Прежде чем ты уйдешь - Клэр Свотмен

– Непременно. Обещаю.

Я галопом выбегаю из офиса и еду домой. Уже в метро вспоминаю о том ужасе, что я испытала, когда утром ко мне подошла Олив, и, несмотря на жару, у меня по спине ползут мурашки. Нет, я не могу допустить повторения этого кошмара. Не могу.

Выйдя из метро, я быстрым шагом иду по улице в сторону дома. Асфальт буквально плавится от жары, солнце немилосердно печет, и я покрываюсь липким потом. Собрав волосы на затылке, я безжалостно затягиваю их в конский хвост, мне становится чуть легче. Сегодня среда, середина рабочей недели, и в эти утренние часы, когда народ еще не потянулся на ланч, на улице царит полный покой – я слышу только шуршание шин да мерное хлоп-хлоп-хлоп своих босоножек.

Внезапно тишину прорезает трель звонка, и я не сразу понимаю, что это мой мобильник. Я лезу в сумку за телефоном и щурюсь на экран:

– Эд!

– Привет, – говорит он.

У меня от счастья кружится голова, и я присаживаюсь на низкую стенку, чтобы не упасть.

– Ты где?

– Еще на работе. Хочу тебе сообщить, что смогу вырваться пораньше. Я уйду примерно через час, так что мы спокойно проведем день вместе.

– Чудесно!

– А как насчет тебя? Тебе удалось отпроситься?

– Я уже почти дома. У меня отличные новости насчет работы, и Олив дала мне на сегодня выходной.

– Здорово. Расскажешь, когда приду. Тогда до скорого, хорошо?

– Хорошо. Эд?

– Да?

– А как ты будешь добираться домой?

– Думаю, на поезде. Автобусы здесь ходят кое-как.

– Я за тобой заеду, – прежде чем я успеваю подумать, вырывается у меня.

Хотя решение совершенно правильное. Если для безопасности Эда придется ехать через весь Лондон по такой дикой жаре, значит я так и сделаю.

– Что?! Не глупи. На поезде получится гораздо быстрее.

– Может быть. Но я тебя очень прошу. Мне самой этого хочется. Пожалуйста!

– Ну тогда ладно. – В голосе Эда звучит сомнение; он наверняка думает, что я рехнулась. Ну и пусть.

– Я постараюсь приехать как можно скорее. И… Эд?

– Да?

– Я люблю тебя больше жизни.

– Я тебя тоже люблю. До встречи.

Телефон отключается, я прибавляю шагу, чтобы поскорей забрать машину. Когда я наконец сажусь в нее, то уже мокрая как мышь и едва дышу, но мне все равно. Сейчас самое главное – доехать до места и забрать Эда домой. Судя по его голосу, он явно теряется в догадках, что на меня сегодня нашло и почему я горю желанием за ним заехать. Но это все ерунда. Единственное, что имеет значение, – его безопасность. И кто знает, может, когда-нибудь, если мне удастся помочь Эду пережить сегодняшний день, я смогу ему все объяснить. Но сейчас он должен просто мне довериться.

Движение транспорта затруднено, и у меня уходит почти полтора часа, чтобы добраться до того места, где я высадила Эда этим утром. Я рассчитываю, что Эд уже стоит и ждет меня, но его нигде не видно. У меня сдавливает грудь, я начинаю задыхаться.

«Не глупи, он наверняка еще в саду», – уговариваю я себя. Но мне не заглушить сосущее чувство внутри. Я бросаю машину на желтой линии и бегу по дорожке, озираясь по сторонам. Сердце стучит как сумасшедшее, я задыхаюсь от адской жары, мне становится страшно, у меня кружится голова, и я останавливаюсь, бессильно свесив руки.

– Зои?

Одно-единственное слово, но оно приводит меня в чувство. Жадно глотая ртом воздух, я выпрямляюсь и оглядываюсь. И вот он, мой Эд, совсем рядом. Он стоит на дорожке, все в тех же обрезанных шортах и футболке. Он очень загорелый и выглядит вполне здоровым, точь-в-точь как сегодня утром. В это трудно поверить, но именно так он выглядел в тот первый раз, когда его сбил автобус. Он кажется таким живым.

Впрочем, на сей раз так оно и есть.

С замиранием сердца я смотрю, как Эд приближается ко мне. Он улыбается, и я бросаюсь ему на шею, практически сбивая с ног. Я приникаю к нему всем телом, мои слезы смешиваются с его по́том, а я мысленно клянусь, что он теперь навсегда останется со мной.

– Эй, что с тобой? Что случилось? – Ему трудно говорить, ведь он стоит, уткнувшись мне в волосы, но я не разжимаю объятий.

Я держу Эда мертвой хваткой, вдыхаю его запах, ощущаю тепло его кожи, биение его сердца. Да, после всего, что произошло за последние несколько дней, недель, лет, которые мне пришлось прожить заново, я наконец сделала это, хотя мне и не верится.

Я спасла его.

И вот наконец я отпускаю Эда. Он явно смущен и растерян. Я вытираю лицо ребром ладони и шмыгаю носом. Вид у меня, наверное, такой, что краше в гроб кладут.

– Прости.

Эд бросает на меня удивленный взгляд:

– Зо, что происходит? Утром ты не хотела меня отпускать. Я был на работе всего несколько часов, а ты ведешь себя так, будто мы не виделись целую вечность. Если честно, я в замешательстве.

– Я просто очень соскучилась по тебе. – Жалкое оправдание, но ничего лучшего мне не придумать.

– Ты уверена?

Я молча киваю, в очередной раз шмыгая носом.

Эд испытующе смотрит на меня, мое лицо пылает под его пристальным взглядом. В конце концов он отводит глаза.

– Я насквозь пропотел. Поехали домой. – Эд направляется к машине, но, словно передумав, останавливается и осторожно берет меня двумя пальцами за подбородок. – Скажи, с тобой действительно все в порядке?

– У меня все отлично. Правда. – Мой голос сейчас больше похож на писк, но надеюсь, Эд ничего не заметил. – Ладно, поехали.

На обратном пути мы почти не разговариваем, тишину заполняет тихое бормотание радио. Мне так много нужно сказать, что я не знаю, с чего начать. И я вспоминаю те дни, что мне довелось прожить заново, вещи, которые пыталась изменить. До настоящего момента мне казалось, будто мои усилия напрасны, но сейчас я начинаю понимать, что все это шаг за шагом вело нас к сегодняшнему дню. Дню, когда я должна была изменить ход событий.

Я бросаю взгляд на часы. Три часа дня. В прошлый раз Эд был уже давно мертв.

Судьба предоставила мне шанс спасти Эда, и я сделала это.

Меня колотит, но я приказываю непослушному сердцу успокоиться. Лучи солнца проникают сквозь лобовое стекло, я покрываюсь испариной и пытаюсь унять дрожь в руках.

И вот наконец мы подъезжаем к дому. Когда мы оказываемся в прохладных недрах квартиры, я стараюсь вести себя как ни в чем не бывало.

– Мне нужно в душ. Хочешь пойти первым?

– Если ты не против. А то я похож на трубочиста. – Эд показывает мне грязные руки с черными ногтями и добавляет: – Спасибо, дорогая. Я быстро. – Он чмокает меня в лоб и идет в ванную, на ходу раздеваясь.