Между строк - Ирина Васильчикова

— Ты мальчик не маленький, мог бы догадаться позвонить на мобильный.

— Я звонил, ты не подходила.

— Значит, телефон был в сумке. Было шумно, я его не слышала.

— Не к Вадиму ли ты ездила? Уж очень откровенно он тебя клеил.

— Мало ли кто меня клеит. Что ж мне, на всех внимание обращать? Я не понимаю твоего раздражения.

— Я тебе еще не надоел? Скажи. Будет трудно, но я уйду.

— Не говори ерунды.

— Но я же вижу…

— Ты просто устал.

— Кстати, он звонил. Спрашивал, какие нужны материалы, как у тебя продвигается работа.

— Я не буду ничего делать. Завтра же позвоню. Сегодня уже поздно.

— Он в это время еще на работе торчит. Раньше десяти не уходит. Кстати, а чего это вдруг ты решила отказаться от такой выгодной халтуры?

— У меня своих дел хватает. Просто не потяну.

— Но ты же согласилась. Так не делают, он же на тебя рассчитывал.

— Я переоценила свои силы.

— Здесь что-то не так.

— Мой внутренний голос поведал, что добром это не кончится.

— И как часто ты с ним разговариваешь?

— Постоянно. И представь себе, привыкла ему верить. У меня однажды был случай, когда один крендель попросил устроить ему пиар-кампанию. Сначала все вроде было хорошо, но потом этот деятель почему-то решил, что денег можно не платить. Или обойтись по минимуму. Я вовремя свинтила. Потому что потом он кинул всех по деньгам и поехал отдыхать в Штаты. Ясный перец, не на свои деньги. Его не только я мечтала четвертовать. Хотя я как раз пострадала меньше всех. А потом он заявился на одну тусу и на аукционе купил безделушку за три тысячи гринов. — Я выпалила эту тираду на одном дыхании.

— А при чем здесь Вадим?

— Ни при чем. Просто ощущения очень похожи. Я чувствую, что все прекрасно обойдутся без моего участия.

— Я ничего не понимаю.

— Андрей, я устала. Иногда, редактируя интервью, я уже путаю персонажей. Я мечтаю выспаться и устроить день лентяя. Неужели это так сложно понять? Я не хочу подводить твоих друзей, потому что не уверена в своих силах. Только и всего. Кстати, что у нас с Новым годом?

— Похоже, все накрылось. У меня до тридцатого работа.

— И что мы будем делать?

— Ничего. Поедем по Европам летом. А Новый год отметим у Килеевых на даче. Если ты, конечно, не против.

— Нет, конечно.

Я стояла у окна. Улицу освещали тускло мерцавшие фонари. В доме напротив в редких окнах горел свет. Тишину нарушали изредка проезжавшие машины, разрезая темноту ночи лучами фар. Вот-вот страна на две недели погрузится в праздничную кутерьму. Но я почему-то не ощущала атмосферы праздника. Казалось, что до этого еще далеко-далеко, что я еще все успею, что главное впереди.

Город утопал в сугробах. Снега в этом году выпало на удивление много, и как-то не верилось, что всего через несколько дней он станет прошлогодним.

2000–2002 гг.