Кадиллак-Бич - Тим Дорси

Станция ЦРУ, Майами. Агент Шеффер появляется в дверях.

— Кто хотел меня видеть? Ренфро поднял трубку телефона.

— Мистер Палермо убит!

— Что?!

— Кубинцы, — ответил Ренфро. — Превентивный удар, чтобы помешать вторжению.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Что мне предпринять?

— Теперь события будут разворачиваться быстро. Назначьте встречу с нашим агентом. Мне нужно позвонить.

В одном из величественных люксов в пентхаусе «Фонтенбло» зазвонил телефон. Здесь толпились дюжины две вооруженных мужчин в черных похоронных нарядах, они ели картофельный салат из картонных коктейльных тарелок. Человек в «сансабелтах» ответил.

— Химчистка Джо?.. Да?.. Что? Где ты это слышал?.. Не может быть!.. Да, понимаю… Да, благодарим за соболезнования.

Он повесил трубку.

Все остальные молча ждали.

— Мистер Палермо был убит. Информация прямо из ЦРУ.

— Я думал, дело в стимуляторе.

— Кубинская разведка использовала абсолютно новое современное микроволновое устройство.

Двое мужчин цвета вареного лобстера с носами в белом креме от загара стояли в мелкой части бассейна в Корал-Гейблс.

— Давай закончим поскорее, — попросил Чи-Чи. — Я в прошлый раз серьезно обгорел.

— Все изменилось, — сказал Ренфро, вращаяешь на месте, чтобы визуально проверить все свои мертвые точки. — Кубинцы убили мистера Палермо.

— Нет, не они.

— Правильно, хорошая мысль, — согласился Ренфро, продолжая вращаться. — Кубинцы этого не делали. В противном случае — паника на улицах, «Красная кубинская угроза» в нашем тылу.

— Они на самом деле ни при чем. Молчаливое мигание.

— Не важно. У меня сообщение от Сержа…

— За тобой следили? Думаю, следили. Но это был не я. Я четыре раза подряд поворачивал направо под девяносто градусов, чтобы сбросить все хвосты.

— Так, значит, поэтому ты опоздал.

— Что-то не в порядке. Кто эти люди?

— Дети, — ответил Чи-Чи. — Ты параноик.

— Я на грани. Дерьмо закипело. Скажи Сержу, что он получит все необходимое. У меня наготове куча агентов в подставных фирмах по всему Майами.

— Ему нужно триста человек.

— У меня столько нет. Чи-Чи покачал головой.

— Он имеет в виду кубинцев.

— Ты знаешь эмигрантское сообщество лучше меня.

— Все они находятся в тюрьме.

— Не понимаю.

— Помнишь захват парохода «Мариэль» в 1980 году?

— Кто же не помнит?

— К нам после этого стали прибывать добрые, законопослушные беженцы, а Кастро начал опустошать свои тюрьмы и сумасшедшие дома, выпуская худших из худших?

Горькие воспоминания нахлынули на Ренфро.

— Ублюдок!

— Вторжение будет жестким, око за око. Нам потребуются самые подлые, самые дрянные сукины дети, которых только можно найти. Целая свора нежелательных элементов с «Мариэль» все еще отбывает длительные сроки за ужасные преступления, совершенные здесь после захвата судна. Многим из них все еще около сорока лет.

— Но мы же их посадили. Разве они согласятся работать на нас?

— Мы предлагаем им свободу. Кроме того, наши тюрьмы — четырехзвездочные отели по сравнению с теми, в которых они побывали при Кастро. У них на Фиделя серьезный зуб. Мы запланировали два места высадки — Марианао и Гуанабакоа. Затем наши люди возьмут в клещи столицу и окружат силы Кастро, как паук муху. Он не платит своей армии, солдаты не обучаются, потеряли форму. Ты выпускаешь этих парней, и мы проделаем все с закрытыми глазами! — С этими словами Чи-Чи передал Ренфро водонепроницаемую капсулу. — Точка погрузки здесь.

— О’кей, я ничего не обещаю, но сделаю несколько звонков.

— Я опять сгорю.

— Использовать заключенных… — произнес Ренфро. — Напоминает мне «Грязную дюжину».

— Серж посмотрел этот фильм вчера вечером. Именно там он и позаимствовал идею.

— Это была лучшая работа Телли Саваласа[59].

— Именно так и сказал Серж.

— Мне твой Серж нравится все больше и больше.

— Тот парень фотографирует нас, что ли?

— Что за парень?

Чи-Чи показал через забор на машину на другой стороне улицы.

— Вон там.

У тротуара стоял «краун-виктори» с затемненными стеклами. На переднем сиденье Биксби повернулся к Миллеру.

— Уэбб приказал нам не высовываться. Миллер сделал еще несколько снимков.

— Он велел только не производить арестов. Он не запрещал вести наблюдение.

— Передергивай, как тебе заблагорассудится. Это прямое неподчинение приказу.

— Тогда забирай свою поганую книжицу с правилами и проваливай из машины.

Биксби вышел.