Мои дорогие девочки - Эмма Берсталл

Воскресенье, 4 июля

– Что ты так сияешь? Выиграла в лотерею?

Кэт вышла из подъезда и столкнулась с Али. Он широко улыбнулся, увидев ее. Али убирал улицу перед закусочной, собирая обрывки бумаги и упаковку от бургеров. В выходные, когда закусочная работала до поздней ночи, мусора вокруг скапливалось много.

– Хотелось бы, – улыбнулась Кэт. – Но ты не поверишь! Я иду на собеседование по работе.

Али бросил на землю черный мусорный пакет, и его содержимое разлетелось по сторонам.

– Чудесные новости! – воскликнул он, поднимая руки к небу в благодарственном жесте. – Чем собираешься заниматься?

– Наверное, буду помогать одной женщине с реализацией ее нового проекта в Интернете. Это бизнес по поиску работы для мам с детьми. Я должна буду редактировать сайт, а также помогать своей начальнице еще в одном деле – она занимается организацией мероприятий. Конечно, мне придется многому научиться, ведь я практически ничего не знаю о бизнесе. Но это отличная возможность, поскольку я до смерти устала от книжного магазина.

Али почесал затылок.

– Бизнес в Интернете? Хороший доход? Ты много зарабатываешь? – Он потер друг о друга большой и указательный пальцы.

Кэт покачала головой:

– Сначала будет сущая ерунда, но, если компанию ждет успех, моя зарплата вырастет.

– Маленькая зарплата – плохо. Тебе надо пойти туда, где платят больше! – Его лицо вдруг просветлело. – У меня есть идея. Приходи работать ко мне. Я буду платить мало, но ты все узнаешь о кебабах. У меня всегда много посетителей! – В качестве доказательства он указал на разбросанный вокруг закусочной мусор. – Я покупаю миссис Али на день рождения новый серебристый «лендровер дискавери». Он отлично подходит для езды по городу и за городом. В салоне удобно размещаются семь человек, и его также отличает многофункциональность и изысканность высшего уровня.

Видимо, Али потребовалось много времени, чтобы запомнить эти рекламные штампы.

– Вот видишь, на кебабах можно заработать хорошие деньги, – добавил Али с видом победителя. – Приходи работать ко мне, и наступит день, когда ты сама станешь хозяйкой закусочной. Назовешь ее «Кебабы Кэт». – Он махнул рукой в сторону своего павильона, показывая, где могла бы висеть вывеска. – Но только не здесь, не на Роман-роуд. Тебе нужно выбрать какой-нибудь приятный район типа Уиллесдена. Говорят, там можно выгодно купить недвижимость.

Кэт рассмеялась:

– Большое спасибо за предложение, но работа с персоналом мне больше подходит.

Али пожал плечами:

– Как скажешь. Но, возможно, ты совершаешь большую ошибку.

День становился все жарче, и Кэт сняла жакет. Перед собеседованием она нашла костюм из «Праймарк», который надевала на похороны Лео, и выгладила чистую белую блузку. Кэт не умела обращаться с утюгом и сделала несколько складок на спинке, поэтому во время интервью старалась не поворачиваться спиной к Мэдди.

Звонок Мэдди стал для Кэт неожиданностью, и поначалу она настороженно отнеслась к ее предложению. Но, чем дольше Мэдди говорила, тем больше Кэт верила в ее искренность. Мэдди протягивала ей оливковую ветвь, и с ее стороны было бы глупо не принять ее.

Сама идея работать с любовницей Лео была странной, но ведь после его смерти все было необычно. Кроме того, после их разговора у вокзала Кэт стала лучше относиться к Мэдди и решила, что она не так уж и плоха.

Когда Кэт подошла к двери квартиры, у нее сдали нервы, но Мэдди вовремя увидела ее в окно и не оставила шансов на побег. Она была в джинсах, белой футболке и босиком, и Кэт подумала, что одета несуразно и не к месту. Но Мэдди встретила ее по-дружески, и Кэт успокоилась: Мэдди с Кэт сделала кофе, и они сели в гостиной, заставленной неразобранными коробками. Для собеседования обстановка была неформальной, поэтому поначалу Кэт не могла сосредоточиться. Она рассматривала мебель, картины и глядела на Мэдди, пытаясь представить ее вместе с Лео. Встретиться с ней в баре и увидеть, как она живет, – совершенно разные вещи.

Кэт знала, что прежде Мэдди жила в другом месте. Лео никогда не бывал здесь, но, наверное, сидел на этом диване, пил из этих чашек и получал удовольствие в доме Мэдди так же, как расслаблялся с Кэт в своей квартире в Кенсингтоне.

Делал ли он с ней те же вещи, которыми занимался с Кэт? Пил свой любимый чай? Смотрел фильмы? Занимался сексом? Кэт вздрогнула. Разумеется, да. Она думала, что расстроится и разозлится, но с удивлением осознала, что вместо ревности испытывает иное чувство, похожее на сочувствие. Они обе скучали по Лео. И им обеим он лгал и изменял.

Мэдди рассказывала о будущей работе, и Кэт, которая наконец-то смогла сосредоточиться, воодушевилась.

– Я не справляюсь сама, – призналась Мэдди. – Мне нужна помощь. Наши отношения будут не такие, как у начальника и подчиненного, а скорее как у партнеров. – Она сделала глоток кофе и взглянула на Кэт. – Я понимаю, что иду на риск, потому что мы не работали вместе раньше и у тебя нет опыта. Но планирую научить тебя всему, что знаю сама. Интуиция подсказывает, что ты яркая молодая женщина с хорошими способностями к сочинительству и многими другими талантами. Кроме того, я хочу помочь тебе. И думаю, что ты поможешь мне.

Фиби в розовой футболке и коротких джинсовых шортах с цветочными аппликациями вошла в комнату и села в кресло рядом с матерью. Она была босиком, светлые волосы растрепались и обрамляли лицо спутанными локонами. У Кэт сжалось сердце. Фиби была частью Лео, его живым наследием, которого Кэт лишена. Но это и к лучшему. Она не готова стать матерью. Оставались еще дела, которые она планировала сделать до появления ребенка. И Кэт решительно отбросила от себя грустные мысли.

– Когда ты освободишься? Мне скучно! – принялась ныть Фиби.