Адриан Моул и оружие массового поражения - Сью Таунсенд

– А ну с дороги, дедуля!

Неудивительно, что люди среднего возраста по вечерам запираются в своих домах.

Суббота, 7 июня

После работы отправился к Найджелу, чтобы, как обещал, почитать ему. Он выбрал «Преступление и наказание» Достоевского. Русские имена невозможно выговорить, и каждый раз, когда я запинался, Найджел вздыхал и что-то бормотал на ухо Грэму.

Поделился с ним информацией: начали обучать шетландских пони в качестве лошадей-поводырей для слепых. Якобы память у них получше, чем у лабрадоров.

Грэм вскочил, уставился на меня в упор и зарычал.

– Хороший Грэм, хороший, – ласково успокоил его Найджел.

Рассказал про фальшивую беременность Маргаритки и про мой тайный роман с ее сестрой, Георгиной.

– Достоевскому было бы за тобой не угнаться, Моули. Твоя жизнь причудливее любой выдумки.

Взял с Найджела слово, что он никому не скажет о ребенке-призраке Маргаритки.

– Я пока не успел высказать ей все, что я думаю, – посетовал я. – Маргаритки нет в городе, умотала с Умником на выставку информационных технологий.

Найджел пощелкал кнопками на своем мобильнике и заговорил в трубку:

– Пандора, слыхала о последней психодраме нашего Моули?…

Покинул его, исполненный отвращения.

Воскресенье, 8 июня

Зашел к Шарон, предварительно удостоверившись, что не наткнусь на Райана. На мой вопрос, где он, Шарон ответила:

– Ай, он завсегда по воскресеньям таскается в стрип-клуб «Милашки».

– И ты не против?

– Не-а, с готовкой не надо замудряться, – ответила она.

Из детей дома был только Каран, который ползал по липкому ковру. Я спросил, где остальные.

– Со своими папами, – объяснила Шарон. – Сегодня день свиданий.

Мы поговорили о нашем мальчике Гленне.

– Как подумаю, что он там, Ади, выть хочется. – Шарон помотала головой. – Он же боится взрывов. Помнишь, мы водили его на фейерверки? Малыш затыкал уши, когда взрывались петарды.

– Да, нам есть что вспомнить хорошего, – подхватил я. – Не много, но есть.

Шарон вздохнула:

– Я о тебе часто думаю, Ади. У меня не было мужика лучше тебя. Ты никогда на меня не кричал, не лупил.

Спросил, бьет ли ее Райан.

Шарон отвела взгляд.

– Дерется иногда, но детей никогда не трогает.

Потом она немного повеселела и рассказала, что ей предложили работу в фирме «Новый курс» в качестве координатора программы по борьбе с ожирением. Однако есть условие – прежде она должна сбросить двадцать килограммов.

Я уговаривал ее сесть на диету:

– Через пять месяцев вернется Гленн. Пусть наш мальчик гордится тобой, Шарон. Похудей, найди работу и вышвырни Райана.

11.30 вечера

Вернулась Георгина, принесла манго.

Понедельник, 9 июня

Заседание писательской группы начисто вылетело у меня из головы. В семь тридцать явился Кен Тупс. Познакомил его с Георгиной, которая расхаживала в банном полотенце. Состояние футона ясно давало понять, чем мы недавно занимались, а посреди комнаты валялись лифчик и трусики от Вивьен Вествуд. Учитывая все эти обстоятельства, мне ничего не оставалось, как признаться Кену, что у нас с Георгиной роман.

– У меня тоже есть женщина, – ответил Кен, – в Ноттингеме живет, мы иногда встречаемся.

– Неужто, Кен? А я думал, что у тебя счастливый брак.

– Потому и счастливый, – кивнул Кен. – А Гленда ничего не знает, и переживать ей не из-за чего.

Мы втроем устроились на балконе.

– Правда, что лебеди не меняют партнеров? – спросила Георгина.

Благодаря своим обширным познаниям в лебедином вопросе я смог удовлетворить ее любопытство: пара лебедей остается вместе до тех пор, пока один из них не умрет.

Так, беседуя о превратностях любви, мы незаметно уделали две бутылки. Кен расчувствовался и объявил, что частенько задумывается, не рассказать ли жене про женщину из Ноттингема.

– Уверен, Гленда поймет.

Язык у него слегка заплетался.

Георгина настоятельно посоветовала ему держать рот на замке. Тут я спросил ее, что она сделает, если обнаружит, что я ей изменяю. Георгина по-мексикански сверкнула глазами:

– Отрежу тебе яйца!

Мы с Кеном смущенно заерзали на стульях.

В целом вечер прошел крайне приятно.

Когда мы проводили Кена, Георгина сказала:

– Хорошо, что кто-то о нас знает. Это придает как бы реальности нашим отношениям.

Спросил, что ее во мне привлекает, и она ответила:

– Твое доброе лицо, мягкий голос и завитки сзади на шее.

Немного расстроился. Я ждал, что она упомянет мои интеллект, эрудицию и остроумие.

Вторник, 10 июня

По-прежнему гадаю, Георгина живет со мной или нет. Похоже, она кочевая душа. Сегодня умчалась в Ньюкасл рекламировать на фоне моста Миллениум новый бюстгальтер, поддерживающий грудь.

Мистеру А. Моулу

Апартаменты 4

Старый аккумуляторный завод

Крысиная верфь

Гранд-Юнион-канал

Лестер

«Простите, я не понимаю»

Би-би-си

Дом радиовещания

Лондон

7 июня 2003 г.

Уважаемый мистер Моул,

Спасибо за добрые слова о передаче «Простите, вы о чем?». Правила «Морнингтона» были сформулированы задолго до того, как я пришли работать на эту передачу в качестве ассистента режиссера. Мне было очень неловко и даже страшновато спрашивать, в чем их суть, у руководителя программы мистера Хамфри Литтлтона, который иногда бывает довольно резким.

Очень надеюсь, Вы понимаете мою проблему.

Искренне Ваша

Джессика Виктория Стафорд.

Среда, 11 июня

Опоздал на работу. Бернард Хопкинс сказал так, чтобы слышал мистер Карлтон-Хейес:

– Опять припозднился, красавчик? Да ладно, ерунда. Я совсем не против вкалывать за тебя.

Все утро кипел от злости. Сильно подозреваю, что Бернард Хопкинс нацелился на мое место.

Четверг, 12 июня

Компьютеризованный холодильник «Смег», который я заказал несколько месяцев назад, наконец прибыл из Италии. Это действительно произведение искусства. Он показывает, какие продукты кончаются, а у каких просрочен срок годности.