Серебряная свадьба - Мейв Бинчи

— Но твоя мать и так была от меня в восторге, она говорила, что я очень милый молодой человек. — Он передразнил голосом миссис Бэрри. Имитация удалась.

— Я рада, что все так удачно вышло с ребенком, — сказала она.

— Да, мы тоже рады.

— Я еще увижусь со всеми вами, когда открою магазин в Англии?

— Полетт еще нескоро дорастет до твоей одежды.

— Какое совпадение, у меня есть и детский бутик.

— Что ж, хорошо.

Он улыбался. Но его улыбке не хватало теплоты. Отец Хёрли сказал, что ему надо позвонить, но оказалось, что у телефона уже целая очередь. Разговаривала Анна.

— Обязательно, приезжай немедленно… Послушай, Кен Грин, на дворе 1985-й год, все мы вольны поступать так, как считаем правильным. Раз ты хочешь приехать, это будет замечательно.

Пауза.

— Я тебя тоже люблю.

Анна положила трубку, сама себе удивляясь. Телефоном завладела мать Дейрдры.

— Да, Тони, лучше не бывает, но никак не могу. Нет-нет, никто ничему не изменяет, просто, понимаешь, мудрость — знать, когда что надо сказать. Да. Да. Все остается как прежде. Абсолютно все. Я тоже. Очень.

Отец Хёрли позвонил отцу Хейзу и сказал, что вернется на такси. Он поедет в компании — заказали большую машину для нескольких человек.

Да, сказал он, все прошло чудесно, только у него такое чувство, что он не имеет права занимать телефон, чтобы не мешать другим говорить о своей любви.

Совсем нет, сердито ответил он в трубку. Он абсолютно трезв, просто только что при нем звонили по телефону одна женщина и ее внучка. Только и всего.

Все дружно засобирались уезжать. Но оставалось ощущение какой-то незавершенности. Казалось, недостает последнего штриха.

Дейрдра схватила фотоаппарат, заряженный накануне новой пленкой, и влетела в кухню, где работники Филиппы заворачивали в полиэтилен и укладывали в холодильник остатки угощения.

Дейрдра стала объяснять Филиппе, как пользоваться фотоаппаратом. Та терпеливо слушала. Характерная черта этого типа женщин — они думают, их фотоаппараты как-то хитро устроены.

Виновников торжества обступили полукругом. Все улыбались. Вспышка сверкала снова и снова.

Среди двадцати четырех снимков один какой-нибудь будет смотреться что надо. Только увеличить его, и получится прекрасная фотография. Ее повесят на стене, на видное место, чтобы всем она напоминала о серебряной свадьбе. Всем, кто бы ни пришел отныне на Розмари-драйв.