Тропою ароматов - Кристина Кабони

– Не волнуйся, для них это своего рода ритуал, – сказала Софи. – Папа любит показать, кто здесь главный, но с Кайлом это не пройдет. Никогда не встречала такого упрямца.

Элена улыбнулась, но ее волнение росло. А что, если они спорят из-за нее?

Казалось, Софи поняла причину ее переживаний и постаралась ее подбодрить.

– Знаешь, о чем бы отец ни говорил, Кайл вечно с ним спорит, – продолжала она, протягивая Элене бокал вина, от которого пахло ежевикой. – Но стоит только Кайлу уехать, как отец только и делает, что похваляется перед знакомыми: «мой сын то, мой сын это»… Знаешь, что в начале июня Кайл участвует в конкурсе селекционеров в парке Багатель?

Элена кивнула.

– Наша семья выставит особенную розу. Папа ею очень гордится. Он уверен, что Кайл победит. И все же продолжает с ним спорить, предлагает новые варианты, а Кайл отмалчивается. Он уже принял решение и отправил заявку на конкурс. Новая роза будет красного цвета, но никто ее до сих пор не видел.

Кайл часто говорил с Эленой о предстоящей выставке, поэтому она была в курсе дела. Это было одно из важнейших событий для селекционеров всего мира. Предполагалось, что Элена будет присутствовать, и она не могла дождаться дня, когда увидит новое творение Кайла.

Вдруг Кайл посмотрел на нее, улыбнулся и приподнял бокал, как бы посылая ей привет.

– Кажется, все в порядке, – тихо сказала она.

– Конечно, – ответила Софи, удивленно глядя на нее. – Споры с отцом для него как развлечение. Он научился отстаивать собственное мнение еще с тех пор, как сравнялся с ним в росте, лет с четырнадцати. Когда они ссорятся или спорят – это своего рода спектакль. Знаешь, Элена, а ведь иначе и быть не может: мой отец очень сильный человек и цельная личность.

Лючия Россини тоже была такой, но Элена всегда избегала столкновений и разногласий. Ее мать уехала из родного дома, чтобы найти свою дорогу, не считаясь ни с чем и ни с кем.

А что она, Элена? Она тоже отличалась завидным упрямством. Почему же она послушно работала рядом с бабушкой, не для того ли, чтобы отстоять собственную свободу? Ведь она едва не вышла замуж за нелюбимого человека. Слава богу, что все разъяснилось благодаря его предательству.

Она усмехнулась. Почему она вспомнила об этом сейчас? Предательство Маттео и Алессии стало для нее неожиданностью, и потому она не сразу справилась с эмоциями, впала в депрессию. Но ведь у всего, с чем мы сталкиваемся, есть и другая сторона. Теперь Элена была рада, что все произошло именно так. Пусть это могло показаться диким, но именно предательство Маттео повлекло за собой цепочку событий, которые привели ее в объятия Кайла, в новую жизнь, к новой работе и новой себе.

Впервые в жизни ей стало ясно, что нужно идти вперед, у нее появились цели, планы, амбиции.

Она снова посмотрела на Кайла. Его спор с отцом напоминал игру в теннис: удар – взмах ракетки – и вот уже слово летит обратно к противнику, словно мяч. Как же он красив, и как же ей повезло! Оставалось только дождаться рождения малыша, чтобы стать самой счастливой женщиной на свете. Действительно ли ей суждено обрести свое счастье?

– Ты уверен, что замок тот самый?

Элена снова посмотрела на внушительное строение, возвышающееся среди деревенских домиков, зеленых полей и холмов. Они выехали из дома, едва рассвело. По дороге Кайл заехал к одному из клиентов, после чего пара отправилась в местечко под названием Лурмарен.

– Я не уверен, но у меня есть подозрения, что все-таки это он.

Элена снова посмотрела на замок, который казался ей слишком уж современным.

– Ну, не знаю, взгляни на эти башни. Тебе не кажется, что все это построено не так уж давно? – спросила она, указывая на левое крыло замка.

– Ну, учитывая, что во время революции замок сильно пострадал, я не исключаю, что его серьезно отреставрировали и кое-что подновили.

Почему бы и нет? Элена посмотрела по сторонам, надеясь увидеть какие-нибудь подробности пейзажа, которые можно было бы связать с записями Беатриче. Они уже въехали в городок. Солнце светило ярко, отражаясь от светлых камней деревенских домов и башен. Со времен Средневековья сохранилась лишь одна стена, остальное было надстроено и перестроено.

Многочисленные туристы бродили по узким тропинкам вдоль укреплений, почти полностью поросших плющом. Среди мелких городков Прованса Лурмарен ничем не выделялся. Прочные дома из камня и дерева, маленькая площадь, магазинчики, где продавали местную ткань, духи, эфирные масла, мешочки с сушеной лавандой и другими травами. Ресторанчики и кафе, занятые туристами, жаждущими попробовать местную кухню. И все же было в этом месте что-то особенное, что отличало его от прочих городков. Его ненавязчивая красота, его простота и безыскусность пленяли путешественников.

– Думаю, что здесь многое изменилось, – сказал Кайл.

– Да, тут очень красиво, но я не вижу ничего такого, что могло бы навести нас на след.

Кайл указал ей на замок и замедлил шаг, чтобы Элене было проще идти рядом. Было видно, что она устала, ее лицо покрылось потом, дыхание сбилось.

– Послушай, я немного устал. Может быть, сделаем привал?

– Хватит притворяться! – воскликнула Элена. – Шагай вперед! Если я устану, я сама тебе об этом скажу.

Кайл покачал головой и поднес ее руку к губам.

– И все-таки объясни, почему ты решил, что Беатриче жила в этом замке?

– Я же тебе говорил, что бывал здесь и раньше. Я объездил почти весь Прованс: в школе учитель истории любил возить нас по замкам. И в этом я видел нечто такое, что упоминает Беатриче в своем дневнике.

– А поконкретнее?

Но ответа уже не потребовалось. Как только они подошли ближе, Элена увидела башни и горгулий.

– Я-то думала, что Беатриче пишет о льве, а они, оказывается, вот какие, – пробормотала она, не отрывая взгляда от башни. – Это больше похоже на волка.

– Ну она же не пишет, что именно это за зверь, хоть и упоминает о гриве. На гербе владельцев замка тоже присутствует волк, это символ их рода. Помнишь рисунки в дневнике?

Запрокинув голову, Элена задумчиво разглядывала скульптуру.

– Да, это, наверное, важно. Но явно недостаточно, чтобы делать выводы. Украшения такого рода были распространены тогда по всей Франции…

– Это не просто украшение, – заметил Кайл.

Элена удивленно посмотрела на него.

– Что ты хочешь сказать? Я видела такие статуи на башнях Нотр-Дама, и мне показалось, что они просто для красоты, этакие каменные стражи. Я не заметила, чтобы их хоть как-то использовали.

Они разглядывали скульптуру, на которой был не то лев, не то волк, но разобрать, кого именно изображало загадочное существо, было не так-то просто. Наконец Кайл кивнул в сторону входа: