Возмездие на пороге. Революция в России. Когда, как, зачем? - Михаил Делягин

Эти местные тенденции самоорганизации будут по-прежнему активно сдерживаться всей силой правящей бюрократии. Последняя вполне справедливо расценивает параллельно и стихийно формирующееся местное самоуправление если и не как своего смертельного врага и могильщика, то, во всяком случае, как потенциального конкурента в борьбе за влияние и деньги, а в конечном счете – за государственную власть. Поэтому правящая бюрократия будет стремиться подавить и подорвать местные тенденции самоорганизации даже тогда, когда на все остальное, включая исполнение прямых обязанностей перед страной и даже личное обогащение ее представителей, у нее не останется уже ни сил, ни возможностей.

Во многом благодаря этому последовательному, осознанному и активному противодействию стихийное формирование местного самоуправления (там, где оно вообще начнется, – ибо значительная часть российского общества просто утратила не только навыки самоорганизации, но и способность к ней) будет отставать от распространения хаоса. В этом нет ничего странного, ибо люди начинают самоорганизовываться не от хорошей жизни, а от ясного и многократно вбитого им в голову понимания того, что никто, кроме них, даже не попытается решить проблемы, с которыми они сталкиваются.

Главным фактором самоорганизации будет сам хаос, нарастающие по мере приближения системного кризиса, а затем и его развития трудности и беды основной части общества. Без раздражающего и активизирующего влияния нарастающих неудобств и несчастий люди не способны расстаться со своей ленью и апатией; они могут пробудиться к активной совместной деятельности – сначала по организации собственного выживания, а потом и по решению политических вопросов – лишь под жестокими ударами конкретной жизненной необходимости.[63]

Таким образом, хаос – причина, самоорганизация – всего лишь следствие. Понятно, что, как бы нам того ни хотелось и как бы это ни было гуманно и полезно, следствие ни при каких обстоятельствах не может опередить свою собственную причину.

Поэтому хаос отнюдь не сразу, но все же начнет постепенно умеряться стихийно формирующимся кризисным местным самоуправлением – примерно таким, какой была в момент своего зарождения и на ранних этапах существования Советская власть.

Порождаемые ею островки если и не стабильности и разума, то хотя бы понятного и относительно рационального порядка в море хаоса будут постепенно расширяться, увеличиваться численно и сливаться друг с другом.

Не вызывает никакого сомнения, что практически все сложившиеся к началу системного кризиса политические силы и структуры попытаются взять их под контроль, чтобы превратить в свою социальную (а особо наивные – и в «электоральную») базу. Однако тяжесть и разнообразие повседневных житейских проблем, составляющих естественный удел всякого местного самоуправления, неминуемо отпугнет крикунов, прожектеров и политических махинаторов, стремящихся к власти и деньгам без затраты каких бы то ни было систематических усилий (либо вовсе на такие усилия не способных) примерно так же, как отпугивает их и сейчас.

Именно здесь, по кропотливому «тяжелому крестьянскому труду»[64]«на земле», а не по заведомо вторичным партийным конференциям, демонстрациям, митингам, уличным дракам и тем более дискуссиям в телепередачах, и пройдет граница между «пикейными жилетами» всех мастей (от маскхалатов до костюмов от Бриони) и теми, кто реально сможет участвовать в формировании новой власти и в последующем – бороться за ее концентрацию в своих руках.

Это не романтизм.

В условиях системного кризиса функция предоставления легитимности возвращается от тех или иных государственных или пропагандистских учреждений непосредственно к народу, из-за чего становится в принципе невозможным всерьез и надолго взять власть, не став так или иначе частью этого народа.