Дживс и свадебные колокола - Себастьян Фолкс

– Такой случай вполне может возникнуть, сэр. Нежелательно, чтобы сэр Генри обнаружил, что человек, проникший в его дом, и есть тот самый джентльмен, чье появление на Лазурном берегу грозило стать препоной на его пути к финансовому благополучию.

Это было уже чересчур.

– Черт побери, Дживс! Я отказываюсь, и точка, Вуди там или не Вуди.

Десять минут спустя, все еще мысленно протестуя, я приближался к Мелбери-холлу с задней стороны.

Я в некотором роде знаток английской загородной архитектуры и должен сказать, у старины сэра Генри дом что надо. Приблизительно эпохи королевы Анны, позднее достраивался на денежки, приобретенные во время войны за испанское наследство или еще какой выгодной заварушки. Предки Хаквудов себя не ограничивали ни в жилье, ни в угодьях, ни в хозяйственных постройках. Куда ни кинь взгляд, тянутся вдаль парк с оленями, поле для крикета, газоны, лужайки, огороды и конюшня, в которой можно разместить всю Королевскую конную гвардию. Представляю, сколько для такой усадьбы требуется слуг! Можно обеспечить трудоустройством все население Кингстон-Сент-Джайлз. А тот, кто подписывает годовой счет за электричество, наверное, каждый раз перед этим должен хватануть чего-нибудь покрепче.

Сам дом очень даже красивый, я его хорошо рассмотрел. Из красного кирпича с вставками из камня, вдоль крыши – парапет. С южной стороны – просторная терраса. Пробраться бы туда, и уже несложно будет определить, какую из комнат первого этажа занимает библиотека. К счастью, Хаквуды любят деревья, в особенности можжевельник, так что человеку, часто игравшему в индейцев с Вуди Бичингом (исполнявшим роль Загадочного ковбоя), не составит труда подкрасться незамеченным.

Сказать, что я веселился вовсю, будет, пожалуй, преувеличением, однако сердце билось в ускоренном темпе, когда я на карачках притаился под ближайшим окном. Слегка отдышавшись, я рискнул заглянуть через подоконник. Там оказалась громадная гостиная. Три деревянные ступеньки вели на возвышение, с деревянными же колоннами по бокам. Также в комнате находились три пожилые дамы, одна молодая, – вероятно, Амелия, – долговязый тощий тип лет сорока, жизнерадостный старикашка в полном соку и важный дворецкий, раздающий всем чайные чашки. Я быстренько снова пригнулся и двинулся к следующему окошку.

Осторожно бросил взгляд внутрь и был вознагражден видом книг в огромном количестве. Заглянув еще раз, я уловил общую картину. Лучше библиотеки могла быть только библиотека, в которой нет ни единого Хаквуда, – и такое вот сокровище досталось мне всего лишь со второй попытки. Затаив дыхание, я подергал раму – она поддалась. Я посмотрел себе под ноги, чтобы не оступиться, влезая в окно, и примерно на уровне щиколотки заметил прикрепленную к стене маленькую коробочку. Удача Вустеров сегодня мне улыбалась! Если я не ошибся, через эту коробочку шла телефонная связь. В вопросах практических я всегда разбирался слабо и потому побоялся применить к коробочке хитрый инструмент, данный мне Дживсом, – еще взлечу на воздух. Вместо этого я твердой рукой рванул провод и, к моей радости, он легко выдернулся. Я засунул оборванный конец за коробочку, чтобы место повреждения не бросалось в глаза, и перешел ко второму этапу операции.

Проникнуть внутрь было несложно; труднее найти нужные книги. Одну полку целиком занимало полное собрание «Крикетного альманаха» Уисдена. Другую – издания, посвященные скаковым лошадям и крупному рогатому скоту. Немалого размера шкаф заняла военная история, с особым вниманием к Столетней войне. Честно говоря, обычному читателю в библиотеке сэра Генри Хаквуда искать было практически нечего. Где, интересно знать, он хранит детективные романы? Мой взгляд остановился было на обложке с многообещающим названием «Бриллианты Юстасов»[11], но, пролистав книгу, я остался разочарован – ни единого трупа.

Спохватившись, что нахожусь здесь с важной миссией, я принялся осматривать нижние полки. Пара словарей и телефонный справочник возле бесполезного ныне аппарата. Это уже ближе к делу! Вот, между железнодорожным справочником Брэдшо и «Введением в нумизматику» притаились и Дебретт, и зачитанный буквально до дыр Берк. Еле удержавшись от ликующего вопля, я схватил увесистые томики и уже полез было в окно, когда за спиной раздалось приятное контральто:

– Берти, привет! А что ты здесь делаешь?

Я резко обернулся, мощно приложившись затылком о поднятую оконную раму. Передо мной была Джорджиана Мидоус в легком летнем платье с рисунком из лиловых цветочков, еще больше обычного похожая на оживший рисунок небесного художника.

– Я, э-э… Я тут просто… книгу, знаешь ли, взял почитать…

Вновь раздался такой знакомый звук ручейка, резво журчащего по струнам арфы. Несомненно, в любое другое время я был бы счастлив его услышать.

– Не могу сейчас объяснить… – продолжил я бессвязный лепет. – Нужно помочь приятелю. Благое дело, честное слово!

– А я и не знала, что ты в Дорсете. Отчего не позвонил?

– А какой смысл, если все вот так сложилось? – Тут я вспомнил о правилах приличия. – Черт возьми, Джорджиана, страшно рад тебя видеть! Как дела, старушка?

Не без труда я переступил оконную раму, собравшись чмокнуть Джорджиану в щечку, но, увы, зацепился носком ботинка за подоконник и со всего маху врезался в бедняжку, причем Берк и Дебретт полетели в разные стороны.

Мы встали, отряхнулись, я извинился за то, что налетел на нее, точно нападающий в матче по регби.

– Ничего страшного, Берти. По крайней мере, на этот раз ты не сбил меня с ног.

– Это точно. Ладно, я пошел. Надо книжками заняться…

Тут Джорджиана повела себя очень странно. Она заперла дверь библиотеки.

– Не хочу, чтобы сэр Генри вдруг зашел. Берти, по-моему, ты ввязался в какую-то темную историю. Может, расскажешь?

– Лучше не надо, Джорджи. Мне правда пора бежать.

Карие глаза обратили на меня свое сияние в тысячу ватт, и у меня подогнулись колени. На ее губах заиграла улыбка, разом осветив всю физиономию, словно восход солнца, заснятый в замедленном режиме.

– И часто ты попадаешься на краже со взломом в загородных домах, куда тебя не приглашали?

Последовала короткая пауза. Я пытался осмыслить слова Джорджианы.

– Не очень часто, – сказал я наконец. Хотел этим и ограничиться, но мы, Вустеры, поборники правды. – Хотя случалось. Есть у меня такое свойство – влипать в разные истории.

– И больше ты ничего не скажешь?

– Сейчас – ничего. Вот только… Если в ближайшую пару дней мы с тобой случайно встретимся на людях, пожалуйста, сделай вид, что мы незнакомы.

– Почему?

– Я потом объясню. Обещаю!

– Ну ладно, я не выдам, что мы друг друга знаем.

– Что бы ни случилось!

– Поняла, поняла. Ну давай, выбирайся. Только дай слово, что позвонишь.