В Линкольнвуде гаснет свет - Джефф Родки

Хлоя услышала выстрел за два квартала от Брэнтли-серкл, поднимаясь по крутому холму с велосипедом — рюкзак был таким тяжелым, что она устала крутить педали.

За выстрелом последовал собачий лай, а не отчаянные крики, так что Хлоя решила, что это папин босс вновь облажался. Так что, сворачивая с Уиллис-роуд, она совершенно не ожидала, что окажется посреди финальной сцены фильма Тарантино с миссис Станкович, судьей Дистефано и мамой в главных ролях. Макс и Джордан выглядели как массовка, а Искра предоставляла саунд-трек.

Джен, похоже, выигрывала. По крайней мере, ее пушка была больше. Она направляла ее на миссис Станкович, которая, в свою очередь, держала маму Хлои на мушке своего пистолета.

Раздавшийся удивленный возглас привлек внимание участников этой драматической сцены. При виде дочери Джен так обрадовалась, что Хлоя мгновенно поняла — вернуться домой было правильным решением.

Когда участники боевых действий поняли, что у новоприбывшей нет оружия, они снова сфокусировались друг на друге.

— Что скажете, — предложил женщинам судья, перекрикивая лай Искры, — на счет три мы все опустим оружие, разойдемся по домам и попытаемся вспомнить, что нам еще жить и работать вместе.

Это было разумное предложение.

Пока Джен и миссис Станкович размышляли над ним, судья начал считать:

— Раз… два…

Женщины, кажется, почти согласились, но Искра выбрала именно этот момент, чтобы проверить возможности своего уже не работающего ошейника-шокера. Еще громче залившись лаем, собака бросилась через границу участка на улицу прямиком к Джен, которая тут же направила винтовку на нее.

— НЕ-Е-Е-ЕТ! — в ужасе закричали миссис Станкович и судья, хотя у Кайлы получилось громче.

Все приготовились к кровопролитию.

Но каким-то невероятным образом Джен взяла себя в руки и не нажала на курок. Либо просто ждала, когда Искра подбежит поближе, чтобы выстрелить в упор.

То ли услышав крик хозяйки, то ли заметив решимость во взгляде Джен, собака затормозила и вернулась на свою территорию, тявкая уже гораздо тише.

Градус напряжения снизился. Джен вновь направила винтовку на миссис Станкович, но они обе, похоже, больше не жаждали крови.

— Все в порядке? — спросил судья. — Помирились? Мне снова считать?

Этого не потребовалось. Женщины медленно опустили оружие и, не отворачиваясь друг от друга, пошли в сторону своих домов. Хлоя воспользовалась перемирием, пересекла линию огня и забежала в открытый гараж Альтманов. Макс уже исчез за входной дверью.

В это же время из дома Станковичей показался начальник Дэна. Держа руки над головой, словно сдаваясь в плен, он обошел миссис Станкович и осторожно направился к Альтманам.

Хлоя припарковала велосипед и сняла со спины рюкзак. В гараж вошла Джен.

— Милая моя, — позвала она Хлою. — Поможешь мне с дверью, пожалуйста?

— Конечно. — Хлоя подбежала к двери, подпрыгнула, зацепилась за ручку и потянула ее вниз.

Марти ускорил шаг и окликнул мать и дочь:

— Подождите!

Хлоя остановилась, держа руку над головой. Марти подбежал к их участку. Он наклонился, чтобы встретиться взглядом с хозяйкой дома:

— Джен?

— Да?

— Можно мне… э-э… можно мне винтовку забрать?

Хлоя посмотрела на маму, ожидая ее реакции.

На лице Джен смешались веселье и презрение.

— Нет, конечно же. — Она переложила винтовку в правую руку, а левой взялась за ручку гаражной двери и вместе с Хлоей потянула ее вниз.

Дверь с лязгом закрылась, оставив Марти на улице.

— Ты вернулась!

Мама хотела обнять дочку, но с закрытой дверью в гараже ничего не было видно. К тому же она держала в руках винтовку.

— Тихо, мам, предохранитель-то включен?

— Ох, боже. Я даже не знаю. Пойдем внутрь.

Когда они вошли на кухню, на улице уже лило как из ведра. В тускло освещенной комнате их ждал Макс.

— Ты в порядке, милый? — спросила его мама, положив винтовку на столешницу.

— Нормально.

Макс не выглядел нормально. Он выглядел перепуганным до смерти.

— Входная дверь заперта?

— Да.

— Можно тебя обнять?

Макс подчинился, даже обнял маму в ответ.

Когда он разжал руки, мама повернулась к Хлое, которая ставила рюкзак на стул: