Игры без чести - Ада Самарка

А на другом конце города, совсем недалеко от захламленной гостинки, где жила тоже по-своему счастливая семья Любы и Павла, Светлана Жук изнемогала от нехватки новостей от своего заморского друга и от последствий того удивительного, перевернувшего жизнь вверх тормашками шока в начале года. Энергия ожидания оказалась невероятно созидательной и, немного разобравшись с детскими болезнями, Светлана вплотную занялась образованием детей.

У Дашки, старшенькой, выявились недюжинные способности в области вокала. Отставив толстые медицинские справочники, сплошь почерканные карандашом, в истрепавшихся газетных закладках, Светлана стала водить ее на музыкальные занятия и всячески развивать. Дарья была худая, блеклая девочка с ножками, которые точно ниточки болтались из-под форменной юбки, с тонкими «музыкальными» пальчиками, чуть шелушащимися от диатеза. Совершенно необъяснимым образом, словно смеясь над Светланой и кидая на воз ее проблем еще пару булыжников, судьба почему-то распорядилась так, что Дарью в классе не любили, и, как это бывает в детских коллективах, нелюбовь утвердилась прочно, не поддаваясь разбору и поискам первопричины, в конечном счете она даже не имела никакого отношения к забытому и померкшему конфликту. Дарью не любили с жаром и радостью сплоченных наивных детских сердец. Светлана была членом родительского комитета и самым частым гостем в классе — она регулярно проводила инспекции чистоты, сама мыла парты (не только Дарьину, а и остальные тоже — ведь всем наплевать, что грязь ужасная, но дети-то не виноваты) и проводила многочасовые изматывающие беседы с классным руководителем, завучем и прочим учительским коллективом. Беседы, начинавшиеся с рапортов о ночных кошмарах и выездов «Скорой», перерастали в рецепты от гипертонии, рассуждения о взаимосвязи тех или иных пятен на теле с дисфункцией определенных органов и заканчивались назиданиями против вакцинации — у них был индивидуальный график прививок, и самым страшным Светланиным школьным кошмаром была насильственная вакцинация ребенка без ее ведома — в этом случае она бы подняла всю школу на воздух, и ей, кстати, верили. Дарья по поводу своих проблем отмалчивалась и понимала, что любое слово, сказанное матери, в итоге обернется против них всех, но Светлане все-таки удавалось уловить общие настроения в классе и выжать из дочери скупые объяснения по поводу разбитого пенала и вымазанной мастикой шапки, а также подробности ее запирания в туалете — следствием чего стала запись в дневнике о пропущенном уроке (тогда же ночью на кошмарнейшую мигрень со рвотой приезжала «Скорая»). Разборки с одноклассниками проводились регулярно — в конце последнего урока, со звонком в класс входила Светлана и, смерив учительницу надменным и одновременно уставшим взглядом, без приветствия говорила: «Так, сидим на местах, никто никуда не уходит». Как правило, пара мальчиков, вздыхая и дуясь, говорили, что им пора, что задерживаться никак нельзя, но Светлана, чуть повысив голос, приказывала:

— Нет уж, ты сядь, будь добр послушать.

Дарья старалась казаться как можно менее заметной, опускала голову, прячась за спинами сидящих за партой впереди, и потом получала свое по дороге домой — за безынициативность, расхлябанность и так далее.

— Ты же рохля какая-то, овца, о тебя всю жизнь будут ноги вытирать, ты же просто кретинка, — твердила Светлана, неся ее портфель.

С портфелем тоже были проблемы. Несмотря на то что он был самый лучший из всех существующих на рынке — с самым правильным ортопедическим размещением шлеек, твердых прокладок в спинке, из прошедших сертификацию экологичных материалов и обязательно с отражателями (хотя представить дочку с ранцем на улице в темное время суток Светлана могла разве что в кошмарном сне), — вес дневной порции учебников, тетрадей, методичек и прочих ученических принадлежностей все равно превышал предельно допустимую норму, разработанную ВОЗ для детей Дашиного возраста. Столкнувшись с проблемой в первом классе, Светлана проводила ярые интервенции в библиотечно-закупочный процесс, склоняя школьное руководство при приобретении учебников в первую очередь интересоваться их весом. Даже несмотря на то, что к некоторым ее рекомендациям прислушались, вес школьного портфеля не уменьшился, и Светлана не разрешала дочке его носить, устраивая матери и прочим родственникам, отводящим и забирающим девочку из школы, перекрестные допросы.