Земля без людей - Алан Вейсман

«Это можно оценить – не уверена, что слово правильное, – только с высоты», – говорит Сьюзан Лапис, жизнерадостный рыжеволосый пилот, работающая волонтером в некоммерческой организации SouthWings. Из окна ее одномоторной красно-желто-синей «Cessna-182» можно взглянуть на мир, нарезанный так плоско, как могло получиться только у ледника в 1,6 километра высотой. Только на этот раз ледник находился наверху, а мир когда-то был Западной Виргинией.

Точнее, Виргинией, Кентукки или Теннеси, потому что несколько сотен тысяч гектар Аппалачей во всех этих штатах выглядят теперь одинаково ампутированными, срезанные угледобывающими компаниями, обнаружившими в 1970-х более дешевый вариант добычи, чем рытье туннелей или даже добыча открытым методом: растереть в порошок всю верхнюю треть горы, вымыть уголь несколькими тысячами кубометров воды, свалить все остальное в сторону и опять взорвать.

Даже вид разоренной Амазонии шокирует меньше, чем эта плоская пустота. Во всех направлениях просто ничего нет. Решетки белых точек – следующий раунд динамитных зарядов – придают единственный объем голым плато, бывшим когда-то вертикальными зелеными высотами. Спрос на уголь был настолько сильным – извлекалось 100 тонн каждые 2 секунды, – что зачастую не оставалось времени на заготовку древесины: дубы, орешник, магнолию и позднюю черемуху просто сбрасывали бульдозерами в ложбины, где засыпали остатками бывших Аллеганских гор – «покровными отложениями».

В одной только Западной Виргинии 1600 километров рек, текших по таким ложбинам, также оказались закопанными. Конечно, вода находит выход, но, пробиваясь через отходы в ближайшие несколько тысяч лет, она будет появляться с повышенной концентрацией тяжелых металлов. Однако даже с предполагаемым ростом мировой потребности в энергии промышленные геологи – и противники промышленности – полагают, что запасов угля в США, Китае и Австралии будет достаточно на 600 лет. Разрабатывая их таким образом, можно добыть много больше и к тому же быстрее.

Если опьяненные энергией люди завтра исчезнут, весь этот уголь останется в недрах до скончания времен Земли. Но если мы задержимся еще на несколько десятилетий, большая его часть выйдет на поверхность, потому что мы ее откопаем и сожжем. А если некий невероятный план реализуется особенно хорошо, один из доставляющих большую часть проблем побочный продукт угольной энергетики может оказаться опять запечатанным под поверхностью, образуя еще одно наследие человечества на далекое будущее.

Этот побочный продукт – двуокись углерода, по поводу которой все большая часть человечества приходит к соглашению, что не стоит ее хранить в атмосфере. План, привлекающий все больше внимания – особенно среди любителей термина «чистый уголь», содержащего в себе внутреннее противоречие и выдуманного рекомбинированными средствами массовой информации, – состоит в том, чтобы улавливать CO2 до того, как он покинет дымовые трубы работающих на угле электростанций, запихивать его под землю и хранить там. Вечно.

Рис. 15 Снос горных вершин, Западная Вирджиния. Фото В. Стокмана, OVEC/SOUTHWINGS

Выглядеть это должно так: сжатый CO2 будет впрыскиваться в минерализированный водоносный пласт, который, в большей части мира, лежит под непроницаемой экранирующей породой на глубине от 3 до 24 тысяч метров. Там, предположительно, CO2 перейдет в раствор, образуя слабую углекислоту – похожую на соленую «Перрье». Постепенно углекислота будет вступать в реакцию с окружающими скалами, которые станут растворяться и медленно оседать в виде доломита или известняка, запирая парниковый газ в камне.

Каждый год начиная с 1996-го норвежская Statoil убирает миллион тонн двуокиси углерода в соляной слой под Северным морем. В Альберте[38]CO2 запечатывается в заброшенных газовых скважинах. Когда-то в 1970-х государственный прокурор Дэвид Хоукинс присоединился к обсуждению специалистов по семиотике о том, как люди через 10 тысяч лет могут быть предупреждены о захороненных радиоактивных отходах в нынешнем WIPP в Нью-Мексико. Теперь, в качестве директора Климатического центра Совета по защите природных ресурсов, он размышляет, как предупредить будущие поколения о том, что не стоит бурить в местах, используемых для запирания невидимых газов, которые мы пытаемся замести под ковер, чтобы они неожиданно не всплыли на поверхность.

Мы знаем, что природа может создать хранилище газа без протечек: метан находится в них миллионы лет. Вопрос в том, могут ли это люди?

Помимо стоимости сверления достаточного количества дыр для хранения, сжатия и впрыскивания CO2 из всех промышленных предприятий и ТЭЦ Земли, вызывает опасение, что возможная утечка даже 0,1 % добавится к выбрасываемому нами в воздух на сегодняшний день – и люди будущего не смогут этого понять. Но, имея выбор, Хоукинс предпочел бы хранить углерод, а не плутоний.

«Мы знаем, что природа может создать хранилище газа без протечек: метан находится в них миллионы лет. Вопрос в том, могут ли это люди?»