Как построить космический корабль - Джулиан Гатри

Аккерман нанял на работу пилота. Свою компанию он назвал Advent Launch Services, что, по его мнению, знаменовало приход новой эры частного освоения космоса. В то время основная база компании располагалась на рисовом поле возле его дома. По подсчетам Аккермана, стоимость ракеты «Мэйфлауэр II» должна была составить $10 млн, и он пытался найти спонсоров. А пока, раз уж денег не было, работа оплачивалась из его пенсионных накоплений. Будучи благочестивым баптистом, Аккерман хотел выиграть XPRIZE, однако на самом деле он мечтал сделать мир лучше, предоставив людям доступ к великой Вселенной Бога.

В городке к югу от Буэнос-Айреса (Аргентина) Пабло де Леон продвигался в создании ракеты «Гаучито», то есть «Маленький ковбой», или попросту «Пастушок». Недавно он провел первое испытание, в ходе которого полностью начиненная оборудованием уменьшенная модель капсулы была сброшена с самолета C-130 «Геркулес» с высоты более 16 км. Еще одно подобное испытание томатно-красной капсулы «Гаучито» прошло на высоте более 27 км, что к тому времени было потолком в рамках испытаний в борьбе за XPRIZE. В обоих испытаниях де Леон отслеживал полет капсулы, записывал GPS-данные и видео спуска, раскрытия парашюта и посадки. Одновременно де Леон проводил испытания стратосферного планирующего аппарата и также тепловые испытания сконструированного им космического скафандра для предстоящих полетов «Гаучито».

Резюме у де Леона было впечатляющее: он руководил проектом, в рамках которого в космос в 2001 году на челноке «Эндевор» выведено первое экспериментальное оборудование, изготовленное в Аргентине. Его дом был заполнен деталями ракет, и среди них – на кухонном подоконнике – лежала даже модель спутника. Де Леон разрабатывал гермокостюмы для подводных работ и скафандры для НАСА. В Аргентине его проект вызвал общий энтузиазм, однако спонсорская помощь составляла всего $50 000 в год, чего, конечно, почти ни на что не хватало. Де Леон и пять инженеров занимались проектом полный рабочий день, и им помогали более 30 волонтеров, в основном из местных университетов. Они отыскивали детали где только могли, во многом полагаясь на безвозмездную помощь материалами и рабочей силой, и сумели из дерева и стекловолокна построить полноразмерную капсулу «Гаучито», а также сделать комплексный тренажер. Эта капсула представляла собой демонстрационный образец с функционирующими программными средствами моделирования. Следующая задача заключалась в постройке уменьшенной в два раза модели ракеты.

Де Леон недавно встретился с Питером Диамандисом на летней сессии Международного космического университета, на которую он приехал всерьез, ради получения знаний, и ощутил дух товарищества, единства с другими ракетостроителями, претендующими на премию XPRIZE. И как и все прочие, он стремился получить какую-либо новую информацию о Берте Рутане. По последним данным, Рутан делал ракету, запускаемую с самолета.

В Латинской Америке де Леон был единственным соискателем премии XPRIZE. Членам своей команды он со смехом сказал, что единственное, что нужно сделать на следующем этапе, – это выполнить шесть непилотируемых полетов и лишь после этого можно будет получить сертификат на эксплуатацию капсулы «Гаучито». Несмотря на недостаток финансирования, де Леон чувствовал себя счастливым, поскольку был уверен, что принимает участие в очень важном процессе и что прорыв в космос вот-вот произойдет.

Думитру Попеску находился в Бухаресте, столице Румынии, в том самом интернет-кафе, где он впервые узнал о премии XPRIZE, слушая сообщение о том, что в Великобритании Стив Беннетт успешно запустил ракету «Нова-1». Попеску позвонил жене и сказал: «Нам нужно действовать быстрее».

К тому времени Попеску бросил аэрокосмический факультет университета и круглые сутки работал во дворе за домом тестя в Дрэгэшани, городе в 210 км западнее Бухареста. В свободное от создания ракеты время он изучал ракетостроение. Родители твердили, что он напрасно тратит время, а друзья говорили, что он просто сошел с ума. Однако его тесть, Константин Турта, высококвалифицированный техник-механик, изготавливавший формы для крупнейшей в этом регионе обувной фабрики, с радостью делился с ним своими знаниями. Жена Попеску, Елена Симона Попеску, преподаватель французского, тоже поддержала его и начала изучать ракетостроение и вскоре уже самостоятельно изготавливала детали из композитных материалов. Постройка ракеты и двигателя началась. Как и «Нова-1», их двухступенчатая ракета должна была разделиться в небе и совершить посадку в море на парашюте.

В 2001 году Попеску добился встречи с первым и единственным в Румынии космонавтом Думитру Прунариу в надежде, что тот поможет ему. В 1981 году этот румынский космонавт побывал в космосе на корабле «Союз-40», и тогда его как героя приветствовали советский руководитель Леонид Брежнев и румынский президент Николае Чаушеску. Прунариу был соавтором нескольких книг о космосе и космических технологиях и президентом Румынского космического агентства (ROSA). Попеску прибыл в здание Министерства науки, где в своем кабинете его принял Прунариу.

Как и следовало ожидать, космонавт был общительным и произвел сильное впечатление. Прунариу говорил о своем полете в космос в 1981 году, о том, как трудно спать в условиях невесомости и как трудно ходить сразу после возвращения на Землю. Попеску рассказал космонавту о своих разработках ракеты и двигателя, об идеях по поводу топлива для ракетной силовой установки и о мечте победить на международном конкурсе XPRIZE, учрежденном в США. Он показал фотографии, касающиеся этого проекта, чертежи и результаты моделирования. Прунариу слушал его, улыбался, но сказал, что космическое агентство помочь ему ничем не сможет. Однако, когда встреча подошла к концу, он сообщил Попеску, что его агентство проводит конкурс новых идей в области авиации и космонавтики и он с удовольствием представит на этот конкурс идеи Попеску, что, возможно, поможет ему получить финансирование.

Однако при объявлении победителей этого спонсированного государством конкурса выяснилось, что Попеску и его команда в конкурсе не участвовали. Когда Попеску спросил Прунариу, почему его, Попеску, компания ARCA (Румынская ассоциация аэронавтики и космонавтики) не попала в число участниц конкурса, космонавт повел себя гораздо менее дружелюбно. Вскоре местные СМИ начали проявлять интерес к группе Попеску, и тогда Прунариу вдруг заявил, что в компании ARCA собрались «любители», не имеющие никакого представления о том, чем они занимаются, и что у них никаких шансов выиграть XPRIZE. С тех пор их отношения разладились. В ходе электронной переписки Попеску и Прунариу космонавт даже написал, что в свете террористических атак 11 сентября 2001 года Попеску и работа его компании «могут быть использованы для террористической деятельности». Кроме того, Прунариу заявил, что у Попеску нет «разрешения на изготовление систем управления ракетами», а такого рода работы могут выполняться только под государственным контролем. Попеску сильно переживал, поскольку подразумевалось, что его деятельность может представлять интерес для террористов. У Попеску было ощущение, что руководитель космического агентства страны сознательно связывает его имя с терроризмом. Ему также стало известно, что депутаты парламента начали спрашивать Прунариу, как так случилось, что группа студентов, не имеющая явного источника финансирования, сумела построить ракету, а финансируемое правительством ROSA, похоже, ничего не сделало в этом направлении.