Дневник одного тела - Даниэль Пеннак

* * *

86 лет, 10 месяцев, 14 дней

Вторник, 24 августа 2010 года

Как неукротимо молоды те, кто моложе нас на двадцать-тридцать лет! И как видны еще детские черты в лицах наших постаревших детей. Ах, дорогая моя Лизон!

* * *

86 лет, 10 месяцев, 18 дней

Суббота, 28 августа 2010 года

ЗАМЕТКА ДЛЯ ЛИЗОН

Помнишь, Лизон, как мы читали книгу, от которой Фанни пришла в ужас и которая так рассмешила Маргерит? Это был Габриэль Гарсиа Маркес. В то лето Мона читала Маркеса, во время сиесты. «Сто лет одиночества», думаю, хотя сейчас уже не помню. Но этот сеанс чтения я помню прекрасно! История была такая: молодая женщина каждый год на Рождество или на день своего рождения получает подарок от отца. Отец живет где-то далеко, уже не помню почему, но он очень пунктуальный, и подарок всегда приходит в срок. В большом ящике всегда оказывалось что-то неожиданное, что особенно нравится детям. (Это все же было Рождество, потому что мне запомнилась радость детей.) И вот в один год ящик приходит чуть раньше назначенной даты. Отправитель тот же, получатель тот же, но дата доставки другая. Вся семья с нетерпением бросается к ящику, и, ко всеобщему удивлению, в нем оказывается тело самого отца! Разлагающееся? Мумифицированное? Набитое соломой? Не помню, помню только, что тело отца. Фанни в ужасе: «Гадость!», Маргерит в экстазе: «Супер!», Мона в восторге от произведенного эффекта: «Да здравствует магический реализм!» – а ты, как всегда, набросала сцену в своем блокноте для эскизов. Скажи, Лизон, тебе не кажется, что я сейчас разыгрываю нечто похожее? Честно скажу, я не перевернусь в гробу, если ты бросишь все это в огонь.

* * *

86 лет, 10 месяцев, 29 дней

Среда, 8 сентября 2010 года

Медсестра, которая отмеряет мне кровяные шарики, ругается на мои вены. Слишком часто их эксплуатировали, и теперь они либо не прокалываются, либо прячутся. Мучительница ищет другие, на тыльной стороне ладони, на щиколотке. Везде синяки, царапины, корки… Потому что вы еще и чешетесь! Нет, вы только посмотрите на это! Может, вколете мне литр героина? – дразню я Фредерика, все равно моя репутация погибла, взгляните на мои руки! И потом, для вас это пара пустых – ограбите больничную аптеку, только и всего! Бедняга снова злится, говорит, что он не наркодилер, и упрекает меня в том, что я путаю героин с морфием. «Это все ваше безразличие! Героин и морфий – это совсем не одно и то же! Вы просто…» Он смотрит на меня, мотая головой, и вдруг заливается слезами. Ну и ну. Рыдает. Выбегает из палаты. Как они устают, эти бедные врачи, от смертей… Я бы тоже был злой, если бы все время видел, как умирают мои пациенты. Включая тех, кто выздоравливает. Потому что в конце концов умирают и они. Улучшение и смерть, улучшение и смерть… Каждый день, всю жизнь. Будешь тут злиться на умирающих. Бедный! Всю жизнь чинить то, чему на роду написано развалиться. А некоторые пишут «Пустыню Тартари». Фредерик – настоящий шедевр.

* * *

86 лет, 11 месяцев, 1 день

Суббота, 11 сентября 2010 года

Делаю в этом дневнике заметки для Лизон и вижу, сколько же я сюда не написал! Желая рассказать всё, я рассказал так мало! Я едва коснулся тела, которое собирался описывать.

* * *

86 лет, 11 месяцев, 4 дня

Вторник, 14 сентября 2010 года

Чем ближе конец, тем больше хочется записать и тем меньше остается на это сил. Мое тело меняется час от часу. По мере замедления функций ускоряется его распад. Ускорение и замедление… Мне кажется, я похож на вращающуюся монетку.

* * *

86 лет, 11 месяцев, 27 дней

Четверг, 7 октября 2010 года

Закончил наконец комментарии для Лизон. Страшно устаю от письма. Ручка весит тонну. Каждая буква – тяжелый подъем. Каждое слово – гора.

* * *

87 лет, день рождения

Воскресенье, 10 октября 2010 года

В последний раз вставил экорше в щелку зеркала. Рядом с ним в зеркале я – Иов на гноище. С днем рождения.

* * *

87 лет, 17 дней

Среда, 27 октября 2010 года

Больше никаких переливаний. Нельзя вечно цепляться за человечество.

* * *

87 лет, 19 дней

Пятница, 29 октября 2010 года

Ну а теперь, малыш Додо, пора умирать. Не бойся, я покажу тебе, как это делается.