Лето в маленькой пекарне - Дженни Колган

Полли взяла бутылку. Селина ушла наверх, чтобы переодеться, и вернулась в огромном свитере, в котором выглядела очень юной и худой. Она с тревогой посмотрела на Полли. Обе дрожали. Полли неуверенно встала, подошла к Селине, и они вдвоем уселись в огромное кресло, пока остальные хлопотали вокруг Джозефуса и его отца. Полли основательно глотнула виски. Хотя она предпочла бы вкус морской воды – и от того и от другого ей одинаково хотелось плеваться, – но ей понравилось внезапное тепло, охватившее ее с головы до ног. Руки сразу начали обретать чувствительность. Она прислонилась к Селине, и обе уставились на огонь, пылавший в дровяной печи.

– Поверить не могу, что уже год не видела этого мошенника, – сказала Селина. – Ведь уже год прошел, да?

Она повернулась, чтобы посмотреть на Полли.

– А это… ну, это было серьезно?

Полли покачала головой.

– Ничуть, – тихо ответила она. – И было-то всего несколько раз. Я чувствовала себя сиротливо. Никого здесь не знала. Миссис Мэнс ужасно ко мне относилась, и я была так одинока… одинока впервые за семь лет, да еще в незнакомом городе, на новом месте. А он был добр ко мне.

Селина слегка поморщилась.

– Думаю, в то время я сама была не слишком добра к нему, – сказала она. – И могу понять, почему он потянулся к тебе. Славная, улыбчивая Полли, «всем дадим по любимой булочке». Уверена, ты ему не надоедала насчет переезда из Полберна или поиска работы получше.

– Я его почти не знала, – возразила Полли. – И похоже, я не знала его вообще.

Селина скривилась:

– Но почему ты решила подружиться со мной? Не понимаю. Или у тебя с головой нелады?

– Нет, – ответила Полли. – Я хотела тебе все рассказать, попросить прощения. Но не знала, как это сделать, а потом испугалась за Нила, растерялась… Я просто вела себя как трусиха. Короче, надеялась, что это не всплывет. Очень глупо было так думать.

– Ну да, – согласилась Селина. – На этой богом забытой скале людей по пальцам пересчитать.

– Ага, и один из них – Джейден, – кивнула Полли. – Это он мне сказал, что Тарни женат. Раньше я не знала.

– Да, ты говорила, – с легкой иронией произнесла Селина.

– Как бы то ни было… узнав об этом, я сразу перестала с ним встречаться. Так что Джейден оказал мне услугу.

– Да почему ты вообще положила глаз на Тарни, когда рядом был такой обалденный тип, как Хакл? Вот чего я не понимаю! – немного помолчав, выпалила Селина.

– Ну, Хакла никто тогда не интересовал, если уж на то пошло. Но дело не только в этом. Тарни был… он был милым, Селина. Он был хорош собой и добр, у него были очень красивые глаза, и с ним было весело, и он заботился о своей команде, и…

Селина не издавала ни звука. Ни единого. Полли потом предположила, что ей присуща эта особенность, подобно тому как некоторым людям свойственно сдерживать смех или чихание: они делают это совершенно беззвучно.

Селина плакала молча. Причем это был первый и единственный раз, когда Полли увидела ее плачущей.

Она плакала и плакала, и Полли казалось, что прошло уже много часов, а она все сидит рядом, гладит Селину по голове и ее слезы капают ей на джинсы. Обе смотрели на огонь и ждали – ждали, когда вернутся рыбаки, и надежда на их счастливое возвращение не угасала вопреки всему.

– О боже, эта женщина просто обязана вернуться, – после довольно долгого молчания произнесла Селина. – Потому что… потому что в противном случае это будет уже перебор…

– Тише, – предостерегла ее Полли, оглядываясь по сторонам. – Ш-ш-ш.

И Селина тут же вернулась к прежней теме:

– Он ведь был хорошим парнем, да? А я как будто весь этот год ненавидела его и проклинала.

– Стало от этого легче?

– Вчера – да, – сказала Селина. – Если бы я раньше могла думать о нем как о последнем мерзавце, то, наверное, не скучала бы по нему.

– В этом есть смысл, – согласилась Полли. – Но знаешь, я по нему скучаю, хотя едва его знала. И парни из команды по нему скучают, даже чересчур. Посмотри на Арчи. Я не знаю, спит ли он хоть немного. Даже Джейден… Когда они его потеряли, у них как будто земля провалилась под ногами.

– Я просто… Я просто хотела отделаться от него, понимаешь? – проговорила Селина. – Выбросить из головы или из тела, вырезать, как аппендикс. Я пыталась пить, чтобы изгнать его, вытеснить. А этот черт не желал уходить. – Она криво улыбнулась.

– Это потому, что ты его любила, – подсказала Полли.

– Знаешь, когда Лукас бросился на твою птицу, – продолжила Селина, – я ужасно испугалась. Очень испугалась, что потеряю друга, что никто уже не заговорит со мной, что меня выживут из городка… Ведь мне действительно некуда податься.

– Не болтай глупостей, – сказала Полли. – Ты нужна здесь; каждый, кто сюда перебирается, на счету.

Тут обе слегка улыбнулись.

– Но я и не представляла, что мне придется делить Тарни со всем городом!

– Теперь представляешь.

– Я должна научиться жить с его призраком.

Ходившую по рукам бутылку снова передали им, и они выпили.

– Ты все равно жила с его призраком, – напомнила Полли. – А теперь ты здесь, и тебе просто надо понять, как жить рядом с ним, не ссорясь.

– Прости за фургон, – снова сказала Селина.

– А, да…

Полли оглянулась в поисках Малкольма, но тут дверь открылась, и на пороге появился Арчи. Он быстро вошел в «Маленькую пекарню на Бич-стрит».