Трое - Валери Перрен

Сентябрь 2000

Утро понедельника. Две недели свободы. Эмманюэль уехал с чемоданом вещей.

У Нины есть время подумать, оглядеться, встряхнуться. Аллилуйя…

Кухарка в отпуске. Отправлена на Мадейру.

Мечта и реальность совпали. Алилуйя!

Разница во времени между Францией и Австралией – десять часов, от Эмманюэля ее отделяют двадцать часов на самолете. Вечером он взлетит из парижского аэропорта. И не сможет звонить ей целых два дня.

С прошлого ноября муж Нины никуда не ездил, чем непомерно сузил пространство ее свободы. Она должна быть дома к возвращению мужа с работы, иначе последуют нудные упреки: «Где ты была? С кем? Зачем я стараюсь, дарю тебе мобильник, если ты держишь его выключенным? Люблю тебя».

О командировке в Сидней он сообщил ей за два дня до отъезда.

– У меня плохая новость, милая. Придется бросить тебя на две недели. Я до последнего момента пытался отменить поездку, но ничего не получилось. Контракт на огромную сумму. Плохо только, что не будет Натали… Ты остаешься совсем одна.

Сначала Нина решила, что Эмманюэль пошутил и закончит длинную тираду ликующим восклицанием: «Та-да! Попалась! Никуда я не еду! Мы будем одни, моя маленькая женушка и я. И на этот раз заделаем младенчика!»

Нина поверила в реальность счастья, только увидев билет в паспорте, лежавшем рядом с рубашкой мужа. Он действительно уезжает.

«Не показывай, что радуешься…»

Она захлопала ресницами и ответила невиннейшим тоном:

– Не волнуйся, милый, две недели пролетят быстро.

– Могла бы немножко поумолять меня остаться.

Он улыбался и вроде бы шутил, но и укорял ее.

Эмманюэль то и дело изображал непо́нятую всем миром жертву, выдерживая при этом ироничный тон, чтобы все считали его милым парнем.

Хочется его ударить. Желание появляется все чаще. Былая любовь выродилась в отвращение. Она чувствовала неприязнь, нет, не постоянно, время от времени. Ненависть стучала в ушах или поселялась в душе, отравляла кровь, потом вдруг отступала. Она – вся сочувствие и доброжелательность – становилась ведьмой. Врагом себе самой. Ей случалось, хоть и редко, воображать убийство мужа. Столкнуть его с лестницы. Сжечь живьем. Оглушить, посадить за руль любимого спортивного автомобиля и столкнуть с обрыва. Жуткие хичкоковские сценарии ввергают Нину в транс, и хуже всего она чувствует себя по утрам, когда Эмманюэль «выполняет супружеский долг» перед работой. Раз, раз – и в дамках, семя посеяно (во всяком случае, он не перестает надеяться!). «Сдохни!» – думает Нина, лежа с закрытыми глазами, пока муж трудится.

Он не должен передумать! Поездка в Австралию – шанс, на который она не смела надеяться.

«Шанс всей моей жизни».

Нина обняла мужа, смежила веки и принялась думать о деде, Этьене, Адриене, разрыдалась и прошептала:

– Твой отъезд меня убивает, но ты не должен обращать на это внимания! Я знаю, как отважно ты сражаешься за нас… за компанию… Люблю тебя… И очень горжусь.

Она устроилась поудобнее, призвав на помощь всю свою нежность и покладистость, в очередной раз подумав, что ведет себя как проститутка, правда, «обслуживает» одного клиента и спит на дорогих простынях. Мы становимся тем, кем нас делают окружающие, если позволяем навязать себе чужую волю.

Нина берет с полки «Мел», достает последние конверты, проштемпелеванные 11 августа 1994 года, в том числе письмо, адресованное Этьену. Зачем везти его в Лион? Он с ней не разговаривает, злится, что она улетела на Маврикий и встречала 2000 год с Эмманюэлем.

Вернувшись, она сразу позвонила, но он не взял трубку. Наговорила сообщение: «Это я… это Нина… С Новым годом и новым веком… Я скучаю по тебе. Я была у тебя, но не застала. Мари-Лор сказала, что ты уже уехал… Мы скоро увидимся… Очень тебя люблю… Еще раз с Новым годом… Задерживай злобных грабителей и подлых убийц!»