развлекать кого-то беседой по вечерам. Собаки и лошади тоже в ней нуждаются.

Плам вздохнула, чувствуя, как ей грустно и одиноко.

Как красив сад на закате солнца!

Плам улыбнулась.

Тени, протянувшиеся по газонам, высокие черные осокори, как часовые на посту, стрижи, взмывавшие в чернильно-синее небо и нырявшие вниз, летучие мыши, шмыгавшие повсюду, аромат старой йоркширской розы, вьющейся по стене и отягощенной душистыми бутонами, старые камни, казавшиеся розовыми в закатном солнце…

Как она вообще могла подумать об отъезде?! И все же, если Бруклин не сможет себя окупать, с ним придется распроститься. На ремонт почти не осталось денег.

Солнце и тени, наслаждение и боль, черное и белое, а между ними все оттенки серого. И все это, вместе взятое, – ее нынешняя жизнь.