Скука, или Любовь до гроба - Андрей Райдер

– Ой, как интересно, Иван Петрович! – радостно воскликнула Ксения. – Даже не думала, что это так. А можно я потрогаю вашу тычинку?

– Конечно, можно! Трогайте, не смущайтесь! Как же вы иначе усвоите урок?! И вы, Маша, тоже потрогайте ее. Подержите мою тычинку по очереди в руках и хорошенько все рассмотрите.

Ксения взяла в руки член учителя и начала внимательно разглядывать его со всех сторон. Потом несколько раз натянула и опять сдвинула назад кожицу с головки. Член начал прямо на глазах расти, быстро наливаясь кровью и подрагивая.

– Ой, что это она так начала увеличиваться в размерах? – вздрогнула Ксюша. – Тычинка ваша. Будто живая. Как это интересно и здорово!

– Это она почувствовала рядом пестик, Ксюша. Тычинки всегда так, девочки. Как только чувствуют рядом пестик, сразу готовятся его оплодотворить.

– Надо же как! Маша, ты слышала об этом? Как же это любопытно!

– Ах, не говори, как интересно! – возбужденно потерла ладони вошедшая в роль Дарья.

– И как это «оплодотворить», Иван Петрович? Расскажите подробнее, как это.

– У цветов это пыльца. Тычинки оплодотворяют пестики пыльцой.

– Ну что же это у нас нет цветов сегодня?! – искренне сокрушалась Ксения. – Как же мы без этого урок с тобой, Маша, усвоим?! Но ведь и в животном мире, наверное, аналогично, да, учитель? Так, да?

– Абсолютно аналогично, Ксюша, абсолютно, – согласно закивал Иван Петрович.

– Покажите тогда нам, как это. Прямо сейчас покажите. Мне прямо не терпится увидеть такое! Маша, на, и ты потрогай тычинку Ивана Петровича, – и она сунула Дарье в ладонь уже порядком задеревеневший член учителя. Тот стал горячим, а из прорези его головки сочилась капелька смазки. Хихикнув, та взяла его, словно эстафетную палочку. Дурачиться действительно было очень увлекательно.

– Ну конечно покажу, девочки. Урок есть урок, все вам сейчас хорошо покажу, – Иван Петрович снял галстук и расстегнул рубашку, – так будет удобней показывать, – прокомментировал свои действия он. – Машенька, вы можете изучать тычинку смелее. Старательнее подходите к учебе. Иначе на биофак не поступите.

– Хорошо, учитель, – и Даша стала потихоньку мастурбировать член.

– Да, да, именно так. Так и надо ее изучать, – одобрил ее действия Иван Петрович. – Слушайте меня внимательно, девочки. Если у цветов для оплодотворения используется пыльца, то в животном мире она называется спермой. По сути, это та же пыльца.

– И где же она у вас, Иван Петрович, эта пыльца? Покажите нам, пожалуйста, где? – сгорала от любопытства Ксюша.

– А вот поднимите, пожалуйста, мою тычинку повыше, Маша, – Даша загнула вверх член, прижав его к животу учителя.

– Очень хорошо, Машенька! Вы прилежная ученица. Теперь видите, здесь, снизу есть специальный мешочек, вот он, – и учитель указал на свою немалых размеров мошонку. – Потрогайте его, Ксюша, помните чуть-чуть, – Ксения с нескрываемым любопытством обхватила ладонью яйца репетитора. – Чувствуете, что там внутри перекатываются два шарика, чувствуете?

– Да, чувствую. Действительно перекатываются. Маша, на, и ты попробуй как это интересно, – и она положила вторую Дарьину ладонь сверху мошонки. – Интересно, правда?

– Еще бы! – восторженно согласилась та. – Безумно интересно учиться.

– Так вот, этот мешочек – хранилище такой пыльцы. Из него она через тычинку и оплодотворяет пестик.

– Ой, как здорово! Надо же! Никогда не могла подумать, что это так, – удивленно ахнула Ксения. – И как же это, как? Покажите, как, Иван Петрович. Очень вас прошу! И Маше тоже важно это посмотреть. Нам же вместе в институт поступать. Да, Маша?

– Конечно! Покажите, прямо сейчас, учитель.

– Само собой, покажу, девочки! Как без этого?! Прямо сейчас и покажу, – его член уже буквально дрожал от нетерпения.

– Покажите это на моем пестике, Иван Петрович. Пусть Маша посмотрит, а вы покажите, – и Ксения, вновь сев на край дивана, широко раздвинула ноги, подставляя свой пестик тычинке учителя.

– Да, будет очень правильно наглядно показать вам, как это делается, девочки. Очень правильно. Именно так и должен проводиться полноценный урок. Именно так, – и, встав на колени между ног Ксении, учитель нацелил ей в промежность свой член. Сначала, чуть поводив головкой между ее половых губ, он убедился, что они уже намокли от интереса к его тычинке, затем не спеша примерился к входу во влагалище и наконец сильным толчком загнал его вглубь по самые яйца, хорошо наполненные настоящей пыльцой.

Ксения ахнула. Даша невольно вздрогнула сама. Урок становился все более предметным. Тщательная подготовка к поступлению на биофак пошла как надо…

…Само собой, обе двоечницы в конце концов серьезно провинились, выяснилось, что ни та, ни другая не сделали домашнего задания. Пришлось их серьезно наказывать, по полной досталось обеим. Учитель был безжалостен и предельно строг. А как же еще воспитаешь современную молодежь, коли родители с этим не справляются?!

Даша потом не раз вспоминала тот урок. Без смеха это невозможно было делать.

На следующий день она возвращалась домой. Как всегда в воскресенье вечером, поезд был битком забит народом, передвижение публики между двумя столицами России к концу недели всегда сумасшедшее, но Дарья никого вокруг не замечала. Рассеянно глядя на проплывающие за окном пейзажи, она задумалась. Ее учеба принимала все более изощренные формы. Пожалуй, пора было с ней заканчивать, всему, в конце концов, есть предел. Ведь вчера, по сути, она принимала участие в самой настоящей групповухе. Как бы это ни называла Ксения, но именно групповухе. Классная, конечно, тема ролевые игры, но когда подруга лижет тебя между ног, а в это время ее сзади трахает мужик, то что же это еще, как не групповик? Еще чуть-чуть, и Ксения под каким-нибудь предлогом подсунет ее саму под своего очередного приятеля, называя все это занятиями. Дело явно движется именно к этому. А уж повод-то она запросто найдет, в этом нет никаких сомнений. Вот уж кому надо быть психологом, так это ей.

«Ролевая игра, конечно, была классной, – сладко потянулась Дарья. – Но, пожалуй, это было мое последнее практическое занятие. А то так, глядишь, и на самом деле стану „плохой девочкой”», – решила она.