Смешная девчонка - Ник Хорнби

– Господи, – сказал Тони, – опять старая песня.

– Заметь, я пока не заявляю «все, баста». Отговори меня, пока не поздно.

– Неужели ты на это способен? Взять да и… свалить? И подставить меня?

У Тони перед мысленным взором промелькнули жуткие сцены: адвокаты, тяжбы о разделе авторских прав.

– Нет. Что ты. Если хочешь продолжать – это твое личное дело.

– Но тебя-то не будет.

– Я этого не говорил. Просто… вытащил идею на свет, чтобы получше рассмотреть.

– О’кей. Каковы наши дальнейшие действия?

– Не знаю, – ответил Билл и сделал большой, долгий глоток. – Я – пас.

– Ты же сам сказал, что пока только рассматриваешь идею.

– Уже рассмотрел. Она мне не понравилась.

– Когда ты успел рассмотреть?

Тони психанул. Он старался дышать ровно, чтобы Билл ничего не заметил.

– Да вот только что.

– Пока пивом наливался?

– Я же не пьян. Всего-то четверть пинты выпил, вот и все.

– Допустим. Но… когда это произошло? Когда ты принял решение?

– Решение я принял с месяц назад. Но не мог заставить себя прийти в офис и вывалить его тебе на голову. Я просто искал удобного случая.

– Ты хочешь зарубить «Барбару (и Джима)»?

– Разве у нас не об этом разговор?

– Я просто уточняю.

– Не вижу, куда им дальше двигаться, – сказал Билл. – Если хочешь оставить вопрос открытым и продержаться еще один сезон, я тебе помогу. Но мне кажется, она должна указать ему на дверь.

– Черт, черт…

Тони стало дурно, как будто речь зашла о его разрыве с Джун.

– Ты как? Нормально? – забеспокоился Билл.

– Нормально. А что такого? Если б это были живые люди…

Это были живые люди. Причем, как ни печально, на грани развода. А у Тони имелись все основания желать им счастья и благополучия, поскольку от них зависело благополучие его семьи. Он сделал глупость, согласившись на консультативную помощь. Это грозило катастрофой, делало немыслимое возможным.

– Ты как хочешь, – сказал он, – а я буду продолжать. Если мне позволят.

– Конечно позволят, – заверил Билл. – Деннис знает, что ты и без меня можешь.

– Ты не будешь меня презирать? – спросил Тони.

– Почему я должен тебя презирать?

– Да потому, что я, так сказать, собираюсь делать вид, что этого сезона не было. На будущий год они появятся как новенькие: счастливые и сияющие, а мне надо будет только подсуетиться, чтобы обеспечить им новые протечки в ванной и все такое.

– Непросто в этом деле зарабатывать себе на хлеб, – согласился Билл. – Ты должен делать то, что должен.

– Ну, спасибо.

Нэнси, изрядно помятая, появилась только после обеда, и сонная, добродушная, но сосредоточенная атмосфера утренних часов тут же переменилась. Софи начала раздражаться, а Клайв – следить за каждым своим шагом, как будто он ступал по минному полю и знал, что вот-вот останется без ноги.

Барбара и Джим консультировались у Маргариты по вопросам разъедающего воздействия ревности.

– Они… у них… традиционные предпочтения? – спросила Нэнси, выслушав инструкции Денниса по поводу затяжной сцены в кабинете у Маргариты.

– У кого? – не понял Деннис.

Клайв быстро пошел к дверям.

– Выйду подышать, – объяснил он.

– Ха-ха, – сказала Нэнси, глядя ему вслед. – Сам такой же.

Клайв не отреагировал.

– Каким образом он выдал свои предпочтения? – не поняла Софи.

– Задергался, – объяснила Нэнси. – У женщин, слава богу, поболее здравого смысла.

– Я, наверное, не догоняю, – сказала Софи.

– Это ревность, – бросила Нэнси. – Лично я никогда не ревную.

– Мы рады, – сказала Софи.

Тони перестал делать заметки на полях следующей сцены и посмотрел на девушек. В зале повисла какая-то тяжесть, но он не понимал, в чем дело.

– У нас, я полагаю, разные функции?

– По сценарию? – уточнила Софи.

– По жизни, – ответила Нэнси.

– Хотелось бы надеяться, – сказала Софи.

Ей надоел этот разговор, а Нэнси только раззадорилась и решила не оставлять ее в покое.

– У тебя все приемы скучные, и ты с ними справляешься. А у меня – сплошная экзотика. Вот спроси у Клайва, справляюсь я или нет.

– Я бы на этом остановился, – вежливо сказал Билл.

– На чем? – не поняла Софи.

– Он не хочет, чтобы я расписывала наши интимные отношения с Клайвом, – сказала Нэнси. – Считает, что это отравит рабочую атмосферу.

– Естественно, – сказал Билл.

Тут до Софи дошло.

– Ты утверждаешь, что спала с моим женихом?

– «С моим женихом», – передразнила Нэнси. – Боже правый. Можно подумать, на дворе пятьдесят девятый год, а я в провинциальном театрике.

– На сегодня моя работа закончена, – сказала Софи.

– Принято, – отозвался Деннис.

Все проводили ее взглядами.

– Знаешь, Нэнси, Барбаре и Джиму, очевидно, в дальнейшем не понадобится психологическая помощь, – сказал Деннис.

– С какого момента?..

– Да вот прямо с этого.

– У меня контракт еще на две серии, – заупрямилась Нэнси.

В конце концов Деннису пришлось выпроваживать ее силой.

– Наверное, Деннис должен знать содержание нашего разговора, – сказал Тони, когда продюсер вернулся.

– Вчерашнего?

– Да. Вчерашнего.

– Не думал, что ты поднимешь этот вопрос, – сказал Билл.

– У нас, похоже, выбора нет, – ответил Тони. – Нам заказывали комедию, а не «Опасные похождения Полины». Семью уже не спасти{75}.

Вот так и получилось, что Тони и Билл с надлежащей серьезностью и глубоким сожалением приступили к обсуждению развода.

Софи нашла Клайва на скамейке, он сидел и курил. Присев рядом, она взяла предложенную ей сигарету и выслушала покаяния: конечно, эта история его просто убила, конечно, он такой болван, что сначала делает, а потом думает. Он просил прощения, клялся всем, чем только можно, клеймил себя последними словами, и очень скоро Софи поняла, что ее гнев испарился без следа. Она не стала бросать кольцо в физиономию Клайву, а просто сняла с пальца и вернула.