На мотоциклах "Урал" вокруг света - Александр Синельник

Вот тебе и поломка на японской технике. Не успели проехать по Южной Америке 2000 км, как порвалась цепь, хорошо, что взяли запасную. На замену ушло несколько часов — эта техника мне незнакома, изучал!

По мере продвижения в глубь материка, удаления от Тихого океана, дорога всё ухудшалась, вскоре совсем исчезла разметка, местами асфальт вовсе разбит. Мы, вообще-то, надеялись на лучшее, тем более, если учесть, что у них тут в Бразилии нет железных дорог, все перевозки — только автомобильные, движение больших грузовиков с товарами очень интенсивное — что ж они за дорогами-то своими не следят?!

Постепенно меняется не только дорога, но и заметно меняется вид городков и маленьких посёлков вдоль дороги. Уже «невооружённым» глазом видна бедность этих краев, удалённых от столицы, много обветшалых и убогих домишек. Ближе к океану уровень жизни был гораздо выше, в населённых пунктах там было намного чище, здания были аккуратнее и красивее, газоны пострижены. Но вот что странно — в любом крупном столичном городе, даже самом чистом и благополучном внешне, всегда много нищих: они ходят по улицам в одной грязной набедренной тряпке, попрошайничают, что-то суют тебе, чтоб ты купил. А вот здесь, в провинции, таких нищих нет — некий средний уровень бедноты, если можно так сказать, и всё!

19.09.2002. Мы сегодня перевыполнили план — проехали больше 500 км, достигли городка Рондонополис (Rondonopolis), после которого нашли место для ночёвки, и эту ночь — с 19 на 20 сентября 2002 спали в палатке, недалеко от дороги. Без знания языка, в принципе, обходимся, но сложно объясниться при поломке мотоцикла. Зато случаются комичные бытовые случаи — например, просишь в столовой хлеб, а тебе приносят тарелку жареного мяса.

Дожди прекратились, мы въехали в засушливые районы страны, позади 3000 км со старта, позади остался город Culaba. Весны как не бывало здесь жара стоит днём и ночью нестерпимая. Решили иногда раздеваться по пояс, чтобы было не так жарко, но люди почему-то смотрят на нас не очень хорошими взглядами, а девушки — с явным интересом. Быть может здесь не принято ходить раздетым на улице, или у них считается, что ещё на дворе зима стоит, а может быть — для них это и не жаркая погода?! Мы так и не поняли.

Но иногда, среди этой дикой жары, вдруг налетают тропические шквалы с сильным ветром и ливнем, с неба буквально обрушиваются реки воды. Я почему-то думал, что большая часть пути будет проходить через джунгли, а получилось, наоборот, от самого океана всё тянется и тянется саванна, густой растительности нет, по лугам и полям разбросаны редкие деревья на них листва пышная, да ещё встречаются и редкие пальмы — вот тебе и ожидаемые джунгли!

На обочинах дорог можно увидеть большие гниющие туши сбитых машинами обезьян, однажды видели раздавленную полуметровую ящерицу. Ночью на дорогу выползают огромные жабы, каких я ещё никогда не видел, шлёпают прыгая, словно человек шлёпанцами. А то выползают на дорогу большущие пауки величиной почти с голову человека; так что, когда еду ночью, да на приличной скорости, то очень внимательно вглядываюсь в клочок дороги высвечиваемый фарой — наезд на такого паучищу с мясистым телом может стоить нам жизни! Поскользнёшься!

В этом, биологическом, смысле, здесь вообще надо привыкать: везде, по стенам палатки, когда мы её разбиваем, в придорожных столовых, в кафушках — везде лазают непонятные объекты типа ящериц и гигантских жуков. Надо было пригласить в команду специалиста-энтомолога; нам поначалу было как-то непривычно от такого жуткого соседства, но потом привыкли — ничего страшного! Так и местные жители — не обращают на эту живность никакого внимания!

С 20 на 21 сентября снова ставили палатку, где-то рядом был городка Какерес (Caceres). Далее нам на Вильену (Vilhena).