Санаториум (сборник) - Людмила Петрушевская

МИЛА. Вот не знала! Мой мужчина придерживается другого мнения. У меня только сейчас все настало.

ЛИНА. А у тебя что, не было никого раньше? Ну не может же быть. Какая бы ни была внешность, в юности реснички накрасят, юбочку повыше.

МИЛА (смеется). Я маму боялась. Мама была красивая, а я уродка. Но теперь я знаю, мы ведь учимся на практиках – что внешность не главное. Главное в гениталиях! Вот там внешность! А Вадим наш знает про тебя это? Ну что ты до него с мужиками спала?

ЛИНА. А ему это было безразлично. Я забеременела, и мы стали жить вместе.

МИЛА. Я тебя просто по-новому увидела. Значит, ты гуляла с разными парнями… А Вероника от Вадима?

ЛИНА (удивленно усмехается). Та-ак. Новость. А вот лучше ты сама ответь мне на вопрос, учительница морали. Слушай, почему, действительно, если у тебя кто-то есть, ты к нам приезжаешь на каждую субботу и на праздники?

МИЛА. Секрет.

ЛИНА. А. Он женатый. Дашка права была.

МИЛА. Да, к сожалению.

ЛИНА. И ты все праздники и все выходные с нами. Не скучно без милого?

МИЛА. Без милого скучно, а с ним весело. С любимым так хорошо!

ЛИНА. А я уже забыла, что такое влечение… Привычка уже. Привязанность. Дружба, симпатия, сочувствие. Жалость. Верность. Шестнадцать лет замужем.

МИЛА. Нет, ты не замужем. Ты – мать-одиночка, запомни. С неизвестным, как выяснилось, отцом. А у меня каждый день, когда я с ним, это праздник. Я вся дрожу, горю, я готова в любой момент… Истекаю, прямо говоря. Я сука.

ЛИНА (зевает, ей все надоело, смотрит в экран компьютера). Ой, сука, ты прости. Не выспалась. А что касается секса, такую активность мужики не ценят, запомни. Они любят охотиться, чтобы дичь пряталась, таилась. Добывать, завоевывать.

МИЛА. Это я люблю, добывать, завоевывать. Дичь таится, а я настигаю. Я действую, глажу, лезу, тянусь. Работаю всем ртом.

ЛИНА. Ты ему надоешь, смотри.

МИЛА. За десять лет не надоела и дальше авось не надоем. Мой очень ценит верность и привязанность. Очень ценит мой темперамент. Любит, когда его облизывают. Стонет. Плачет даже. Счастье, великое счастье мне дано.

ЛИНА. Да… А в праздники он с ней.

МИЛА. С ней – но и всегда со мной. Вот так. Ой, кто идет! Кто к нам идет!

Входит ВАДИМ.

ВАДИМ. Мне придется поторопиться, самолет на Нью-Йорк уже через девять часов. Еще домой нужно, вещи взять. Обедать давайте. И за три часа надо быть в аэропорту. Дорога долгая, с пересадками. Милка, ты как?

МИЛА (складывает пальцы). Слава богу.

ЛИНА. Ой, Вадим, привет! (Тянется к нему. Целуются.) Мы уже пообедали с Милой. Мила вон тебе полторта оставила, вся извелась в ожидании. Я согрею. (Ставит в микроволновку еду.)

Вадим моет руки.

МИЛА (подходит к нему с чистым полотенцем). Я тебе свое полотенчико привезла, льняное. Как посмотрела, у Лины все грязное. У вас тут вечно после кошек. Огород, земля. Лицо умой.

Пока Вадим вытирается, Мила достает посуду, протирает тарелки и приборы салфеткой.

ЛИНА (смеется). Если б я был султан, я б имел трех жен…

МИЛА. А вот жен как раз у него нету. Ни одной!

Вадим садится за стол. Лина наливает ему суп, режет хлеб. Пододвигает салат. Садится.

ЛИНА. Ну садись и ты, Милочка. Полюбуйся на своего начальничка, как он ест.

МИЛА. Я каждый день его на работе кормлю и им любуюсь.

ЛИНА. Везет человеку. Я тут с огородом и кошками не успеваю толком поесть. Только к выходным что-то готовлю, чтобы вы не голодали.

ВАДИМ (глядя в окно). О! Опять эта девочка с коляской. И он.

ЛИНА (взглянув). Она к Мишке пришла.

МИЛА. А кто это с ней?

ЛИНА. Да это и есть Мишка, сын бригадира Алика. Они – о! Опять, я вижу, в душ пойдут. Там у них дом свиданий.

МИЛА. Вот это да. (Угрожающе.) Вот это да!

ЛИНА (смеясь). Вадим, посмотри, они в наш душ залезли! Так… Закрылись.

МИЛА. Лин! Ну ты что! Ну гони их… Такая антисанитария!

ЛИНА. Да ладно. А куда им деваться. Это же его отец душ построил. Раньше парень ее в овраг водил… Чего хорошего. Жалко было девочку.

МИЛА. А родит она опять? Не жалко девочку? Совсем маленькая.

ЛИНА. Так и так родит.

МИЛА. А, он тогда женится? На подмосковной москвичке? Это его цель? Понятно.

ЛИНА. Да нет, он женат дома. Там, в горах, у него двое детей. У него в четырнадцать лет уже ребенок должен был быть, его и женили. Девушка старше его была. Алик, его отец, следит за ним строго. Но парень уже три месяца без семьи тут. А в сауну они его с собой не берут, чтобы не узнал туда дорожку. Тогда он все там оставит, что заработает. Вообще оттуда не выберется. Там бабы дело свое знают, человека обчистят, он и не пикнет, они сказали! А тем более такого дурачка деревенского, как Мишка. Ему же двадцать годков стукнуло только что!

Мила смотрит в окно, кусая губы.

Вадим, завтра приедут за котом, за Патриком. С ценой они согласны. Да какая это цена, если родословной нет? Так, за красивые глаза. Как ты думаешь, покрывать Генриетту или подождем? Она ведь еще молодая… Хотя уже орет. Истощится раньше времени. Пусть еще покормит котят? Или уже будем выставлять их в Интернете? Я сфотографировала всех четверых. Получилась уморительная сцена, трое сидят в рядок около корзинки, смотрят на Пуську, а Пуська еще не вылезла и выглядывает, сама мяучит. Пусси я бы оставила себе. Это чудо просто. Шоколадная и пушистая, как веник.

Вадим, сидя спиной к зрителям, кивает.

Я не поняла. Ты что решил? Ну потом найди время, три минутки, пойдешь посмотришь, оценишь Генриетку. Через неделю привезут голых кошек. Представляешь, без предоплаты. Посмотришь мои фото в компьютере?

МИЛА (смотрит в окно). Душ ходит ходуном. Сейчас опрокинут дом свиданий.

ЛИНА (показывает на экран). Посмотри, вот они.

МИЛА. Да дай ты человеку поесть!

ЛИНА. Да, Вадим наш поест, а потом включит телевизор, сядет в кресло и заснет. И не добьешься никакого ответа.

МИЛА. Сама, все сама делай. Не приставай к нему. Душ качается. Он так устает. О. Сейчас вообще рухнет у вас. Сотни людей идут к нему. Всё, заваливается, я чувствую. И у него Америка сегодня ночью, это еще счастье, что он нашел время заехать сюда. Как он ее трясет…

Входит обезумевшая ДАША, оглядывает комнату.

ЛИНА. Господи. Что опять? Что ты, не поехала? И правильно! Садись, как раз будем чай с тортом. А, Вадим, Даша с Николкой к нам приехали. Из Питера.