Зачем? - Елена Черникова

Первыми новую волну ощутили посетители ночных клубов. Измученные постоянной эротоманией, в которой уже не было никакого новшества, как в изжёванной резинке, они остро нуждались в подкреплении своего телесного тонуса. В клубах встрепенулись. Для начала почему-то заказали ещё шампанского. Не помогло. Когда шампанское исчезло по всей Москве даже из круглосуточных супермаркетов, заволновалась милиция. И не только оттого, что в поисках волнующего - или успокаивающего - напитка по городу заметались машины всех иномарок, а оттого, что всё это было похоже на некую загадочную акцию предразборочного бандитского толка, а от разборок милиция очень устала.

Сфера, временно сытая, принюхивалась к поведению города и покачивалась на шпиле МИДа. Всё вокруг шевелилось всё быстрее и спонтаннее. Сфера ждала. Её томило предчувствие такого восхитительного ужина или, возможно, завтрака, что она даже засмаковала своё ожидание.

Внизу начался следующий этап. Один гедонистичный молодой человек, оснащённый модным драйв-мышлением, вышел за сигаретами.

У киоска сидела и умывалась толстенькая хорошенькая зверушка, в коей молодой курильщик не сразу признал крысу: уж такая она была кругленькая, пушистая и крепкая. И хвост полосатый.

- У-тю-тю! - позвал её молодой человек.

"Ладно, ты будешь первым!" - решил Петрович, подбежал к протянутой руке, потёрся о неё шёлковым ушком и легонько тяпнул парня за указательный палец. Чуть-чуть, как комарик. За последнее время Петрович отменно навострился прокусывать живые ткани так, чтобы их владельцы и владелицы чувствовали только наслаждение и не дёргались.

Наш драйв-гуляка внезапно схватил такой оргазм, что чуть не упал на асфальт. Застонав от небывалого кайфа, он взял покорного Петровича на руки, покачал-побаюкал и понёс к себе домой, забыв купить сигареты.

Петрович не сопротивлялся, потому что главное дело своей жизни он уже доделал: московские крысы, все до единой, получили дозу бессмертия, а его серая подруга отправилась в командировку в Питер - с аналогичной задачей. Посему Петрович мог позволить себе всё. С его точки зрения, люди ещё далеко не расплатились с ним за содеянное мясорубками - как в Институте генетики, так и в штабе у Кузьмы Африкановича.

Парень принёс Петровича домой и позвонил своей девушке с приглашением немедленно прибыть. И ещё лучше - с какой-нибудь подругой. Он был современный парень, без предрассудков моногамии, а тут такое происшествие! А всё остальное так надоело!

Девушка явилась через полчаса, причём, тоже без предрассудков, с двумя подругами. Все думали, что предстоит колоссальный секс. Ну, в чём-то они были правы, конечно, отчасти.

Хозяин дома, большой выдумщик в состоянии простоя, разрезвился на всю катушку. Раздев девушек и крепко завязав им глаза, отчего подруги укрепились в своих предвкушениях, он положил их на широкий диван, посадил рядом шёлкового паиньку Петровича и тихо-тихо свистнул. Последнее было лишнее, потому что Петрович и без указаний знал, что ему делать.

Когда девушки - как им казалось - достаточно приготовились, ну там приняли всякие позы, начали заученно гладить себя по разным местам, Петрович пошёл в атаку, а хозяин дома стал наблюдать.

Петрович быстро и аккуратно перекусал девушек в самые заповедные места, которые сейчас в силу обстоятельств были самыми доступными, и отбежал в сторону - послушать крики нечеловеческой страсти. Влияние Петровича на девиц потрясло даже парня, устроившего этот акт. Их взлёт в страсти переплюнул все его фантазии: такого он ни в одном кино не видел.

Когда девицы пришли в себя, он одел их и развязал глаза.

Он не успел ничего объяснить: в открытую форточку бесшумно вползла толстая светящаяся лента и уволокла одну из мурлыкающих вакханок. Остальные даже не заметили исчезновения подруги. Они были потрясены. Через час почти весь город бился в сверхъестественном экстазе: девушки подарили свои ощущения своим знакомым, а те - своим знакомым, а поскольку мы все друг с другом хоть отдалённо, но знакомы, зараза распространилась молниеносно.

Сфера тоже почувствовала новый прилив сил. Оказалось, что свежезаражённое тело юной дурочки - весьма приятное питание. Сфера полетела дальше, по Арбату, по бульвару - к Тверской, за новыми дурочками.

Отец и сын Ужовы опускались в Москву очень медленно. Предчувствуя развязку и не сопротивляясь судьбе. Когда до города оставалось несколько километров, Васька вздохнул, включил свои сверхчувства и осмотрелся. И ужаснулся.

Схватив отца за руку, мальчик дрожал, не веря видению.

- Что ты, родной? - удивился отец, полагавший, что события минувшего года навек закалили его сына.

- Папа! - Васька не мог вымолвить ни слова и потянул отца вниз - и показал куда-то в сторону Кремля.

Иван Иванович вгляделся и замер.

На горизонте занимался серый рассвет. Было холодно, мокро и необъяснимо тихо. Автомобили, по окна в лужах, стояли в бесконечных пробках. В домах не было света, на улицах не было прохожих.

Но над городом сияла громадная, идеально ровная, довольная и торжествующая сфера с прозрачной мембраной. Она была похожа на гигантскую живую клетку: в центре просматривалось копошащееся ядро.

Клетка-сфера излучала полное и окончательное наслаждение. Она была спокойна и счастлива. Она объелась. Жители мегаполиса, повреждённые коварным Петровичем, всего за одну ночь обеспечили свою мегагостью самым отборным питанием. Как вы помните, начало процессу положил чувственный молодой человек, вышедший за сигаретами. И сейчас гигантская мусоросборка надменно покачивалась над Москвой и даже Подмосковьем, словно обещая свои цепкие объятия каждому, кто ещё ухитрится вольно или невольно обессмертиться.

Петрович и остальные крысы благоразумно попрятались в глубинах подземного города, куда сфера, может, и смогла бы когда-нибудь проникнуть, но, во-первых, все крысы теперь умели быстро летать, а во-вторых, сфера нахваталась людей под завязку и пока не имела жгучих желаний.

Ужовы рассматривали апокалипсическое зрелище и думали: где искать Марию? Точнее, брикет в жидком азоте. Сфера заслоняла собой город. Васька не мог видеть сквозь её мембрану, хотя и полупрозрачную.

- Как ты думаешь, Вась, мы опоздали?

- Я думаю, пап, мы ещё можем попробовать. Пока это чудище висит не шевелясь, попробуем спуститься. Хуже уже не будет.

- А что у неё в серединке? Видишь? Вроде ядра.

- Там, папочка, люди. Не меньше миллиона.

- Все они хотели наслаждений, - решил Ужов. - Спускаемся!

Они пробрались в город через лес на Лосином острове. Влияние сферы над этим районом было слабее, чем над злачным Центром. Ужовы посидели на скамеечке, передохнули, Иван Иванович достал свой мобильный телефон и позвонил в Службу спасения. Ничего лучше в голову не пришло.

Там, разумеется, никто не ответил, поскольку все службисты-спасатели попали в ядро сферы в числе первых: кто работал голыми руками, кого поцарапал или укусил кто-нибудь из спасаемых, в кого ещё как-то, но зараза вцепилась. Пандемия, взвихренная крысами, распространилась среди людей, как молния в сухом лесу, ибо первым признаком заболевания было бескрайнее блаженство и мгновенное выздоровление ото всех иных - любых - хворей. А этого хотели все.