Мое ходячее несчастье - Джейми Макгвайр

Мы с Шепли сидели на скамье в маленькой, ярко освещенной комнате. Впервые я участвовал в бое, который проходил не в подвале. В зале собралась теневая элита Вегаса: гангстеры и наркодилеры со своими «кисками» и «зайками». Толпа зрителей казалась мне темным полчищем, которое с каждой секундой все громче ревело и все сильнее жаждало крови. Ринг был загорожен решетками.

— И все-таки я считаю, что тебе не стоит этого делать, — ворчала Америка.

— Теперь уже поздно, детка, — сказал Шепли, помогая мне бинтовать запястья.

— Волнуешься? — спросила Мерик непривычно тихо.

— Нет. Хотя, если бы Эбби была здесь, я бы чувствовал себя лучше. Она не звонила?

— Сейчас напишу эсэмэску, и она приедет.

— Голубка любила его? — спросил я.

О чем Джесс мог разговаривать с ней за ужином? Ясно, что никакой он больше не священник. И неизвестно, чего он мог потребовать за свою услугу.

— Нет, — сказала Америка. — Хотя прямо Эбби об этом не говорила. Они вместе выросли, Трэвис. И долгое время он был единственным человеком, на которого она могла положиться.

Я не знал, стало ли мне лучше или хуже от такого ответа.

— Она тебе еще не отписала?

— Эй! — вмешался Шепли, хлопая меня по щеке. — Эй, тебя дожидается Брок Макмэнн. Ты должен на сто процентов сосредоточиться на бое. Вытри сопли, соберись!

Я кивнул и стал вспоминать все, что знал о своем противнике. Ему запретили участвовать в чемпионате по боям без правил за использование запрещенных приемов. А еще поговаривали, что он угрожал президенту лиги. Во всяком случае, дурная слава за ним закрепилась не зря: какого только дерьма он не вытворял, стоило ему на секунду выйти из поля зрения судьи! Моя задача заключалась в том, чтобы всегда оставаться у рефери на виду. Если Броку удастся обхватить меня ногами, мне несдобровать.

— Будь осторожен, Трэв. Пускай нападает первым. Действуй, как в тот раз, когда вы поспорили с Эбби. Помни, ты не с каким-нибудь университетским недоноском дерешься. Здесь не наша арена, и нечего устраивать шоу для толпы.

— Да уж, черт побери!

— Ты победишь, Трэвис. Ты ведь дерешься за Эбби, не забывай.

Я опять кивнул. Шепли все правильно говорил. Если я проиграю, Бенни не получит денег, а Голубка будет по-прежнему в опасности.

В комнату вошел высокий шкафоподобный тип в костюме и с жирными волосами:

— Пора! Тренер может пойти с вами, ну а девушки… Кстати, где вторая?

Я нахмурился:

— Сейчас подойдет.

— Для них зарезервированы два последних места второго ряда, с вашей стороны.

Шепли повернулся к Америке.

— Я провожу тебя туда, — сказал он и, обращаясь к шкафу, добавил: — И чтобы никто ее не трогал! А то убью, на хрен!

Шкаф едва заметно улыбнулся:

— Бенни уже отдал распоряжения. За ней будут все время приглядывать.

Шепли кивнул, подал Америке руку, и они молча пошли следом за мной.

Голос ведущего, отдаваясь эхом, усиливался огромными колонками, помещенными в каждом углу просторного помещения, которое было похоже на небольшой концертный зал. Здесь запросто могла рассесться тысяча зрителей. Когда я вышел, все они стояли: одни приветствовали меня, другие подозрительно разглядывали.

Открылась дверь в клетку, и я шагнул внутрь. Шепли проследил за тем, как шкаф усадил Америку, и, убедившись, что все в порядке, повернулся ко мне:

— Помни: нельзя терять голову. Пусть нападает первым. Ты должен выиграть ради Эбби.

Я кивнул. Через несколько секунд заиграла музыка. Трибуны, придя в движение, взревели. Появился Брок Макмэнн. Прожекторы, расположенные на стропилах, осветили его суровое лицо. Охрана удерживала публику на безопасном расстоянии, пока он прыгал на месте, чтобы не потерять настрой. Наверное, мой противник готовился к этому бою несколько недель, а то и месяцев.

Ну и ради бога. А меня братья били с детства, и благодаря им я тоже достаточно натренировался.

Я поглядел на Америку. Она пожала плечами. Я нахмурился. Через минуту начнется главный бой всей моей жизни, а Эбби не видать. Обернувшись, чтобы посмотреть, как Брок входит в клетку, я услышал голос Шепли:

— Трэвис, Трэвис, она тут!

Я принялся лихорадочно искать ее взглядом: Эбби во весь дух сбежала по ступенькам и затормозила, врезавшись руками в ограждение.

— Я здесь, я здесь! — пробормотала она, задыхаясь.

Мы послали друг другу воздушные поцелуи, и Голубка дотронулась до моего лица пальцами, которые ей удалось просунуть сквозь решетку.

— Я люблю тебя.

Она покачала головой:

— Знай, тебе не обязательно все это делать.

Я улыбнулся:

— Еще как обязательно!

— Эй, Ромео! А побыстрее нельзя? Или всю ночь здесь будем торчать? — крикнул Брок из своего угла.

Я не обернулся, но Эбби выглянула из-за моего плеча и посмотрела на Макмэнна. Ее глаза стали холодными, а щеки загорелись от злости. Через долю секунды она снова перевела потеплевший взгляд на меня и лукаво улыбнулась:

— Научи этого засранца хорошим манерам.

Я подмигнул и тоже улыбнулся:

— Для тебя — что угодно, детка.

Мы с Броком сошлись нос к носу в центре ринга.

— Не теряй голову! — прокричал Шепли.

Я подался вперед и прошептал Броку на ухо:

— Хочу сказать, что я твой большой поклонник, хотя ты и по уши в дерьме. Поэтому, когда я вырублю тебя к чертовой матери, не принимай на свой счет.

Квадратные челюсти Брока задвигались. Под кожей обозначились желваки, глаза вспыхнули, но не от злости, а от недоумения.

Заметив выражение моего лица, Шепли опять повторил свое напутствие:

— Не теряй голову!

Лишь только ударили в колокол, я напал на Брока. Как и во время драки с амбалами Бенни, я выкладывался по полной, изливая на противника всю свою ярость.

Макмэнн попятился, пытаясь занять нужное положение и отразить мой удар или ударить самому, но я не дал ему времени: изо всех сил врезал обоими кулаками.

Я почувствовал огромное облегчение оттого, что теперь можно было не сдерживать агрессию. Позволив адреналину захлестнуть меня с головой, я все забыл, в том числе и инструкции Шепли. Брок увернулся от очередного моего выпада и выдал хук правой. Бил он гораздо сильнее, чем те самоучки, с которыми я боролся в колледже, и это меня еще больше заводило. Вспоминались самые крупные ссоры с братьями, быстро переходившие от словесной перепалки к драке.