Чистый продукт. В поисках идеального виски - Иэн Бэнкс

Многие дистиллерии довольно красивы. Многие – наверное, большинство – построены в очень приятных, а то и совершенно великолепных местах. Конечно же, ни благородство окружающего вискикурню пейзажа, ни ее архитектурная ценность никак не связаны с качеством производимого напитка. Существует несколько красивых заводов, которые стоят в изумительных местах, как бриллианты в дорогой оправе, или отличаются необычайно интересными архитектурными решениями, но производимые там молты особо высокой ценности не имеют (правда, с их добавлением частенько получаются хорошие купажи). В свою очередь, например, дистиллерия «Гленли́вет» (Glenlivet), которая, несмотря на характерный для Спейсайда чудесный пейзаж с холмами и долинами, выглядит, откуда ни посмотри, как-то нелепо; это растянувшийся по склону хаос архитектурных стилей, пропорций и материалов, которые в совокупности являют собой не самое приятное зрелище.

Но все это неважно, потому что виски «Гленливет» по праву считается одним из лучших продуктов Спейсайда, да и вообще одним из лучших односолодовых виски. Было бы здорово, если бы он производился в таком месте, которое соответствует его уровню: либо в исключительно элегантных, почти безупречных природных условиях, либо в здании, спроектированном Лаченсом[7]или сэром Ричардом Роджерсом[8], однако это производило бы только внешний эффект; да и вообще пусть лучше внимание заинтересованных потребителей будет сосредоточено не на зданиях, а на виски, но не иначе.

Дистиллерии Айлы проигрывают в сравнении с окружающей красотой. Меньше всех повезло в этом смысле «Бруклади» и «Боумору»: первая – это комплекс приятных глазу построек возле крошечной деревушки, перед которым тянется местами песчаный, местами каменистый берег глубокой морской бухты, а позади – невысокие, поросшие лесом холмы (местоположение, как вы понимаете, чертовски удачное, но все познается в сравнении); вторая – это примерно то же самое, но на другом берегу Лох-Индаала. На самом деле, вискикурня настолько прочно срослась с городом Боумор, что при перегонке спирта излишки горячей воды обогревают местный бассейн, расположенный по соседству. Опять-таки, Боумор (по сути, столица Айлы) – изящный, привлекательный городок, который не может испортить вид стильных, аккуратных заводских корпусов на его южной границе; просто другие островные вискикурни расположены в столь пленительных местах, что дух захватывает.

Из трех заводиков на южном побережье виден длинный язык моря, который представляет собой… честно сказать, я и сам не знаю, что он собой представляет. Даже после тщательного изучения отцовских морских карт, выпущенных в свое время Адмиралтейством, я так и не решил, к чему он относится: то ли к Ирландскому морю, то ли к Атлантическому океану, то ли к проливу Саунд-оф-Джура (Sound of Jura). В любом случае там довольно глубоко, а зимой сильно штормит. Миниатюрные островки, больше похожие на зубчатые обломки скал, пронзают поверхность воды, а вискикурни выглядят так, будто совершенно случайно очутились в ломаных складках земной поверхности, будто поселились там вместе с галькой, озерами и деревьями, а потом поерзали и устроились поудобней.

Выглядят они элегантно. Побеленные стены, черные крыши и элементы декора, пропорциональные постройки, ухоженные лужайки – в целом атмосфера неброской гордости. Названия пишут ОГРОМНЫМИ БУКВАМИ на самой высокой стене, выходящей к морю; если фотографировать с нужного ракурса, потом не придется чесать голову и бормотать: «Вроде бы смахивает на “Лафройг”, а может, и на “Ардбег”…»

«Кул Áйла» (Caol Ila) и «Буннахáвен» (Bunnahabhain) притаились в еще более впечатляющих местах и льнут к подножиям крутых холмов, от чего возникает ощущение, будто они в любой момент могут упасть в воду. «Кул Айла» обращена на противоположный берег Саунд-оф-Джура, а «Буннахавен» выстроена вдоль пролива, в сторону моря, но из обеих дистиллерий прекрасно видны три огромные каменные груди с сосками, возвышающиеся на другом берегу: это скалы Папс-оф-Джура (Paps of Jura). Раньше на берегу неподалеку от вискикурни «Буннахавен» лежало на удивление целое, хотя и ржавое судно, налетевшее на скалы, – лет десять назад я проходил мимо него на пароме, возвращаясь с Кóлонсея (Colonsay). С тех пор штормовое море, что выбросило судно на берег, оставило от него только обломки.

Учитывая удаленность и первозданность пейзажа, как-то даже странно, что «Буннахавен» производит, наверное, самый мягкий, наименее резкий виски на острове; да, тоже с привкусом масла и соли, сладкими нотками хереса и отголосками торфа, но все же в сравнении с остальными продуктами Айлы и ярким, энергичным окружением напиток получается удивительно спокойным. Мне кажется, у меня выходит не самая лестная похвала, но это вправду превосходный молт, и если бы все виски с Айлы были яростными, как «Лафройг», швыряющий торф, дым и йод прямо тебе в лицо, то остров от этого сильно бы проиграл. «Буннахавен» скорее похож на могучего тихоню, и это ему только в плюс. Его часто используют для изготовления «Блэк Боттл» (Black Bottle) – наверное, лучшего из доступных блендов, который точно понравится любителям островного виски с Айлы.

На острове Айла я останавливаюсь неподалеку от Порт-Эллен, на ферме «Балливикар» (Ballivicar), у Тоби и Харриет Роксбур. Тоби – румяный тостяк, шотландец до мозга костей, но, по собственному утверждению, говорит с «кристальным прононсом». Тоби, как никто другой, освоил взгляд василиска (мне повезло, что он никогда не смотрел на меня в гневе) и однажды послал куда подальше самого Роберта Максвелла[9], ныне покойного, после чего выжил, даже не потеряв работу, и рассказал, как было дело. За одно это ему от меня огромный респект.

Эрудит, острослов, знаток литературы, Тоби вошел в мою жизнь как редактор издательства «Футура», купившего права на издание «Осиной фабрики» в мягкой обложке. Позже он согласился на публикацию «Вспомни о Флебе»[10]– моего первого научно-фантастического романа. По-настоящему мы познакомились в 1986 году, когда я впервые участвовал в конвенте фантастов. Я говорю «познакомились», но подразумеваю, что сам лежал на полу в баре со стаканом пива на груди, размышляя, почему потолок нависает так низко, а Тоби в это время накачивал мою жену шампанским.