Земля без людей - Алан Вейсман

Различные религии предлагают альтернативные варианты будущего, как правило, в других местах, правда, ислам, иудаизм и христианство говорят о правлении мессии на Земле в течение, в зависимости от версии, от семи до семи тысяч лет. А поскольку оно последует за событиями, которые существенно сократят население за счет гибели неправедных, получается довольно реалистично. (Если, конечно, не произойдет другого, о чем говорят эти три религии, – воскрешения мертвых, которое моментально приведет к жилищному и ресурсному кризисам.)

Но поскольку религии не сходятся во мнениях о том, кто является праведниками, то для согласия с любой из них требуется вера. Наука не предлагает никаких критериев для отбора, кроме как эволюции наиболее приспособленных, а среди последователей каждого из вероучений будет схожий процент сильных и слабых.

Что же касается судьбы планеты и других ее обитателей после того, как мы закончим наши дела с ней – или она с нами, – религии, конечно же, о ней умалчивают, если не хуже. Постчеловеческая Земля либо игнорируется, либо уничтожается, правда, в буддизме и индуизме она вновь начинается с нуля – как и вся вселенная, что похоже на повторение теории Большого Взрыва. (Пока этого не произойдет, правильным ответом, продолжится ли этот мир без нас, будет, по словам далай-ламы: «Кто знает?»)

В христианстве Земля плавится, но рождается новая. А поскольку ей не нужно Солнце – вечный свет Господа и Агнца разгоняет ночь, – это уже точно другая планета.

«Мир существует, чтобы служить людям, потому что человек – самое благородное из сознаний, – говорит турецкий ученый суфий Абдюльхамид Чакмут. – Существуют циклы жизни. Семя родит дерево, дерево родит фрукты, которыми мы питаемся, и, будучи людьми, мы возвращаем его. Все предназначено служить человеку. Если убрать из этого цикла людей, сама природа закончится».

Практика мусульманских дервишей, которой он учит, отражает понимание, что все, от атомов до галактики, движется циклически, в том числе и постоянно возобновляющаяся природа – по крайней мере, до сих пор. Подобно многим другим – хопи, индуистам, иудеохристианам, зороастрийцам, – он предупреждает о конце света. (В иудаизме должно закончиться само время, но только Бог знает, что это означает.) «Мы видим его признаки, – говорит Чакмут. – Гармония нарушена. Праведные в меньшинстве. Все больше несправедливости, эксплуатации, коррупции, загрязнения окружающей среды. Он происходит уже сейчас».

Знакомый сценарий: добро и зло наконец-то разделяются, заканчивая свой путь на небесах и в аду соответственно, а все остальное исчезает. Правда, говорит Абдюльхамид Чакмут, мы можем замедлить этот процесс – праведны те, кто пытается восстановить гармонию и ускорить восстановление природы.

Мир существует, чтобы служить людям, потому что человек – самое благородное из сознаний.

«Мы заботимся о наших телах, чтобы прожить более долгую жизнь. Мы должны делать то же для мира. Если мы будем его лелеять, поможем ему существовать как можно больше, мы отсрочим судный день».

Можем ли мы? Автор теории Геи Джеймс Лавлок предсказывает, что если ничего не изменится в ближайшем будущем, нам пора прятать важнейшие человеческие знания на полюсах, разместив их на носителе информации, не требующем электричества. Но Дейв Формэн, основатель общества «Земля прежде всего!», команды партизан окружающей среды, отказавшихся от мысли, что люди заслуживают место в экосистеме, теперь возглавляет Институт восстановления дикой природы, научно-исследовательский центр, созданный вследствие необходимости сохранения биоразнообразия и не требующей оправдания надежды.

Эта надежда подразумевает и требует сформировать «мегасвязи» – коридоры, проходящие насквозь через континенты, где люди поставят своей задачей сосуществование с дикой природой. Только в Северной Америке он видит необходимость как минимум в четырех: они должны пройти по разделяющим континент горным хребтам и соединить атлантическое и тихоокеанское побережья и северную Арктику. В каждый из них нужно будет заново поместить основных хищников и крупную фауну, отсутствующую со времен плейстоцена, либо наиболее близких к ним животных: африканских заменителей недостающих в Америке верблюдов, слонов, гепардов и львов.

Опасно? Но опасность должна окупиться для людей тем, что, по мнению Формэна и его коллег, в возвращенной в равновесие экосистеме у нас появится шанс на выживание. Если нет, то черная дыра, в которую мы сбросили всю остальную природу, поглотит и нас самих.

Этот план помогает Полу Мартину, автору теории вымирания «Блицкриг», поддерживать связи с Дэвидом Уэстерном из Кении, пытающимся не дать слонам повалить последнюю желтокорую акацию: пришлите хоть немного этих хоботных в Америку, умоляет Мартин. Дайте им опять питаться оранжевой маклюрой, авокадо и другими фруктами и плодами, вырастающими такими крупными, что только представители мегафауны могут их переварить.

И все же самый большой слон в посудной лавке размером с планету – тот, которого все сложнее становится игнорировать, как мы ни пытаемся. По всему миру каждые четыре дня человеческое население увеличивается на 1 миллион. И поскольку мы неспособны по-настоящему управиться с такими числами, они выходят из-под контроля и приведут к обвалу, как это случалось с любым другим видом, ставшим слишком многочисленным для своей ниши. И изменить это может только одно, если не прибегать к повсеместной жертве добровольного вымирания людей, – мы должны доказать, что интеллект действительно делает нас особенными.

Разумное решение потребует смелости и мудрости, чтобы подвергнуть наши знания испытанию. Оно будет горьким и болезненным, но не смертельным. Оно состоит в том, чтобы ограничить рождаемость до одного ребенка на каждую женщину, способную иметь детей.

Результаты этой драконовской меры, примененной справедливо, сложно предсказать с должной точностью: меньшее число рождений, к примеру, снизит детскую смертность, потому что для защиты каждого нового члена молодого поколения будут выделяться ресурсы. Используя средний прогноз ООН ожидаемой продолжительности жизни к 2050 году в качестве отправной точки, доктор Сергей Щербов, руководитель исследовательской группы Венского института демографии Австрийской академии наук и аналитик программы Мировое население, рассчитал, что произойдет с численностью населения, если с настоящего момента времени все способные к деторождению женщины будут рожать только одного ребенка (в 2004 году коэффициент был 2,6 на каждую женщину; и средний сценарий показывал, что к 2050 году он снизится до 2).

Разумное решение состоит в том, чтобы ограничить рождаемость до одного ребенка на каждую женщину, способную иметь детей.

Если все это начать завтра, нынешние 6,5 миллиарда населения сократятся на 1 миллиард к середине столетия. (А если мы продолжим действовать как сейчас, то достигнем 9 миллиардов.) С этого момента, если удерживать рождаемость на уровне одного ребенка на каждую женщину, жизнь для всех видов животных и растений на Земле коренным образом изменится. За счет естественной убыли нынешний раздутый пузырь человеческого населения прекратит надуваться с той же скоростью, что и раньше. К 2075 году мы сократим наше присутствие практически вдвое, до 3,43 миллиарда, а наше воздействие на природу еще сильнее, потому что результаты наших действий усиливаются цепными реакциями, запущенными в экосистемах.