Дальше ваш билет недействителен - Ромен Гари

— Мы добились кредита. И учета векселей.

— Вот как.

— Признайся, ты никогда не верил…

— Мне не хватает воображения. Что же их подтолкнуло?

— В конечном счете, сам знаешь, все решает личностный фактор. Они меня знают. И они…

Я чуть было не сказал: «Знают, что я боец», но вовремя сдержался. Не ко времени. Спасаясь, я прибегнул к своему расхожему средству: иронии…

— Знаешь, когда Жискар д’Эстен затеял свое погружение на подводной лодке… я испугался. Не из-за подводной лодки, нет. Я испугался, как бы он не пошел по водам аки посуху. Я сам такой же. Творю чудеса.

— Это точно. Признаюсь, что не верил ни секунды. Дела идут — хуже некуда.

— Что ты хочешь, Европа проиграла свою историю. У нее нет собственных жизненных сил. Наши сырьевые ресурсы на восемьдесят процентов чужие. Говорят о нашем «сером веществе», и тут, конечно, нам есть с чем работать. Там, внутри, бурлит вовсю. Но все наши источники энергии, жизненной силы — наши яйца, одним словом — они в третьем мире, у тех, кого мы раньше колонизовали. Так что теперь настал момент истины.

— Ты зайдешь в контору?

— Знаешь, я и отсюда все вижу…

— С тех пор как ты уехал, были еще отмены заказов. И запрет на увольнения…

— Да, я читал. Они правы. Еще договорим обо всем этом. Давай завтра вместе пообедаем. Мариетта тебе скажет где…

Я поколебался немного.

— Жан-Пьер…

— Да?

— Я почти решился продать. — Он молчал. — Во всяком случае, всерьез об этом подумываю… — Я вдруг услышал собственные слова, сказанные с горячностью, которая удивила меня самого: — Я больше не могу драться на всех фронтах сразу…

Быть может, таким образом я впервые признался самому себе, до чего дошел в своих отношениях с собственным телом и с Лорой.

Я положил трубку, начал разбирать чемодан, потом зашел в ванную. Опорожняя туалетный набор, обнаружил на дне какую-то бумажку и развернул: это был рецепт. Я выбросил его в мусорную корзину. Решил, что никогда не приму такого рода «укрепляющее». Впрочем, не за этим я ходил к доктору Трийяку. У меня появились боли в паху, наверняка из-за ревматизма.

— У вас несколько увеличена простата.

— Вот как?

— Мочитесь хорошо?

— Пока неплохо.

— Ночью встаете?

— Порой бывает, когда не могу заснуть.

— Я хочу сказать, чтобы помочиться.

— Не замечал.

— Струя мощная?

— Простите?

— Когда вы мочитесь, струя сильная, быстрая, упругая, дугообразная? Или же у вас из уретры едва сочится тощей, слабой прерывистой струйкой, которая возобновляется только после усилия с вашей стороны?

— Ничего такого не замечал. Мочусь, и все. Впрочем, понаблюдаю за собой, хотя…

— Трусы мочите?

Я уставился на него, раскрыв рот.

— Да, после пятидесяти, как правило, когда думают, что мочеиспускание закончено, и засовывают член обратно, всегда вытекает еще несколько капель, потому что слабеет мышечный контроль, понимаете, сфинктеры отвердевают, и на кальсонах остается желтое пятно. И сзади то же самое.

— То же самое… Что вы этим, черт возьми, хотите сказать?

— Рефлексы закрытия довольно вялые.

— Не замечал.

— Поначалу обычно никто и не замечает. Значит, вы говорите, у вас боли и тяжесть в паху?

— Да, иногда.

— Колет, будто кинжалом?

— Нет. Боль глухая.

— После эякуляции?

— Да, но бывает и когда я устал. Главное, ощущение тяжести.

— Это простата и семенные протоки. Неопасно, но имеет тенденцию стать хроническим. Механика немного изношена. Вставляйте свечу после каждого сношения.

— Как это, доктор, свечу после каждого сношения? Вы что, хотите, чтобы после… короче, после любовной близости я вставал и…

— Ладно, тогда делайте себе сидячую холодную ванну. Вам от этого полегчает.

— Послушайте, если надо искать облегчения после того, как занимался любовью…

— Дорогой месье, мы с вами говорим об организме, его функционировании и о пределах того, что от него можно требовать… У вас что, нет проблем? Эрекция случается?

— Речь пока не идет о том, что у меня «случается» эрекция, доктор. Она у меня просто есть, и все.

— Как часто? Ваши боли вызваны механическими излишествами, тут нет никакого сомнения. Ваши слизистые раздражены. Да, понимаете ли, дорогой месье, пока количество спермы и простатической жидкости обильно, все идет как надо, но начиная с определенного возраста наблюдается сокращение объема извержений, часто даже полное отсутствие спермы, когда в момент эякуляции выделяется одна лишь простатическая жидкость… Имеется тенденция получать оргазм, как говорится, «всухую». Протоки уже не смазываются, простата сокращается, не опорожняясь, и происходит хроническое скопление крови в тканях, что и вызывает у вас это ощущение тяжести… Надо относиться к своему организму с уважением… Вот почему я задаю вопрос о частоте сношений…

Меня это начало бесить. Опять возникло чувство, будто я схватился с холодным и безжалостным цинизмом, который вовсе не был цинизмом врача, но обладал неотъемлемой и неуловимой враждебностью, глумившейся над жизнью, любовью и великодушными порывами страсти, — отвратительная смесь презрения и насмешки. На какой-то миг я испытал отчаяние, тоску и возмущение такой силы, что ирония, вместо того чтобы служить оборонительным оружием, стала еще одним скальпелем в моих собственных руках во время этого краткого анатомического сеанса.

— Какая частота, доктор? Это зависит от требований, с которыми приходится столкнуться. В начале связи, знаете, не скупишься, чтобы произвести приятное впечатление и закрепить успех, потом, когда все успокаивается и ты сумел утвердиться как следует, живешь достигнутым, а в конце связи, когда появляется усталость, стараешься делать это из элегантности и чтобы красиво завершить…

— Да, знаю, женщины все друг другу рассказывают.

— Я не это хотел сказать. На кону ведь не только забота о мужской репутации… Но это всегда грустно — конец связи. Так что стараешься убедить себя, что все еще можно спасти, упорствуешь…

— Да, упорствуешь, как вы сами сказали, а потом случается приступ. В пятьдесят девять в ваших же интересах не слишком упорствовать. Сейчас у вас есть кто-нибудь? Потому что ваши семенные каналы и эпидидим… Это тут, рядом с тестикулами…

— Ай!

— Вот видите? Больно. Ваши каналы и эпидидимы раздражены… Я уж не говорю о простате, которая у вас твердая, как черт знает что. Есть у вас сейчас связь?