Кризисы в истории цивилизации. Вчера, сегодня и всегда - Александр Никонов

Те, кто читал книги Жюля Верна «Дети капитана Гранта» или «Капитан Немо», быть может, вспомнят, с каким почтением автор относится к национально-освободительному движению. Оно начало пользоваться большой популярностью в середине-конце XIX века и к середине века XX-го в умах мировой интеллигенции уже закрепилось отлакированное социализмом мнение, что колоний быть не должно, а должны быть независимые и самостийные государства. Решительным людям в правительствах (типа Черчилля) оставалось только прибегать к насилию для удержания колоний. Но это насилие уже не пользовалось популярностью в их собственных странах.

В Португалии, пытавшейся удерживать колонии до 70-х годов XX века, расходы на войну достигали 43 % бюджета. Срок службы в армии пришлось увеличить до 4 лет. В результате за 13 лет — с 1961 по 1974 год — из страны эмигрировало 110 тысяч молодых людей, чтобы их не загребли на войну. Надорвалась Португалия, сражаясь за колонии, — и экономически и морально.

Пытаясь удержать Индокитай, французы за десять лет потеряли там почти сто тысяч солдат. При этом ни одного солдата из самой Франции там не воевало: это было политически невозможно — никто из французов не хотел умирать и убивать за колонии… Четыреста тысяч французских военных, отправленных в Алжир, не смогли подавить сопротивление двадцати тысяч повстанцев. Несмотря на то что Франсуа Миттеран недвусмысленно заявил: «Алжир — это Франция!» Более того, среди солдат начались акции протестов — по той же причине: никто не хотел умирать и убивать за колонию. Эта война воспринималась людьми как несправедливая. Времена, когда английские барышни сходили с ума от палачей-пулеметчиков, прошли. Восторжествовал гуманизм.

И вслед за ним изменилась риторика властей. Теперь властям уже приходилось убеждать сограждан, что не колонии нужны метрополии, а напротив, освободившимся колониям будет сложно налаживать жизнь без метрополии, ведь метрополия вкладывает деньги в экономическое развитие окраин. И это было правдой. И мы знаем это по своей стране, которая раньше называлась СССР и в которой метрополия вкладывала кучи денег в развитие окраин…

Сей тяжкий финансовый груз в конце концов и заставил метрополии расстаться с колониями. Имперского развития колоний путем централизованного распределения и вбухивания в них средств не получилось. Зато сейчас деньги на мировые окраины сами потекли — добровольно, из-за дешевой рабочей силы. Нужно было только отгородиться границами политическими и открыть финансовые.

Ну, так что — прошла эпоха империй или все-таки нет?.. Давайте сначала определимся в терминологии. Есть империи и империи. Можно под империей понимать колонии вкупе с метрополией — это одно понимание. А можно под империей понимать способ власти — самодержавный, императорский. Одно с другим не всегда совпадает.

Российская империя управлялась самодержавно и была территориально-интегрированной империей, то есть имела русскую метрополию и колонии-окраины, принайтованные к метрополии. То есть была классической империей в обоих смыслах.

Римская республика стала империей (заимела колонии) до того, как в ней воцарилась монархическая форма правления…

Франция стала империей во времена монархии, а потом преспокойно была империей с республиканской формой правления…

А вот Британская империя в XX веке была империей во втором смысле (имела колонии), и лишь формально — в первом смысле (монархия). Потому что фактически Англией рулит парламент и премьер-министр. А королева так, для декорации.

Поэтому когда я говорю, что эпоха империй в XX веке прошла, то имею в виду империи в первом смысле этого слова (метрополия плюс зависимые от нее колонии). А когда говорю о том, что США грозит цезаризм в свете глобального дефолта, то имею в виду авторитарную власть, которая силой может подавить недовольство населения.

И вовсе не обязательно, чтобы смута в Америке длилась, как когда-то в Риме, — почти столетие. Сейчас времена ускоренные, все делается быстро… Да и такой голодной критичности, которая во И—I веках до нашей эры приключилась в Риме, сейчас в Америке нет: жратвы как таковой должно всем хватить. Осталось только умерить потребности, а для этого надо немного «поиграть в войну». Война автоматически разбирается с потребностями по сформулированному Гайдаром и историей принципу: мы уже устали от крови, давайте начинать жить заново. А «заново» означает «с нового уровня потребностей», скорректированных смутой.