Сломанный меч Империи - Максим Калашников

Об оружии наших кораблей можно написать целые тома. Но об одном надо сказать особо — о радиолокационных станциях, которые с 1942 года дает нашему флоту московское объединение «Салют».

РЛС — глаза корабля. В нынешних войнах важно первым засечь противника, будь то вражеский самолет, ракета или эсминец. Запад часто говорит о нашей отсталости в электронике. Но еще при Горбачеве «Салют» сумел дать флоту станции «Фрегат» и «Подберезовик». Это — аппаратура без привычных нам качающихся и крутящихся антенн локаторов. Вместо них у русских систем — фазированные решетки. Или ФАР, о свойствах которых мы уже писали в главах, посвященных «звездным войнам». В последние десятилетия США стали очень уповать на то, что их эскадры смогут ослепить локаторы наших кораблей своими генераторами помех. Так, чтобы у наших на экранах шло сплошное «молоко». Мельтешение, под прикрытием коего на русских можно обрушить атаки самолетов с авианосцев, крылатые «Гарпуны» и «Томагавки».

Но мощные лучи «Фрегатов» и «Подберезовиков» пронизывают участки пространства, «закутанные» вражьими помехами. С помощью уникальных накопителей энергии и усилителей мощности. При этом русские ФАР-локаторы, как поведала «Красная Звезда» от 12.05.1996 года, имеют «секрет», который делает их неуязвимыми перед ударом убийственного для электроники электромагнитного импульса ядерного взрыва. А решетки ФАРов выдерживают и удар воздушной волны, который сносит радиолокаторы прежних конструкций.

На испытаниях «Фрегата» произошел удивительный случай. В стволе орудия эсминца, который получил новую РЛС, разорвался снаряд. Осколки пушечного дула пробили дыру в решетке локатора. Но главный конструктор «Фрегата» Леонид Родионов заявил: он будет работать и в таком виде. И не ошибся.

Насколько эффективны наши системы? Мы назовем эти цифры для «Фрегата», поставив в скобках данные «Подберезовика». Данные обзора — 150-300 верст (500). Высота его — 20-30 километров (40). Истребитель засекается за 58-230 верст (240-400). Ракета — за 17-50 километров (45-70). Корабль — в пределах горизонта.

Дальность до цели определяется с погрешностью 120 (150) метров, а направление на нее — с точностью до 14-24 (24) минут. Много это или мало? Весь круг горизонта, видимого с корабля, разбит на 360 градусов. А в градусе — 60 минут.

Уникальный комплекс создавался и для громадного атомного авианосца «Варяг». Однако после распада СССР недостроенный гигант захватили власти «государства Украина». Они продали гордость русского флота на металл. А ведь именно «Варяг» должен был стать кораблем, «глаза» которого невозможно «ослепить».

До сих пор в «Салюте» хранят уникальные наработки новых вычислительных машин, могущих уменьшить размеры и вес русских радаров…

…Однако грянули на Русью реформы демократии, и мразь у власти довела флот до развала. Некому заказывать работу «Салюту», хотя ломаются истрепанные за пять рыночных лет корабельные РЛС. Единственные покупатели идут из Юго-Восточной Азии. Таиланд — и тот оказывается богаче России. Там о своем флоте думают больше.

Но это — сегодня. А во второй половине 80-х, когда из Кремля на всю страну заголосили о нашем отставании от Запада в области высокой военной технологии, «Салют» уже делал радарную технику мирового уровня…

Сталин много говорил о врагах народа и изменниках. Не знаю, как для вас, но для меня эти слова — не просто звук…

…Они говорят, что создают новую Россию. Но неужели этот кошмарный кусок территории, где дрязги опереточных президентов и усобицы блатных паханов выдаются за вершины политики — и есть та самая новая Россия? Включая проклятый телеящик, я вижу, как надменный молодой чечен — мэр Грозного диктует свою волю «грозному» Лужкову, и тот соглашается строить дома в гнезде бандитов, будто бы Русь снова должна платить дань Орде, отправляя своих мастеров в Сарай-столицу. Нас словно победили и требуют репараций. И кто? Шайки полуграмотных абреков! Нас, еще недавно царствовавших в океане!

Я вижу израильско-подданного Березовского, это тщедушное тельце, вознесенное сейчас в Совет безопасности и лебязящее перед чеченскими главарями. Он клянется от имени России, что она «заплатит любую цену за мир на Кавказе»…

Что-то сдавливает мне горло, гнетет и душит. И душа нестерпимо рвется к океану, чтобы увидеть его пенящиеся валы, накатывающие на берег. Чтобы вдохнуть пьянящий йодистый запах простора полной грудью. И увидеть там, в дымке, неясные громады имперских крейсеров. В такие минуты хочется ощутить в руках отполированное цевье оружия, лязгнуть затвором и всадить очередь в ненавистный экран, прервав потоки удушливых волн. Сбить прикладом крикливые вывески. Прошить пулями витрины ночных клубов, обрушив их стеклянным водопадом. И прогрохотать коваными сапогами по московской брусчатке с такими же, как ты. Вместе с теми, кто воевал в Боснии и Таджикистане, в Приднестровье и Чечне. Чтобы смести прочь этих жалких, тщеславных, продажных…