Хроники Клифтонов. Книга 2. Грехи отцов - Джеффри Арчер

Гарри, Джайлз и Эмма сбежали с гостевой галереи в лобби пэров в тот самый миг, когда их выносили. Они сопроводили лорда Харви до кареты «скорой помощи».

Проголосовавшие медленно возвращались на свои места. Никто не захотел уходить до объявления результатов. Всех парламентариев озадачило отсутствие лорда Харви на скамье первого ряда.

Вокруг зашептались, и лорд Престон побелел, когда до него дошли новости.

Прошло еще несколько минут, и вот четыре партийных организатора вернулись объявить результаты голосования. Они промаршировали по центральному проходу, как караульные в прежние времена, и замерли перед лордом-канцлером.

Парламентарии зашикали, и воцарилась тишина.

Старший поднял избирательный бюллетень и громко объявил:

– Правое лобби: двести семьдесят три голоса. Левое лобби: двести семьдесят три голоса.

В зале и галерее поднялся шум; хозяева и гости пытались понять, что же произойдет дальше. Опытные слушатели поняли, что решающим будет голос лорда-канцлера – в ожидании тишины тот сидел на своей подушке с непроницаемым выражением лица и безучастный к шуму и гаму.

Как только замер последний шепот, лорд-канцлер медленно поднялся со своего места, поправил алонжевый парик и отвороты черной с золотом мантии и обратился к аудитории. Все взгляды приковались к нему. На переполненной галерее, возвышавшейся над скамьями, перегнулись через перила счастливцы, кому повезло достать билет. В ряду для особых гостей пустовали три места – тех самых людей, чье будущее сейчас находилось в руках лорда-канцлера.

– Милорды, – начал тот. – Я с интересом выслушал выступления ваших светлостей по ходу этих долгих и захватывающих дебатов. Все ораторы красноречиво и пылко изложили свои доводы, и я столкнулся с известной дилеммой. Я хочу поделиться с вами моими затруднениями.

В обычных обстоятельствах я, будучи поставлен перед равным числом голосов, без колебаний поддержал бы лордов-судей в их изначальном решении, когда они четырьмя голосами против трех проголосовали за то, чтобы титул Баррингтонов унаследовал Гарри Клифтон. В самом деле, поступить иначе было бы безответственно. Однако ваши светлости могут не знать, что сразу после начала голосования лорд Харви, автор предложения, почувствовал себя плохо и проголосовать не смог. Никто из нас не сомневается в выборе лорда Харви, который одержал бы победу даже с преимуществом в один голос, и титул перешел бы к его внуку Джайлзу Баррингтону.

Милорды, я уверен в согласии палаты с тем, что в данных обстоятельствах моему окончательному решению потребуется поистине соломонова мудрость.

«Слушайте, слушайте!» – прошелестело с обеих сторон.

– Однако я должен признать, – продолжил лорд-канцлер, – что сам еще не решил, какого сына я разрежу пополам, а какому верну право первородства.

Легкий смешок разрядил напряжение, царившее в зале.

– Исходя из этого, милорды, – продолжил лорд-канцлер, как только вновь завладел общим вниманием, – я объявлю свое решение по делу «Баррингтон против Клифтона» сегодня в десять часов утра. – Он опустился на свое место, не добавив больше ни слова.

Старший церемониймейстер трижды ударил жезлом в пол, но среди шума его едва ли услышали.

– Палата будет созвана снова в десять утра, – прокричал он, – когда лорд-канцлер огласит свое решение по делу «Баррингтон против Клифтона». Палата, встать!

Лорд-канцлер поднялся, поклонился собравшимся, и их светлости склонились в ответ.

Старший церемониймейстер вновь трижды ударил жезлом.

– Объявляется перерыв!