Испытания любимого кота фюрера в Сибири - Михаил Башкиров

Вариантов бегства напрашивалось всего два. Или прорывать блокаду в направлении подвала ближнего здания, или нестись напрямую к дороге в надежде преодолеть транспортный поток.

Очередной воняющий цементом и сыростью тяжелый снаряд угодил в ствол чуть ниже кота, едва не вспоров пустое брюхо.

Тевтонец выбрал самый рискованный путь: через дорогу – к лабиринту гаражей, который отлично просматривался сверху.

Но до скопища машин предстояло миновать открытое пространство без кустов и деревьев.

Агрессоры не прекращали обстрел кота.

Обрубок арматуры вонзился в тополь над головой тевтонца.

Аристократ спрыгнул на землю.

Просвистевший рядом обломок рыжего кирпича оставил четкую метку на коре у той самой развилки, где мгновение назад таился кот.

Подростки раздосадованно завопили.

Аристократ успел совершить классический маневр для прорыва кольца.

Пока двое мальчишек, перекрывающих направление к дороге, шарились в траве, пополняя боезапас, кот лихо проскочил в брешь.

Девчонка, стерегущая с другой стороны тополя, успела швырнуть вдогонку бесстрашному тевтонцу стеклянную бутылку, но попала не в ту цель.

Ушибленный пацан громогласно высказался в адрес мазилы и, потерев синяк, рванул вдогонку за так и не пораженной мишенью.

Остальные подростки, раздобыв новые снаряды, присоединились к травле.

Наглый кот удалялся мощным аллюром от западни.

В агрессорах взыграла уязвленная гордость. Месть за попранное самолюбие заставила ораву заулюлюкать и засвистеть. Каждый желал отличиться метким броском.

Но строительные материалы годятся лишь для неподвижных и крупных целей.

Шифер – мимо.

Кирпич – мимо.

Обрезок трубы – неверная траектория.

Доска с торчащими гвоздями – недолет.

Армированная скорлупа с изоляцией – перелет.

И только у булыжника – оружия пролетариата – оставался веский довод.

Тевтонец, лавируя, ускорился, сбивая точность преследователей.

В сантиметре от хвоста жахнул булыжник, едва не став могильным обелиском Аристократа, без даты рождения и смерти.

Азарт возбужденной шпаны обрекал убегающего тевтонца на гон до упора, до полного изнеможения и безжалостного финиша.

Крепкий сук да петля из проволоки.

Единственным спасением от малолетних убийц был гаражный лабиринт за дорогой.

Но Аристократ никак не мог решиться на бросок через многорядность бешено вращающихся колес.

Повешенный кот будет отличаться от раздавленной на шоссе кошки только посмертной фактурой и количеством соблазненных мух.

4. Увечный поединок

После затянувшегося технического перерыва Глобальный Координационный Совет продолжил интернетное общение.

По традиции начали с концертного номера из пыточной филармонии, которая использовала паузу для обновления репертуара.

– Леди и джентльмены, смотрите и наслаждайтесь: схватка без правил. На ринг вызываются тварюги с ампутированными конечностями. В синем углу – обладатель одной передней лапы, в красном углу – обладатель одной задней.

– Молодцы ассистенты, успели качественно подготовить бойцов.

– Подождите, подождите. Я лично заявляю с полной откровенностью: еще одна неполадка в компьютерной системе – и можно возвращаться к нашим прежним обедам с замечательным перечнем блюд.

– Только не надо ультиматумов. Прогресс не остановить.

– Думаю, мы еще закатим шикарный торжественный обед, но только после окончания всех запланированных мероприятий.

– Поглядите лучше, как забавно смотрится переднелапый.

– Заднелапый, по-моему, настроен серьезней.

– Похоже, физиологи предварительно разъярили соперников.

– Ух, как скалятся!

– Да, зубы в этой драке решат многое.

– Интересно, смогут противники откусить друг другу интимные штучки?

Раздался удар гонга, и бойцы, пребывающие в состоянии наивысшей ярости, начали медленно, ползком сближаться.

5. Губительный рубеж

Аристократ никак не мог избавиться от малолетней шпаны, которая размечталась вздернуть откормленного кота на старом тополе.

Прекратилось метание тяжелыми предметами, но в ход пошли самодельные рогатки, стреляющие шариками от разбитых подшипников.

Тевтонец, одолев изрядное расстояние вдоль дороги, наконец решился на отчаянный и рискованный маневр.

Потерянное время усложнило задачу.

В городе начался час пик, и главная магистраль, ведущая к плотине и центральным улицам, заполнилась транспортом на всю длину микрорайона.

Тевтонец, миновав очередной бетонный столб, резко сменил азимут движения.

Стальные шарики, выпущенные из рогаток, на ходу лишь цокали об асфальт и не причиняли вреда.

Тевтонец, не задерживаясь на узком тротуаре, начал пересекать загазованную проезжую часть.

В опасной близости вращались огромные гулкие покрышки.

Натужно взвывали моторы.

Выхлопные трубы испускали удушливый, едкий слезоточивый чад.

Отработанные газы, клубясь, лезли в нос, ослепляли, не давали ровно дышать.

Грохот и рокот забивали уши.

Спасало только дистанционное осязание. Были задействованы все чувствительные зоны от вибрисов до кончика хвоста.

Не владея навыками перехода через дорогу, Аристократ противоколесными зигзагами усугублял драматическую ситуацию до предела.

Уворачиваясь от черных силуэтов, накатывающих из сизого тумана, немецкий кот героически преодолевал ряды беспрестанно газующих и тормозящих монстров.

Но с каждым шагом напряженных лап становилось все труднее ориентироваться в пульсирующем ритме автомобильного потока.

Впереди колеса.

Позади колеса.

И с боков тоже бесконечная лавина колес.

Любое неверное движение грозило тевтонцу мгновенной смертью.

Колеса, колеса, колеса.

Аристократ, одурев от излишка угроз, сбился с правильного курса.

Но тут сработал на ближнем перекрестке светофор.

Красный свет позволил коту благополучно добежать до противоположного края дороги.

Но ватага настырных мальчишек проделала то же самое.

Тевтонец метнулся к бетонному забору, отделяющему гаражный покой от людской суеты.

Но в крепкой и ровной ограде не оказалось ни подходящих дыр, ни спасительных проломов.