Записки из арабской тюрьмы - Дмитрий Правдин

— Я так и думал! — с испугом в голосе произнес Мустафа. — Какой иск? Тебя здесь в порошок сотрут! И думать забудь! Быстрее уезжай из этой страны! Здесь ты в опасности!

— Мустафа, ну что, ничем не поможешь? Ты что, боишься?

— Послушай, ты уедешь, а мне здесь жить! Понимаешь, я не хочу под старость лет неприятностей, у меня дочь!

— Ваш гребаный Тунис и гребаные законы! — по-русски в сердцах сказал я.

— Что! — не понял адвокат.

— Я говорю, ничем не поможешь?

— Хорошо, я дам тебе один документ, но если что, я тебе его не давал.

— Что это?

— Такрир (протокол вскрытия).

— Такрир? — еще не веря своим ушам, переспросил я. — Откуда он у тебя?

— Ну, пока работал в суде с делом, я снял копию, знал, что тебе пригодится.

— Мустафа, вот за это тебе отдельное спасибо! Мне же посольские так и не отдали такрир, как сквозь землю провалился.

Пришел полицай с моей справкой и сказал, что до утра я свободен, а к 10–00 должен подойти к ним, дальше отправят в столицу.

С телефона адвоката я повторно позвонил Фараху, телефон был недоступен, адреса все были записаны в дневнике, в том числе и адрес Титти. Свобода мне вскружила голову, и я забыл запастись адресами. Оставался телефон сына Олигарха, звонок проходил, но трубку никто не брал. Мустафа предложил пойти и переночевать у него, я не хотел доставлять хлопот старику и отказался.

— Мустафа, спасибо! Я сейчас заряжу свой телефон, куплю новую симку и буду звонить Стефану, раз сигнал проходит, значит, рано или поздно возьмет трубку.

Адвокат обнял меня, оставил свой номер телефона и адрес и поехал домой. Он правда был хорошим человеком, но я его не винил за отказ довести дело до конца, живя в такой стране, и собственной тени поневоле начнешь бояться.

Я зашел в дежурку и попросил розетку подзарядить телефон, мне разрешили. Затащил чемодан поближе к себе, достал подзарядку и подключил к телефону.

Через полчаса в участок зашли две зареванные девушки-туристки лет 20–22, я только глянул на них и сразу признал россиянок. Они подошли к дежурному, молодому толстому арабу лет 27, тот, вытянув ноги на стуле, наслаждался одиночеством.

Девчонки начали что-то мямлить на ломаном английском, я понял только одно слово «телефон». Араб развел руками и спросил по-арабски, по-французски и по-испански, чего они хотят. Похоже, те в языках не сильны, так как не поняли, что он спрашивал. Снова плюхнулся на стул и вытянул ноги.

— Девчонки, что у вас случилось? — задал им вопрос на родном языке.

— Ой, а вы русский! — обрадовались они.

— Русский, что произошло?

— Вы знаете, мы пошли на ужин, а деньги и сотики оставили в номере под подушкой, а когда пришли — их там нет! Украли! А мы только приехали! Теперь даже домой позвонить не можем!

— Много денег было?

— Полторы тысячи долларов! Год собирали! — сказали и снова заревели.

— Ладно, попробую вам помочь, — успокоил их я. — Вы в каком отеле остановились?

— «Шамс эль хана», номер 609.

Меня как водой окатило, лавиной нахлынули воспоминания! Номер 609, через стенку от нашего 610! Мне показалось, что все, что со мной произошло, — это сон, я сейчас проснусь, и сюда войдет она, Наталья! Живая, здоровая и, улыбаясь, попросит помочь этим простушкам. Я даже хотел выскочить на крыльцо, чтоб встретить ее, но стоп! Откуда я понимаю арабскую речь? Значит, это не сон!

— Добрый вечер, господин офицер! — обратился я к полицаю. — Тут русских туристок ограбили, надо бы помочь.

— Пусть завтра приходят!

— Какой завтра! Отелями «Хана» банда хромого Рияда занимается, тебе это не хуже моего известно. Завтра они телефоны продадут, деньги просадят! Надо сейчас их брать!

— Откуда ты такой умный? — зло поинтересовался дубак.

— Ты же знаешь, из тюрьмы!

— Если такой умный, может, и скажешь, где их теперь искать?

— А чего тут знать-то? Сейчас сидят где-нибудь в ближайшем кафе и радуются. Не теряй время, бери наряд и хватай их.

Девчонки стояли, раскрыв рот, слушая, как я на арабском беседовал с шуртый (полицейским), еще больше они удивились, когда через час в участок притащили прыщавого юнца лет 20 и их телефоны и деньги, правда, мерзавец успел потратить долларов 10 или 20, отдал тому, кто его впустил и навел, это, как правило, работники отеля.

Пока сидел в тюрьме, мне рассказали почти о всех группировках в городе и их главарях, с некоторыми был знаком лично. Особенно интересовался отелями «Хана», так что при желании мог проводить экскурсии по криминальному Суссу.

Арабские бандиты особой оригинальностью не отличались, российские деньги просаживали в ресторанах и барах, тратились на шлюх. Поэтому и искать их надлежало именно в этих местах. Полицаи знали их всех в лицо, только те откупались, и задерживали, когда чересчур перегнут палку, ограбят скандального иностранца или начальство требует план по посадкам.

Нашему туристу кажется, что если его обворовали, или избили, или ограбили в Тунисе, то злодея никогда не найдут. Это глубокое заблуждение, дальше своего района бандиты не лезут, за «работу» на чужой территории и убить могут. Поэтому, если знаешь хорошо язык, то всегда есть шанс вернуть похищенное и наказать преступника.

Все полицаи хорошо знают свой район и тех, кто там «промышляет». Сколько раз я слышал эти хвастливые рассказы, как «разводят» туристов-лохов. А знал бы этот турист хотя бы французский, пришел в полицию, обстоятельно все изложил, а если б еще приметы обрисовал, то еще неизвестно, кто бы лохом оказался.

А то, к примеру, стащат у туриста на пляже фотоаппарат дорогой, он стоит, не зная, что делать, посмотрит по сторонам и махнет рукой, а воры в это время сидят в кофейне и весело ржут, как они очередного лоха «сделали».

По большому счету прихлопнуть все это бандитское племя при желании можно одним махом, только вот беда: не хочет особо-то их никто ликвидировать. Большинство шуртый живут с этого, как у нас говорят, «крышуют», так зачем резать курицу, которая несет золотые яйца.

Имущество девчонкам вернули, они обрадовались, реветь перестали, стали благодарить меня. А полицай им и говорит, приходите, мол, завтра заявление напишете. А я говорю, а почему не сегодня? «Сейчас некогда, давайте завтра, а хочешь, напиши за них». — «Я говорю по-арабски, а пишу плохо, давай ты сам напишешь, а я продиктую». — «Нет, завтра!»

Ну, понятно, туристки придут завтра, а воришку этот хмырь сегодня уже отпустит, пусть дальше для него «золотые яйца» несет. А завтра другая смена будет, и их пошлют куда подальше. Скажут типа пишите, только на суд надо приехать будет сюда в Тунис, а если не приедете, то и заявление принимать не будем.