Край навылет - Томас Пинчон

И все же фермерские поля Кончаются – фермерские поля Гуляются, но вот Чикаго-то тянет к себе, без дураков. Хорст сводил сыновей в кафетерий маклеров ЧТОПа, и в «Брокерском трактире», где они съели легендарный исполинский рыбный сэндвич, и в олдскульные стейкхаусы на Петле, где говядина вызревает подвешенной в витрине, а персонал обращался к мальчишкам «джентльмены». Где нож для стейка рядом с твоей тарелкой – не какое-то хлипкое зазубренное лезвие с пластиковой ручкой, а правленная на оселке сталь, заклепками вбитая в тесанный на заказ дуб. Цельный.

Прародители Лёффлеры, весь их визит, были просто до луны от счастья, особенно – до айовской луны, которая с парадного крыльца выглядела крупней, чем мальчишки в жизни видали, подымалась над мелкими деревьями, чьи силуэты торчали, как леденцы на палочке, отчего все забывали, что́ можно пропустить по ящику, который в доме был включен, но скорее – как источник направленного освещения, не более.

Питались в торговых центрах по всей Айове, в «Вилле Пицце» и «Епископском Буфете», и Хорст их познакомил с «Ед-ОКами», равно как и с местными разновидностями «Луисвиллского Браунского горячего». Все дальше в лето и на целые дни к западу, они смотрели на ветер по разным полям пшеницы и пережидали сельские молчания, когда среди дня темнеет и на горизонте возникает молния. Искали аркадные игры, в заброшенных торговых пласах, в приречных бильярдных, в тусах студенческих городков, в кафе-мороженых, упрятанных посреди средьквартальных микромоллов. Хорст не мог не замечать, как места в большинстве своем с его времен стали истрепанней, полы не так метены, кондиционеры не так рьяны, дым гуще, нежели среднезападными летами давным-давно. Они играли на древних машинах из далекой Калифорнии, якобы запрограммированных самим Ноланом Бушнеллом. Играли в «Арканоид» в Эймесе и «Заксон» в Су-Сити. Играли в «Дорожных бластеров», и «Галагу», и «Галагу 88», «Бурю» и «Буйство», и «Роботрон 2084», которую Хорст полагает лучшей аркадной игрой всех времен. По большей части, где бы ее ни отыскивали, они, похоже, играли в «Кризис времени 2».

Или же в нее играли Зигги и Отис. Крупным коммерческим доводом в пользу этой игры было то, что оба мальчишки могли играть на одной машине и приглядывать друг за другом, а Хорст тем временем отправлялся по различным товарно-ориентированным делам.

– Я только заскочу вот в этот бар на минутку, парни. Дела есть.

Зигги и Отис фигачат дальше, Зигги обычно – на синем пистолете, а Отис на красном, то запрыгивая на ножные педали, то спрыгивая с них, смотря что нужно – искать укрытия или выскакивать и палить. В какой-то момент, пополняя запас жетонов, они замечают парочку местных пацанов, которые шибались поодаль, наблюдая за их игрой, но, странное дело для таких-то галерей, с кибицем своим не лезли. Не пуская буквально слюни и без заметного Зигги или Отису оружия в реале, они вместе с тем излучают эту ауру пустой угрозы, которой Среднему Западу так часто не удается никого к себе расположить.

– Что-то? – осведомляется Зигги как можно нейтральнее.

– Вы, черти, «нёрды»?

– Нёрды, это как? – грит Отис, на котором полуночной синевы шляпа-пирожок и солнечные очки Скуби-Ду с зелеными стеклами. – Комплект такой, перетопчетесь.

– А мы нёрды, – объявил тот, что покороче.

Зигги и Отис смотрят тщательно и видят пару пригородных нормалов.

– Если вы нёрды, парни, – Зигги аккуратно, – как в этих краях выглядят не-нёрды?

– Фиг знает, – грит тот, что побольше, Гридли. – Их почти всегда как бы трудно заметить, даже днем при свете.

– Особенно днем при свете, – прибавляет Кёртис, другой.

– Никто столько очей не набирает на «Кризисе времени». Обычно.

– Никогда, Гридли. Кроме того пацана из Эттамвы.

– Ну да, только он пришелец из космоса. Из далеких галактик, типа. Вы, парни, космические пришельцы?

– Да тут просто копишь бонусные очки. – Зигги демонстрирует. – Вон те ребята в оранжевых костюмах? Недавно работают, худшие стрелки в игре, стоят 5000 за чпок, но 5000 тут. – Бах! – 5000 там. – Бах! – довольно скоро они накапливаются.

– Мы никогда столько не находили.

– О, – Зигги учтиво, будто это всем известно, – как в следующий раз увидите, что Босс от вас уходит…

– Вон! – показывает Отис.

– Ну да, в общем, отстреливаешь ему шляпу – видите? оч быстро, четыре раза, свинца ему и метишь чуть над головой – поэтому теперь не надо кидаться вон на тот танк, сперва заходишь в этот переулок, а там полно этих бонусных ламеров. Бьешь их в голову – и набираешь лишние очки.

– Вы из Нью-Йорка?

– Ты заметил, – грит Зигги. – Поэтому мы на стрелялках зависаем.

– Как насчет гоночных катеров?

– Здоровое развлечение как бы, судя по.

– «Гидро-Гром» когда-нибудь пробовали?

– Видели, – признает Отис.

– Давай, – грит Гридли. – Мы вам можем показать, как сразу в бонусные катера садиться. Там есть полицейский катер с пушкой, «Вооруженный Отпор», вот это будет ваша фишка.

– И сядешь на сабвуфер к тому ж.

– У меня брат немного странный.

– Эй, пошел ты, Гридли.

– Так вы братья, что ли? Мы тоже.

Потому Хорст, вернувшись из бара после того, как покрыл требование поддержания маржи, устроил спред на соевые бобы на июль – ноябрь, по всем правилам социотехники проапдейтил твердую краснозерную пшеницу Канзас-Сити и уговорил неопределенное количество длинногорлых «Бергхоффа», обнаруживает, что сыновья его орут с, надо признать, непривычным самозабвением, расфигачивая навороченные гоночные катера по всему постапокалиптическому Нью-Йорку, который тут наполовину под водой, задыхается в тумане, недоосвещен, знакомые достопримечательности в красочном аварийном состоянии. На статуе Свободы венец из водорослей. Всемирный торговый центр кренится под опасным углом. Огни Таймз-сквер потухли огромными лоскутами неправильной формы, вероятно – от недавних боевых действий в соседних кварталах. Зигги – в «Вооруженном Отпоре», а Отис – у руля «Тютитаника», миниатюрной версии знаменитого обреченного океанского лайнера. Гридли и Кёртис испарились, словно подсадные утки не вполне от мира сего, чьей функцией в этом реале было направить Зигги и Отиса в гибельные морские пейзажи того, что может поджидать их родной город, словно навыки управления гоночными катерами окажутся необходимы для грядущих бедствий Большого Яблока, включая глобальное потепление, но не ограничиваясь им.

– И, мам, мы тут подумали, может, нам лучше переехать в какое-нибудь не такое рисковое место? Мёрри-Хилл? Ривердейл?

– Ну… мы на шестом этаже…

– Ну хоть спасательную шлюпку, держать возле окна?

– С такой жилплощадью, отвяньте уже, дурилки картонные, а.

После того как мальчишки уложены, Максин пытается разместиться перед очередным телефильмом про смертоносную приходящую няню, застенчиво приближается Хорст.